— Дорого в кредит получилась? — спросил взводный.

— 3 миллиона на 7 лет, 65 000 выходит примерно ежемесячно, — назвал я цифры, которые слышал из случайного разговора наших парней в автобусе. Но для них это было неподъёмно, а для меня — вполне.

— Ого, а как платишь, ты же вроде снимаешь жильё?

— Я помимо службы занимаюсь преподавательской, творческой деятельностью, и могу себе позволить, — ответил я.

— А почему ты тогда патруль не оставишь? — спросил он меня.

— А тут до пенсии совсем немножко, — солгал я. — Слушайте, у нас херня чуть не произошла, только меня дослушайте до конца.

И я рассказал ему ситуацию с Ткаченко, и взводный повысил голос:

— А почему ты сразу не доложил⁈

— Во-первых, вы выпивали. Во-вторых, там был комроты, начальник и офицер с управы. Парню бы всю жизнь сломали бы, а так и он живой, и вы в курсе, — ответил я.

— С-сука, бабы… — выдохнул взводный.

— Ага, бабы и братья, всё на «Б» плохое, у америкосов даже слово такое есть «бэд» — что означает «плохой», — пошутил я.

— И чё теперь с ним делать? В патруль я его пустить не могу, только через психолога. Сегодня ты его уговорил, а завтра он пойдёт и на ужине застрелит их двоих…

— Он может и сегодня это топором сделать… — пожал я плечами.

— Да сегодня это не на смене же, просто уволят задним числом и всё, — произнёс циничную, но честную вещь взводный.

— Короче, надо эти две недели ему дать отдохнуть, пусть отпуск возьмёт. А там я его попытаюсь устроить в ведомство одно. В городе он тоже больше жить не будет. И пусть идёт подальше от дома, поближе к деньгам большим.

— Минус третий в группе задержания, — выдохнул взводный. — Хороший, кстати, третий был…

— ХЗ, меня посадите третьим, или пусть вдвоём поездят, — предложил я.

— Не, мне тебя надо обучать на должность заместителя командира взвода. Считай, твоё время на беготню с автоматом прошло, в крайнем случае только теперь будешь… — покачал он головой.

— Понял. Ну, собственно, и когда Гриша рапорт принесёт на увольнение, надо будет его подписать и ротному как-то объяснить, если что — валите всё на меня, — произнёс я.

— Ну да, с тебя теперь как с гуся вода всё будет слетать, тебя президент в речи своей упомянул.

— Не думаю, что это что-то меняет, — пожал я плечами.

— А ты знаешь, что я к тебе в больницу приходил? — спросил он.

— Не, не помню вас, — честно ответил я.

— А я до тебя не дошёл. Слушай историю: короче, прихожу я такой в больницу с апельсинами, а мне медсестричка рыженькая и говорит: «Вы с ним не поговорите, он после операции, пойдёмте, я покажу, куда апельсины пока можно поставить?». И я пошёл, и знаешь что, так быстро в этом закутке форма с меня никогда не слетала. Огонь, а не баба.

— Поздравляю, главное, чтобы с вашим братом не переспала, — пошутил я.

— У меня брат на 10 лет старше, ему будет самое-то, — улыбнулся комвзвода.

— Ну что, я тогда завтра не вооружаюсь? — спросил я.

— Давай до завтра доживём, — предложил Дмитрий Дмитриевич, и мы, выйдя из машины, пошли по своим делам.

Я — дочищать АК, а он — докоммуницировать в закрытую для сержантов роту. Но попутно взводный отдал мне журнал и попросил его изучить за сутки — журнал по служебной и боевой подготовке, а также проверок по быту личного состава взвода.

Дурной день шёл к концу, и это считай минус выходной, а завтра будет ещё хуже, ибо праздник — первое сентября. Но я наполнился с чувством, что я сегодня спас человеку жизнь. И, дочистив автомат, я, сдав его, вышел и сел в машину, положив журнал на сидение. По пути домой громко обратился к сотовому:

— Товарищ Енот, Аркадий, ты тут?

— Тут, чем могу? Хотя я знаю, чем могу. Но слушай, попытка выпилиться вряд ли понравится «музыкантам», — начал он.

— А куда ему ещё? Хоть в Африке Родине послужит, опять же деньги. Давай попробуем под мою ответственность?

— Не могу я такие вещи сам решать, сейчас подниму контакты, жди, короче, — ответил он.

— Жду, — произнёс я.

И пока я ждал, я набрал Гришу.

— Да-а. А-л-ло! — ответили мне заплетающимся голосом.

— У-у-у-у, — протянул я. — Как дела, Гриш?

— А, это ты, Слав? Спасибо тебе! Я бы себе без тебя голову продырявил. Век помнить буду из-за шлюхи и пидора!

Не то чтобы я хотел, чтобы меня помнили из-за шлюхи и пидора, но парень осознаёт себя, хоть и выпил уже прилично.

— Ты главное один не бухай! И завтра на работу тебе не надо, пойдёшь в отпуск с последующим увольнением, — произнёс я.

— А как же две недели? — спросил он.

— Это на усмотрение работодателя. Я уже за тебя договорился с командирами, тебя без нервов отпустят в твою Африку.

— Спас-ибо, С-лав, — прерывисто выдал Гриша.

— Не за что. Ты где сейчас?

— Я пока у друга поживу, — ответил он. — Он на скорой работал, он не боится с депрессивными бухать.

— Давай тогда, я напишу, как ответ с «Вивальди» поступит. Если что — и ты тоже пиши.

Тем временем моя машина, ведомая мной же, завернула на Поле чудес, ещё немного, и я открыл ворота гаража, заезжая внутрь. Попутно получив сообщение от Енота с номером: «Вот командир группы вербовки резерва, пусть твой боец его наберёт сегодня, и всё будет».

«Не наберёт, мой боец проходит реабилитацию, боль выгоняет этиловым ядом», — возразил я.

«Понято! Хорошего вечера тогда!»

«Спасибо за участие», — ответил я.

«Не за что. У тебя теперь есть они — личный состав, а значит, что их проблемы отчасти и мои проблемы, так как меня приставили к тебе».

И только я хотел зайти домой, как мне позвонил Енот. Позвонил, а не просто активировал голосовое в моём сотовом.

— Слав, тут такое дело. Человек из «Вивальди» хочет твоего парня прямо сейчас посмотреть, потому как завтра он уже уезжает в Европу, и если всё нормально, то он уже через неделю будет отправлен в Африку.

— Да как он его посмотрит, он сейчас мычит еле-еле? — возразил я.

— По сути, это один раз увидеть человека — и всё, они больше не встретятся, — продолжал Енот, словно не слыша.

— Он пьяный сегодня шибко, не то произведёт впечатление. Ладно, что делать. Говоришь, они больше никогда не увидятся? — спросил я.

— Ну да, вербовщик рекомендацию даст — и всё, дальше с твоим бойцом будут другие люди говорить и работать, — подтвердил Енот.

— Ясно, понял, — завершил я разговор.

И, пойдя в дом, я чмокнул, как и всегда встречающую меня Иру, и, переодевшись в гражданское, открыл журнал взвода, найдя Ткаченко Григория Васильевича и прочитав о нём всё, что нужно знать.

Телефон машинально появился в моей руке.

— Доброго вечера, — произнёс я, набрав телефон, данный мне Енотом.

— Слушаю, — холодно ответил мне голос мужчины лет сорока.

— Я по поводу Африканского корпуса, — начал я.

— Времени у меня мало, посмотреть могу тебя только сегодня, — создал рамки человек.

— А если сегодня не получится? — спросил я.

— Значит, и в «Вивальди» тебе рано. Потому как приоритеты не расставлены, — он, видать, подумал, что это я хочу в Африку.

— Добро, получится! Говорите, куда подъехать? — ответил я.

— СК «Сигнал» знаешь?

— На Иркутском, у ГИБДД?

— Да, подъезжай, скажешь к майору Краснорукому. Тебя пропустят.

— Хорошо, — проговорил я.

— Тут и посмотрим, подходишь ли ты нам! — трубку повесили, а от разговора с этим товарищем веяло холодом.

Блин, Гриша сейчас у этого мужика собеседование не пройдёт, и в ситуацию вербовщик не вникнет, скажет, типа, сначала сопли свои подотри, а потом уже в «Вивальди» собирайся. Как же сделать так, чтоб Гришу взяли, с учётом того, что с вербовщиком он больше не увидится?

И у меня родился план, надёжный как цельнометаллический лом.

Продолжение Патруля ждёт Вас по ссылке: https://author.today/reader/534876/5059321