— Граф, я правильно понимаю ваш намек? — быстро облизнув губы, спросила девушка.

— Одеялом меня укрой, охальница, — хмыкнул я, подумал и добавил: — Или желаешь ссильничать, а потом заставить на себе жениться? Так мы от последнего варианта пока не отказались. Думаю, лучше все же заняться любовью на супружеском ложе, после брачной церемонии. Не согласна?

— Айлексис, вы думаете только об одном! — она накинула на меня одеяло, укрыв с головой.

— Эй, я тут задохнусь, — возмущенно произнес и добавил: — А кто с меня снимет китель и рубаху? Раз начала, то будь добра, доведи до конца!

— Конца? — переспросила графиня, но одеяло все же сдвинула. — Граф, цените мою заботу и доброту, а пошлые мысли выкинете из головы!

Нет, на что-то интимное не рассчитывал, хорошо, что она все же меня раздела. Дело в том, что меня стало бросать то в жар, то в холод, пот на коже стал каплями выступать. Отголосок использования очень большого объема энергии. Удивительно, как не выгорел, поэтому такая расплата ни о чем, переживу. А тем временем наступает ухудшение, уже и говорить-то не получается, но все то, что происходит вокруг осознаю. Иштания за мной ухаживает, протирает пот и почему-то отказалась от помощи баронессы. Заходил герцог, сокрушенно на меня смотрел, но от высказываний отказался. В какой-то момент, словно кто-то щелкнул выключателем, вернулся в свою привычную физическую форму. В источнике энергии, как и ожидал, на дне, но даже слабости не осталось.

— Спасибо, — сел на кровати и посмотрел на графиню, которая в тазике отжимает полотенце.

— Ты чего вскочил⁈ Лежи! — переполошилась та.

— Все хорошо, откат закончился, как и действие травок, — хмыкнул я, подумал и продолжил: — Слабость только вот осталось, мне бы переодеться.

Графиня встала передо мной, уперла руки в бока и внимательно посмотрела в глаза. Хмыкнула, чему-то улыбнулась, а потом облегченно выдохнула и сказала:

— Переодеться говоришь? Без проблем, позову кого-нибудь из моряков или наших воинов. Или хотел, чтобы этим лично занялась?

— Ты очень догадлива, — покивал я. — У тебя такие нежные руки и мягкая целебная аура. Думаю, ты с этим лучше справишься.

— Мечтай! — рассмеялась Ишта. — Одежда в твоем походном мешке! Ты забыл скрыть свою ауру и те всплески, выдающие твои намерения. Просила же оставить грязные мыслишки!

Уела, раскусила мои планы. Действительно, намеревался с ней сблизиться, ну, может и не доводить до крайности, но выманить поцелуй рассчитывал. И что на меня нашло? Это все из-за источников, которые друг к другу притягиваются. Ничего, эта проблема решаема расстоянием. Хотя, как соблюсти дистанцию, если в одной каюте спим на расстоянии вытянутой руки? Этак и в самом деле проснемся в одной кровати. Смеюсь, ничего такого позволять себе не планирую и на провокации не поддамся. Правда, не заметно, что графиня в этом заинтересована. Зато герцог продолжил, как говорят, плешь проедать. Нет, шевелюра у меня густая, ни намека на выпадение волос. Но, если так и дальше продлится, то чем черт не шутит, придется обращаться к магам, отвечающим за красоту. И вновь смеюсь, моих умений с лихвой хватит, чтобы и с более крупными проблемами разобраться. На это герцог и бьет, объясняет, как и что в первую очередь сделать, когда трон займу. Нет, он не в прямую об этом говорит. То совета просит, то начинает рассказывать о том, как все устроено и что ему не нравится. И ведь мне приходится его лекции выслушивать, даже иногда и спорить. Радует только, что водное путешествие недолго продлится. И вот, наконец-то, настал тот момент, когда капитан повел судно к берегу.

— Моя работа выполнена, — объявил моряк. — Надеюсь, вам будет сопутствовать удача.

— Как и вам, — ответил ему Журбер, отдавая мешочки с золотом.

На берегу нас уже ждал отряд северян, командир которого с почтением поклонился Сарике и только потом обратил внимание на всех остальных.

— Догурус, лейтенант, направлен канцлером для вашей охраны и сопровождения, — сказал северянин.

Мы с бывшим главой тайной канцелярии и Гарраем в свою очередь представились, а потом я поинтересовался:

— Вам известна конечная цель?

— Осуществить переход на земли, которые находятся под контролем воинов Айлевирского герцогства, — ответил Догурус и вытащил из кармана карту. Развернул ее и указал на несколько отмеченных жирной линией маршрутов: — Предлагаю выбрать один из этих путей. Думаю, дня через три-четыре, мы расстанемся.

— Лейтенант, а разве канцлер не велел следовать с нами? — вмешалась Сарика, которая последнее время мрачна и находится не в настроении.

Подруга и служанка графини на Северуса зла и этого не скрывает. Ей шагу, охрана, приставленная канцлером, не дает ступить. Даже общаться с Иштанией и Свенией могла только на палубе, в каюту к дамам, где и я проживал, ее не пускали. А если она и прорывалась, то находится там больше пары минут оказывалось невозможно. В дверь один из телохранителей постоянно стучал и молил, чтобы госпожа вышла. Мол если об этом узнает канцлер, то телохранителям гнить на рудниках, а то и головы он им оторвет, в прямом смысле этого слова. Ишта своей родственнице сочувствовала, предлагала северянина-параноика бросить.

— Я бы с удовольствием, — прижимала руки к груди Сарика, — да только боюсь потеряю саму себя и жить не смогу.

— Любовь зла, — каждый раз ухмылялся герцог, присутствующий при этих разговорах.

И ведь ничего мы с телохранителями невесты северянина не смогли поделать. Те остались глухи к просьбам Иштании, Свении и Журбера. Я даже не пытался с ними беседовать, не видел смысла, в аурах воинов ответы заранее известны, они слишком преданы своему господину. Насколько понял, то поклялись ему служить до смерти.

— Такого распоряжения не получал, — ответил Догурус.

— А моих телохранителей с собой заберете? — с надеждой в голосе, уточнила Сарика.

— Они мне не подчиняются, — покачал головой лейтенант.

Надежды невесты канцлера обрести мнимую свободу рухнули. Правда, она как-то зло прищурилась, не позавидовал бы я Северусу, окажись он сейчас перед своей избранницей. Впрочем, загадывать нельзя, вполне возможно, что девушка сразу тому все простит. Что-то не заметил ее недовольства, когда канцлер рядом находился. Сарике ни до кого дела не было.

— Герцог, что скажите? — обратился я к Журберу, кивнув на карту.

Предварительно выбрал маршрут, нам предстоит продвигаться по когда-то оживленному тракту. Если и возникнут проблемы, то их легче уладить, где есть возможность обратиться за помощью к местным, попытаться укрыться за стенами одной из продолжающих держаться крепостей или замков. Увы, судя по отметкам, то в округе все города пали. Это не новость, герцог об этом давно говорил. Северянам и оркам, судя по той же карте Догуруса, удалось захватить лишь четверть земель герцогства. Похоже, отец успел наладить оборону, до того, как погиб. Впрочем, часть городов была оставлена жителями, перед тем как туда зашли войска врага. Почему сдали без боев? Скорее из-за плохой защищенности, никто не предполагал, что враг так легко сломит сопротивление на границе.

— Айлексис, это ваши земли, думаю, лучше моего знаете, как поступить, — не задумываясь ответил Журбер.

— Тогда двинемся вот так, — достав карандаш, я провел линию до Эйлина.

— По тракту небезопасно, — попытался возразить лейтенант северян.

— Карета и два крытых экипажа легко не пройдут лесными дорогами, — пожал я плечами. — Нам придется их постоянно из грязи вытаскивать, темп окажется таким, что на дорогу потратим времени раза в два, а то и три больше. Спорить не собираюсь, считайте, что это приказ госпожи Сарики, — взглянул на девушку.

— Да-да! Слова господина Айлексиса расценивайте, как мои! — поспешно сказала та, догадавшись, что от нее требуется.

И мы тронулись, при этом служанка графини, уже бывшая, выразила желание ехать верхом, чем вызвала обеспокоенность у своей охраны.

— Если считаете это опасным, то готова присоединиться к подругам в карете! — заявила невеста канцлера.