— Айлексис, у нас есть императорский приказ и его необходимо выполнить, — напомнил Журбер.

Наследник герцогства подошел к окну и чуть криво улыбнувшись сказал:

— А есть ли в этом толк? Горцы вряд ли встанут на сторону проигравших, не совсем же они глупцы. Боюсь, нас с радостью выдадут северянам или горшанцам. Так может лучше мы уничтожим как можно больше врагов?

— В тебе говорит воин, а не политик, — буркнул Журбер.

— Подумай об Иште, обо мне и той же Сарике, — чуть слышно произнесла баронесса. — Что с нами сделают, если стены падут? Ладно я, сумею себя жизни лишить, но дочь императора должна остаться в живых. Или ты готов ее отдать на растерзание оркам? Знаешь, что они с ней сделают?

— Думаешь я настолько наивен? — оглянулся тот на девушку.

— Так чего же ты тогда не принимаешь никакого решения⁈ — встала та с кресла и направилась к Айлексису. — Или надеешься, что северяне с орками прекратят штурм?

Вообще-то такой вариант рассматривался, но был признан всеми как маловероятный. Даже ослабленный гарнизон мог доставить проблемы для обозов северян и орков, которые должны уходить для снабжения их армий, захватывающих имперскую территорию. Держать же большие силы, чтобы блокировать защитников крепости тоже никто не будет.

— У нас три варианта, — медленно произнес Айлексис.

— Два, — возразил ему полковник. — Остаться в крепости не позволю.

Конечно, комендант никого не выгонит за ворота на растерзание врагам. Но и саботировать его приказы тоже невозможно.

— Хорошо, два варианта, — устало согласился наследник герцогства. — Пробиваться к своим или продолжить путь к горцам и попытаться выполнить нереальную задачу императора.

— А может быть его приказ? — прищурился Журбер. — Насколько знаю, Волтур ждет от нас удачной завершения миссии и других распоряжений не давал. Если сейчас повернем вспять, то это будет считаться нарушением его воли.

— Что с подземным ходом? — посмотрел Айлексис на Бурга. — Завалы, как понимаю, расчищены? Иначе бы и не состоялся этот разговор.

— Пройти можно, — кивнул полковник. — Пару часов назад доложили, прости, тебе не успел сказать, — он пожал плечами и пояснил: — За тобой сложно угнаться, а орать о таких вещах нельзя.

— И уйти нам придется тихо и незаметно ото всех защитников, — нахмурился Айлексис. — Боюсь, нас посчитают предателями, а ведь мы бок о бок сражались на стенах.

— Глупцы всегда будут думать плохо, а умные будут держать кулаки, чтобы у их соратников все получилось, — усмехнулся Журбер.

— Идем к горцам? — мрачно уточнил наследник герцогства.

— А это уже тебе решать, — хмыкнул тот.

Айлексис не стал сразу отвечать, задумался. В кабинете повисла тишина, все смотрят на наследника герцогства и ведь знают, что у того нет выбора. На что надеются и надеются ли? А парень тем временем как-то грустно улыбается, все-то он понимает. Его мыслей никто из присутствующих не знает, а он все же пытается перебирать варианты. Ищет приемлемое решение в сложившейся ситуации. В том числе и задается вопросом, а имеет ли он право брать на себя такую ответственность? В том же Пуртанске, за его спиной стоял гарнизон, способный дать отпор горшанским захватчикам. Да и в дороге по герцогским землям, уходя от погони и путая преследователей он не сомневался в правильности решений. В том числе и когда вступал в схватку с врагом лицом к лицу. Или отдавал свой магический резерв, чтобы помочь раненым. Но что сейчас? Ведь он занял тело своего двойника, памятью которого пользуется, а вот многих знаний у него нет. Он из другого мира, технологического, там нет магии и совсем все не так устроено. Казалось бы, тут должно быть намного проще, но это далеко не так. И сейчас перед ним два пути. Продолжить выполнять приказ императора или прорваться в один из хорошо защищенных городов герцогства. Сумеет ли провести отряд минуя войска северян и орков? Шансов на это больше, чем продолжать путь. Крепость в любом случае необходимо покинуть и как можно быстрее. Как ни печально, но она падет и в этом нет сомнений, а вот жизни тех, кого ему доверили охранять, он обязан спасти.

— Собираемся, выходим через два часа, на рассвете, — произнес Айлексис и посмотрел на коменданта: — Бург, мне повезло сражаться с вами бок о бок.

— Взаимно, — кивнул тот. — Вы славно дрались.

— Как насчет сборов в дорогу? — задумчиво произнес Журбер. — Думаю, Иштании необходимо пару часов поспать, — он посмотрел на баронессу, которая понятливо кивнула. — И, пожалуй, я останусь в крепости, — продолжил бывший глава тайной канцелярии, — боюсь буду тормозить наше продвижение.

— Нет, вы пойдете с нами, — жестко сказал Айлексис. — Как бы путь не сложился, но вы нам понадобитесь и это не обсуждается.

— Журбер, старина, ты чего удумал? — поддержал наследника герцогства комендант крепости. — На стенах ты станешь еще большей обузой. Прости, но не готов тебя оставить, — полковник криво усмехнулся.

— Хорошо, — кивнул бывший советник императора, не став спорить.

— Тогда прикажу собраться вашим людям в зале, где расположен вход в потайной ход, — произнес полковник и направился к двери кабинета.

— Я тоже пойду, — встала со своего места баронесса, — необходимо Иштанию уговорить отдохнуть.

— Ступай, — сгребая со стола бумаги и подходя к камину, кивнул ей Журбер.

Айлексис некоторое время наблюдал, как огонь уничтожает документы и записи бывшего советника императора и никак это не комментировал. Молодой человек понимает, что шансы на спасение стремятся к нулю. И неважно какое направление он выберет.

— И как это понимать⁈ — влетела в кабинет дочь императора.

Скромное платье, без минимальных украшений, волосы подвязаны, в глазах полыхает гнев. Девушка кипит от злости и не собирается молчать.

— Желаете ослушаться приказа императора? — посмотрел на девушку Журбер.

— В лазарете двадцать три тяжелораненых бойца и всего два целителя! Если мы уйдем, то они не справятся, — прищурилась Ишта.

— Графиня, вы готовы пожертвовать сотнями тысяч жизней ради призрачной возможности помочь лишь нескольким? — устало произнес бывший глава тайной канцелярии. — Это не прихоть, так сложились обстоятельства. Иштания, я понимаю, что вас злит и бесит, но, поверьте, другого выхода нет.

Да, жизнь сложная штука и зачастую лишь кажется, что есть несколько путей, но если задуматься, то не всегда это так. Вот и в этом случае, ни дочери императора, ни его доверенному человеку, ни наследнику герцогства практически не осталось места для маневра. Правда, если внимательно посмотреть на ауру Журбера, его задумчивый взгляд и складки на лбу, то присутствующие в кабинете поймут, что их соратник раздумывает над сложной и практически нереальной комбинацией. Старый интриган решил вернуться в большую политику, из которой давно ушел. Однако, ему тоже не оставили выбора, точнее, он не готов смириться с тем, что Каршанская империя исчезнет. А ведь все идет именно к этому.

— Пойдем, провожу тебя до твоих комнат, — подошел Айлексис к Иште и взял ту за локоть. — Нам надо отдохнуть и успокоиться, впереди сложный путь и, не удивлюсь, что мы позавидуем тем, кто останется в крепости.

Девушка хотела что-то резкое сказать, посмотрела на парня и осеклась, прочтя в его глазах дикую усталость, боль и сожаление. А еще она увидела в ауре Айлексиса характерные всполохи боли и прекрасно поняла, что тот ранен, но не желает этого показывать.

— Хорошо, проводи меня, — чуть слышно произнесла Ишта, при этом в интонациях ее голоса проскочили испуганные нотки, заставившие вздрогнуть Журбера.

Правда, бывший советник императора почти сразу об этом забыл, как только молодые люди покинули кабинет. В окно постучал один из его личных голубей, оставленных на экстренный случай в столице. Таких почтовых птиц очень мало, они выведены магами и имеют свойства недоступные своим пернатым сородичам. И если этого голубя отправил тот, о ком думает бывший советник императора, то ситуация даже хуже, чем кажется.