Почти три недели крепость в осаде. Ситуация с каждым днем становится хуже, это понятно каждому защитнику, однако, никто сдаваться не собирается. От гарнизона осталось едва ли треть, да и то большинство получили ранения. Северяне и орки готовятся к одному из последних штурмов. К врагам подошло подкрепление, подвезли десяток катапульт, и в их лагере заметно оживление. А вот защитникам помощи ждать неоткуда. В Каршанской империи дела обстоят печально, враг давит со всех сторон, а в столице творится непонятно что. Указы выходят один за другим, вечерний отменяет дневной, а утром и вовсе подданные получают совершенно иное волеизъявление императора. В крепость сведения приходят с задержкой, да и то далеко не все. Бывший глава тайной канцелярии свои выводы сделал, получив донесение от своих доверенных людей. Журбер задумчиво перечитал короткое сообщение и тяжело вздохнул. Ему предстоит принять одно из сложнейших решений за всю свою жизнь. Да, он предан Волтуру, и не только из-за магической клятвы, от которой избавляться не собирается. С правителем его связывает давняя дружба, в том числе и то, как развивалась империя ему нравилось… до недавнего времени. Сейчас же на кону стоят жизни очень и очень многих. Он даже не берет в расчет тех, с кем не так давно сошелся и стал дружен.

— Жаль, что так сложилось, — вздохнул бывший советник императора и устало потер глаза.

Он вновь прочел донесение, уже понимая, что их миссия бесполезна и не принесет ожидаемого результата. В чудеса Журбер давно не верил, как и в то, что крепость устоит. Пожалуй, пора начинать реализовывать один из запасных планов, которые они с Волтуром обсуждали. Император не был дураком, умел просчитывать варианты и признавать ошибки. Правда, то к чему все идет они даже предположить не могли. Удар по империи оказался слишком хорошо подготовлен. И ведь отправься они к горцам на пару месяцев или недель раньше, то все могло бы получиться. Опоздали! Это уже очевидно и понятно, императора не спасти, а самим лезть в петлю не очень-то хочется. Ладно он уже старый и пожил достаточно, но как насчет племянницы и дочери императора? Они же совсем девчонки! Ну, с его точки зрения. Да и Айлексиса жаль, наследник герцогства показал себя очень рассудительным и правильным со всех точек зрения. Ни одного неверного решения не принял, действовал четко и уверенно, даже в стрессовых и практически безысходных ситуациях не пасовал. Пожалуй, даже сам бывший глава тайной канцелярии не справился бы лучше. Опять-таки, молодой аристократ не считал зазорным просить совета, к подчиненным относится внимательно.

— Что ж, будет еще один план, который возник спонтанно, — задумчиво произнес Журбер, а потом добавил: — Вряд ли он реализуем, но чем черт не шутит.

А если уж честно и откровенно, то бывший советник императора сам не верит, что хоть одна из его комбинаций осуществима в текущих реалиях. Но он не привык отступать и сдаваться, готов сражаться до последнего вздоха, как бы пафосно это не звучало. Следует ли незамедлительно приступать к реализации плана? Нет, пока он не имеет права так поступить, только если начать подготовку, чтобы в нужный момент попытаться сделать ход, который никто не ждет.

— Можно? — раздался усталый возглас из-за двери.

— Заходи, открыто, — буркнул Журбер.

В кабинет вошла его племянница, до недавнего времени которую все называли Шипкой и не знали, что она имеет титул.

— Свения, что-то случилось? — поинтересовался Журбер.

— Случилась осада, — хмыкнула баронесса.

— Думаешь мне об этом неизвестно? — криво усмехнулся бывший советник императора.

— Запасов еды хватит на неделю, не больше. Лекарств нет, целители валятся с ног и раненым почти не оказывается помощи. Иштания постоянно без сил, раз за разом вычерпывает свой источник до дна. Айлексис все время рискует, отбивая атаки северян и горцев. Настроение среди защитников аховое, уже никто не верит, что выстоим и не ждет подмоги.

— И?

— Комендант крепости ранен, большинство офицеров убито, запас снарядов к катапультам заканчивается, — опустившись в одно из кресел перечисляет баронесса. — Думаю, еще два-три штурма отобьем, но не больше.

— Ты всегда хорошо анализировала, — согласно кивнул Журбер. — Думаю, это уже всем очевидно. Поэтому, просил Айлексиса и полковника о срочном совещании.

— Почему нас с Иштанией не предупредил? — нахмурилась баронесса.

Бывший глава тайной канцелярии потер висок и неопределенно пожал плечами. Он не привык советоваться с женщинами, пусть даже и с теми, кому доверяет. В этом еще одно отличие между ним и наследником герцогства, который возглавляет их миссию к горцам.

— Не назначал точное время, понятия не имею, когда они смогут прийти, — уклончиво ответил Журбер.

— Сейчас затишье, — кивнула баронесса в сторону окна.

— Перед бурей, — мрачно произнес бывший советник императора.

— Что будем делать? — задала вопрос Свения. — Знаешь, как-то нет желания оказаться в плену у орков или северян. Боюсь, наша участь с Иштой окажется незавидной, если такое случится.

— Думаешь нам будет легче?

— Меньше мучений испытаете, — хмыкнула девушка. — Поверь, знаю, о чем говорю. Да тебе это не хуже моего известно. Ведь так?

Журбер промолчал, в крепости, пожалуй, только дочь императора могла надеяться на милость и порядочность врага. Но если орки и северяне прорвут оборону, то ни о каких кодексах и правилах чести не будет и речи. Даже если и попытаются командиры навести порядок, то далеко не сразу. И что будет твориться, когда оборона падет, это даже баронесса не представляет. А вот бывшему главе тайной канцелярии, коменданту крепости, старым бойцам — известно не понаслышке. Еще и поэтому так ожесточенно обороняются защитники.

— И ты здесь? — без стука вошел в кабинет Айлексис, посмотрев на баронессу. — Иштания в подвале? У раненых?

— Да, она там, — подтвердила Свения. — С ней Зурба и Сарика, и еще двое охранников, как ты и велел, ни на шаг от графини не отходят.

Наследник герцогства кивнул и подошел к столу, налил из графина стакан воды и залпом выпил. Лицо молодого человека в саже, на одежде засохшая кровь, за поясом два кинжала, на боку меч. Журбер вопросительно посмотрел на наследника герцогства, тот прикрыл глаза и сказал:

— Полковник сейчас подойдет.

Бург и в самом деле пришел спустя пару минут. Комендант тяжело дышит, прихрамывает, левую руку прижимает к груди.

— Горазды вы бегать, — буркнул комендант, посмотрев на Айлексиса, — за вами не угнаться. Эх, молодость, молодость, — чуть улыбнулся он и посмотрел на Журбера: — Старина, есть ли новости?

— Неутешительные, — покачал головой бывший глава тайной канцелярии.

— И почему не удивлен? — хмыкнул полковник, присаживаясь напротив баронессы. — Госпожа Свения, из лазарета к нам еще никого в помощь не готовы отправить?

— Боюсь, что нет, остались тяжелораненые, — покачала головой та.

— Н-да, дела у нас и впрямь не очень, — покивал своим мыслям комендант.

— Сколько времени еще сдержим врага? — задал вопрос Журбер.

Айлексис переглянулся с Бургом, а потом наследник герцогства сказал:

— День или час, зависит от того, когда враг начнет штурм.

— Ну, пару атак точно отобьем. Пару дней продержимся, — не согласился с ним комендант, а потом неожиданно заявил: — Вам пора уже и честь знать, что-то вы у меня загостились.

— Выгоняешь? — хмыкнул Журбер.

— У каждого своя задача, — невозмутимо ответил полковник. — Нечего вам тут делать, если помощь не ожидается. Согласен? — он с прищуром посмотрел на своего старого приятеля, а бывший советник императора медленно кивнул.

Два старых друга прекрасно понимали друг друга, можно сказать с полуслова. В том числе Бург догадывался, для чего Журбер устроил это совещание. Нет, имелась надежда, что вот-вот подойдут императорские войска или герцогские отряды и погонят врага, но… в это верилось мало. У полковника имелись свои осведомители и они не прислали ни одной утешительной весточки.