Он резко подбежал к среднему проходу, упал на колени, провёл ладонью по полу.

— Здесь! Тут была вода! Я помню, мы шли по мокрому камню, когда спускались!

— Уверен? — Стейни уже двигался к проходу.

— Да!

Мы ринулись за разведчиком. Средний туннель оказался самым узким из всех, через которые мы проходили. Приходилось двигаться гуськом, прижимаясь к стенам. Пол действительно был мокрым, вода стекала откуда-то сверху, образуя небольшие лужи.

— Вот здесь! — Гаррет остановился у места, где туннель раздваивался. — Я узнаю это место! Мы спускались отсюда! Помните, была расщелина справа?

Я вспомнил. Узкая трещина в стене, через которую мы протискивались, когда только начинали спуск.

— Помню, — подтвердил Стейни. — Веди дальше!

Туннель стал подниматься круче. Каждый шаг давался с трудом, ноги скользили на мокром камне. Позади слышался топот преследователей, но они отставали. Узкие проходы замедляли их так же, как и нас.

— Стоп! — Гаррет замер, поднял руку.

Впереди, метрах в двадцати, виднелся знакомый изгиб туннеля. Тот самый, где мы спускались по спиральному лазу.

— Это оно! — разведчик не сдерживал радости в голосе. — Мы на правильном пути!

— Тогда вверх, быстро! — Стейни первым метнулся к лазу.

— Они лезут! — крикнул Алекс снизу.

Я оглянулся через плечо. В тусклом свете фонарика увидел, как первый проклятый протискивается в лаз.

— Выше! — заорал Леви. — Не останавливайтесь, если не хотите спасти ваши задницы!

— Почти там! — Стейни уже выбрался наверх, помогал Гаррету вылезти.

Я протиснулся через последний узкий участок, и руки лейтенанта схватили меня за плечи, выдернули наружу. Я упал на каменный пол, тяжело дыша. Следом вылез Алекс, потом Леви.

— Все? — Стейни оглядел нас.

— Все, — подтвердил сержант, отползая от лаза.

— Быстро, к выходу! — Стейни не дал нам передохнуть.

Мы поднялись и побежали через зал. Из лаза за нашей спиной уже вылезали проклятые. Первый, второй, третий. Они не отставали.

Мы влетели в широкий туннель, и я узнал это место. Ровные стены, высокий потолок, следы древней кладки. Это был один из основных коридоров, которые мы проходили в самом начале. Вот только попали в него мы совсем по-другому.

— Направо! — Гаррет вёл нас уверенно теперь. — Отсюда прямой путь к тому залу, где мы спустились через первый лаз!

Мы бежали, не оглядываясь. Туннель тянулся прямо, без поворотов, что позволяло держать хороший темп. Позади доносился вой преследователей, но расстояние между нами увеличивалось.

Вскоре мы оказались в той пещере, где отдыхали в первый раз и откуда шел практически вертикальный подъем. Спираль оказалась такой же неудобной, как я помнил. Узкая, с неровными стенами, уходящая вверх крутыми витками. Приходилось карабкаться, цепляясь за каждый выступ. Сумка с накопителями била по боку, мешала двигаться, но без копья было гораздо удобнее. Даже проклятые где-то внизу потерялись, видимо не смогли осилить как правильно подниматься по этой хрени.

Бесконечные шаги, переставляя с камня на камень и вот мои руки оказываются на скальной основе, Гаррет помогает вылезти мне, затем мы вытаскиваем Алекса, Леви и лейтенанта.

— Заваливаем камнями! — скомандовал Стейни, хватая ближайший камень.

Мы принялись сбрасывать в проём всё, что попадалось под руку, перекрывая проход, и когда я поднялся осмотреться, то понял, что это не та пасть, в которую мы входили. Пещера вела к дневному свету, но вот самих врат и той площадки, на которой мы скрывались от прохода отрядов врага тут не было.

— Это не то место. — сказал Гаррет, когда мы закончили забивать трещину и двинулись к свету, настороженно осматриваясь. — Я не знаю, как объяснить, но у меня голова уже кругом едет от этой мистики.

И только выйдя на свет, на белый, точнее серый день, все смогли вздохнуть с облегчением, а Гаррет успокоился.

— Мы прошли под горами, — пробормотал Гаррет, осматриваясь. — Вышли с северной стороны. Километров пять, может больше, от того места, где спустились.

— Пять километров по прямой, — уточнил Леви, доставая карту. — А по тоннелям протащились все двадцать, если не больше. Магия?

— Плевать. Ищем наших, и будем решать, что делать дальше. — отрезал лейтенант, поднимаясь. — Парни, дело еще далеко не закончилось, мы только начали.

Стоило пройти пару сотен метров от входа в пещеры, как я понял — над Серой Пустошью уже веет совсем другой ветер, нежели тот, когда мы залезли под землю. Злой, едкий, выматывающий и выдувающий тепло. Пепел под ногами хрустел и проваливался, словно мы шли по подледеневшему насту. Над головой нависало свинцовое небо без единого просвета.

— Куда теперь? — Алекс остановился рядом со мной, щурясь от пронизывающего ветра.

— На восток, — Гаррет указал в сторону. — Если мы действительно вышли с северной стороны, то лошади должны быть вон там, за теми холмами. Километров пять, не больше. Дозорные должны будут нас увидеть.

— Пять километров, — пробормотал я, ощущая, как затекшие мышцы протестуют против любого движения. — Звучит как вечность.

— Зато без проклятых на хвосте, — Леви проверил ремни на сумке. — Это уже плюс.

Стейни молча кивнул и двинулся вперёд. Мы последовали за ним, растянувшись цепочкой. Мы шли молча, экономя силы. Гаррет периодически останавливался, прислушиваясь и принюхиваясь, но вокруг царила мертвая тишина. Ни звука, ни движения. Только ветер, гонящий пепел по серой равнине.

Холмы, на которые указывал разведчик, казались близкими, но расстояние обманывало. Мы шли час, может больше, прежде чем они начали приближаться. За это время я успел пожалеть, что бросил копьё. Опираться не на что, руки болтались без дела, и это было невыносимо неудобно.

— Стоп, — внезапно сказал Гаррет, поднимая руку.

Мы замерли. Разведчик присел на корточки, всматриваясь вперёд.

— Движение. За тем холмом слева. Что-то большое.

Мы все уставились, вглядываясь в указанном направлении. Я тоже напряг зрение, но видел только серые очертания холмов и пепел.

— Наши? — спросил Леви.

— Не знаю. Но идут сюда.

Мы застыли, напряжённо ожидая. Сердце забилось чаще, руки инстинктивно потянулись к ножам на поясе. Бесполезным жестом, если это окажется враг.

Из-за холма показалась фигура. Потом ещё одна. И ещё. Силуэты двигались быстро, целенаправленно.

— Лошади, — выдохнул Гаррет. — Это наши.

Облегчение накрыло меня волной. Я не осознавал, насколько был напряжён, пока не почувствовал, как расслабились плечи.

Группа всадников приближалась, и вскоре я разглядел знакомые лица. Впереди ехал сержант Шин Бейрен, его крепкая фигура покачивалась в такт шагам лошади. За ним следовали остальные, все те ветераны и новобранцы, кого мы оставили наверху.

— Лейтенант! — Бейрен соскочил с седла, едва поравнявшись с нами. Его лицо было серым от усталости, на щеке темнела свежая ссадина. — Вы живы, слава Четверым!

— Живы, — коротко ответил Стейни. — Доложи обстановку.

Бейрен выпрямился, его взгляд скользнул по нашей поредевшей группе. Я видел, как он считал головы, и как его лицо становилось ещё мрачнее.

— Нас атаковали, лейтенант. Вчера, на закате. Скелеты. Больше сотни, хорошо организованные. Потеряли пятерых. — Он перечислил имена, и каждое было как удар, в ожидании знакомого имени, поэтому, когда сержант сказал про Дарна, мы все вместе вздрогнули.

— Дарн среди них?

Алекс замер рядом со мной. Его лицо побелело.

— Дарн? — переспросил Леви хрипло. — Степняк?

— Да, — Бейрен кивнул. — Он прикрывал отступление к лошадям. Получил копьё в живот. Умер быстро. Из ветеранов, моего отряда.

Я сглотнул ком в горле. Дарн. Друг, с которым мы вместе прошли учебку, первый поход, видели начало орды. Которого мы оставили в тоннелях, укушенного проклятым. Который умер от руки Леви, чтобы не стать одним из них. И теперь оказалось, что его тёзка, другой Дарн из основного отряда, тоже погиб. Какая-то злая ирония судьбы.