— Забей, — ответил я, чувствуя, как напряжение спадает. — Просто не убивай их всех, оставь немного нам?

— Постараюсь, — усмехнулся он, и впервые за несколько дней его улыбка была настоящей.

Парни переглянулись, и кто-то из них хмыкнул. Талир похлопал меня по плечу.

— Ну вот, помирились. Теперь можно идти умирать вместе.

— Заткнись, Талир, — буркнул я, но улыбнулся. — Мы не умрём, зато вернемся героями.

Когда сборы были закончены, и отряд собран внизу, лейтенант снова коротко выступил, распределяя выход группы.

— Я формирую отряд из пятнадцати человек для глубокой разведки. Основная группа будет двигаться следом, обеспечивая тыл и линию отступления. Мы пойдём по следам орды. Гаррет, твои парни, по двойкам идут по флангам и впереди на полкилометра, не дальше, оставайтесь в пределах видимости. Сержант Леви, сформируйте первую группу, я пойду с ними. Шин, командуешь основной.

Леви кивнул, словно это было само собой разумеющимся.

— В основную группу войдут: я, капрал Рик, Гаррет, Томас, Корвин…

Прощание было коротким, да и не с кем особо было прощаться, все кого я хоть немного знал, находились тут со мной, так что покидал я Башню, с пусть и мрачным, но не безутешным чувством. Вокруг были свои.

С каждым часом пути, пейзаж вокруг становился всё более негостеприимным. Если вокруг Башни ещё попадались редкие травы и кусты, то чем дальше, тем всё более бескрайним вокруг становилось серое море из пепла и пыли, даже видимость упала, позволяя как скрывать нас от глаз врага, так и врага от нас

А еще вокруг были тишина, настолько оглушающая и непривычная, после вечного топота, и движения в Башне. Ни крика птиц, ни шороха ящериц в траве, которых наверное сожрали. Только ветер, бьющий в лицо. Мы словно были самыми главными нарушителями покоя в этом мире, своим скрипом сёдел, топотом копыт и дыханием, перемежаемым негромкими голосами.

— Весёленькое местечко, — пробормотал Серг, сидевший в седле рядом со мной. Его низкорослая степная кобылка нервно поматывала головой, будто чувствовала то же, что и мы. — Прямо так и тянет тут домик построить. Вид на пепелище, тишина, соседей нет. Идеально.

— Зато комаров нет, — отозвался Талир, ехавший чуть позади. Он старался держаться бодро, но в его голосе слышалась усталость. — Там откуда я, с Востока Степи, тянутся большие болота, на тысячи километров, не пройти просто так. Там такая мошкара, что хоть сетку на голову надевай.

— Ага, зато там хоть жизнь была, — фыркнул Серг. — А тут что? Песок, пыль да кости. И все молчат, как воды в рот набрали.

— Такую жизнь, оторви да выбрось. — ответил Талир. — Хотя и там ловить нечего, ублюдок на ублюдке. О! Смотри как череп скалится, здоровается видать! Да тут целую коллекцию можно собрать.

Ага, главное, чтобы самим в эту чью-то коллекцию не попасть, подумалось мне, когда я рассматривал череп, на которого показывал Талир.

Кости. Их действительно было много. Человеческие, звериные. Они белели в серой пыли, вылезая как грибы после дождя, то оголяясь белыми кусками, то снова погружаясь в пыль и исчезая.

— Читал, что тут была война, очень давно, до первых настоящих людей. — сказал Леви, мерно покачиваясь на лошади и прислушиваясь к нашему пустому разговору. — И собрались великие войска, от горизонта до горизонта и сошлись они в сече. И умерли все. И родилась серая пустошь. Как-то так.

— А скелеты, это типа остатки тех от горизонта до горизонта? — задал логичный вопрос Алекс, молчавший до этого.

— А вот про них ничего. — вздохнул сержант. — Сталкивались разведчики с отрядами, бывало, такое, я читал сводки, но не в таком масштабе. Некромантия — древняя магия, ее обряды запрещены на всех землях, где живут люди. Да и нелюди ее не любят.

К полудню мы вышли к тому, что Гаррет назвал «древней дорогой». Сейчас это была лишь едва заметная полоса более твёрдого грунта, идущая строго на север, но когда-то, судя по ширине и остаткам каменной кладки по краям, это было внушительное сооружение.

— Куда она ведёт? — спросил Леви, подъехав поближе к Гаррету.

Следопыт, не отрывая глаз от земли, пожал плечами.

— На север. К горам. К «Пасти Дракона», если верить старым картам. Дорога времён Первых Людей, а может, и старше. Её строили, когда люди ещё не делились на Степь и Лес, а эти земли не были пустошью.

— Значит, там могут быть укрытия? — уточнил сержант. — Руины, крепости, что-нибудь?

— Могут, — кивнул Гаррет. — Но кто знает, что в них сейчас обитает. Орда прошла тут, могла всё разнести, а могла и оставить нетронутым. Нежить не особо интересуется постройками, если в них нет живых. Ждём команды, лейтенант.

Решение двигаться по древней дороге было принято быстро. Она давала хоть какую-то ориентацию и надежду на укрытие. К вечеру мы увидели на горизонте тёмный силуэт, резко контрастирующий с плоским пепельным пейзажем.

— Руины, — коротко бросил Гаррет, приставив ладонь к глазам. — Большие. Нежить там не видно. Пойдём на разведку.

Лейтенант отдал приказ остановиться и выставил часовых. Гаррет с двумя своими людьми и сержантом Леви отправились вперёд. Мы остались ждать, расположившись в неглубокой лощине, укрывшей нас и лошадей от возможных взоров. Напряжение росло с каждой минутой. Даже Алекс, обычно неспособный усидеть на месте, сидел неподвижно, устремив взгляд в сторону руин. Его глаза не горели, лишь изредка вспыхивая тусклым золотым отсветом.

Через полчаса вернулся Леви. На его лице было странное выражение, смесь настороженности и интереса.

— Место чистое, — доложил он лейтенанту, а так как мы были рядом, то дружно грели уши во время его рапорта. — Ни нежити, ни следов недавнего пребывания. Но само строение… странное. Не наше. Не человеческое.

— Объясни, — потребовал Стейни.

— Стены идеально гладкие, будто отлиты из одного куска камня. Углы острые, под девяносто градусов, без сколов. И всё покрыто рунами. Такими я не видел никогда. Из-за рун мы подумали что это Дозорная Башня типа наших Вейсхейвен, но это нечто другое.

Мой Камень Бурь, мирно лежавший под рубахой, вдруг слабо дрогнул, словно отозвавшись на слова Леви. Я приложил к нему ладонь, чувствуя лёгкую, едва уловимую пульсацию. Интересно, ты тоже умеешь подслушивать?

— Мы ночуем там? — спросил капрал Рик.

— Да, — решил лейтенант. — Лучшего укрытия не найти. Но будем настороже. Гаррет говорит, следов живых, ни людей, ни зверей здесь нет уже очень давно. Значит, и нежить обходит это место стороной. Нам это на руку.

Мы двинулись к руинам.

Вблизи они производили ещё более сильное впечатление. Здание, если это можно было так назвать, наполовину ушло в песок, но даже видимая часть возвышалась на добрых пятнадцать метров. Этим оно напоминало те развалины в которых мы искали охотников, время их тоже не пощадило, и там были проклятые.

Материал, тёмно-серый камень, отполированный до зеркального блеска, на котором не было ни трещины, ни скола. Форма же, строгий параллелепипед, лишённый каких-либо украшений, кроме тех самых рун. Они покрывали стены плотным ковром, переплетаясь в сложные, гипнотические узоры. Свет заходящего солнца падал на них под углом, и казалось, что линии слегка мерцают, переливаются тёмным багрянцем.

— Бездна, — выдохнул Серг, смотря на это величественное и чуждое сооружение. — Кто это построил? И зачем тут, посреди ничего?

— Ну очевидно же, тут не всегда было ничего, — тихо сказал Дарн. — Может, когда это строили, вокруг были леса, реки, города.

— А теперь есть мы, — буркнул Талир. — И куча костей. Прогресс налицо.

Гаррет и его парни ждали нас у входа, при этом он даже тут выставил дозорных. Затем увидев нас, замахал рукой, показывая куда стоит заворачивать, и мы всем отрядом дружно заехали в один из больших залов, вход в который представлял из себя высокий арочный проём без дверей. Внутри царил полумрак, но воздух был сухим и неподвижным. Высоченные потолки терялись в темноте. Стены, пол, даже потолок, всё это было испещрено рунами. Они не светились, были не активными, но тем не менее внушали уважение.