— Свет. — приказал Стейни. И я тут же поднял руку, привлекая внимание лейтенанта. — Говори Андрес.

— Лейтенант, как вы и просили. Я изготовил партию фонарей. У меня в сумке их каждому хватит. — отчитался я.

— Отлично. Раздай всем.

Я достал несколько своих изделий, раздал сержантам, затем и остальным и объяснил, как они работают. Лучи яркого света разрезали темноту, высвечивая детали. Зал был абсолютно пуст. Ни мебели, ни обломков, ни пыли, кроме той, что намело от вхожа. Будто сюда никогда не ступала нога живого существа. Только идеально гладкий пол и стены с их вечным рунным письмом.

— Внимание, — произнёс Стейни. — Не используем все фонари сразу. Экономим заряд.

— Как склеп, — пробормотал кто-то сзади. — Только без покойников.

— Пока без, — мрачно поправил другой голос.

Пока ветераны организовывали периметр, расставляли часовых у входа и в глубине зала, я не мог оторвать глаз от рун. Они манили, притягивали взгляд. Я достал свою потрёпанную кипу листов, матерясь про себя что давно надо завести нормальную записную книжку и карандаш.

— Куда собрался? — окликнул меня Леви.

— Руны скопировать, сержант, — показал я ему книжку. — Таких я не видел. Может, что-то полезное.

Леви хмыкнул.

— Только далеко не отходи. И не трогай ничего. Кто знает, что эти символы активируют.

Я кивнул. Вот уж кто-кто, а я прекрасно понимал, что не стоит совать пальцы, куда пёс свои причиндалы не суёт. Аккуратно ступая, направился к ближайшей стене. Камень Бурь на груди пульсировал сильнее, тепло от него расходилось по телу, приятное и тревожное одновременно. Я прикоснулся к стене ладонью. Камень был холодным, но под пальцами чувствовалась лёгкая вибрация, едва уловимое биение, словно у здания было своё сердце. Если камень греется, то это место просто полно этером, до предела. Здесь нужно медитировать.

Присев на корточки, я начал зарисовывать. Руны были невероятно сложными. Это не были простые символы Света, Триггера или Петли. Это что-то иное. Абстрактные узоры, геометрические фигуры, переплетающиеся в бесконечные цепочки. Некоторые элементы напоминали знакомые мне руны, но искажённые, словно увиденные в кривом зеркале.

Я рисовал, стараясь быть точным, чувствуя, как знание из навыка Мастер Рун молча анализирует увиденное, но не даёт ответов. Пока не наткнулся на руна Барьера. Не узнать её, я не мог, и тот факт, что она выглядела по-другому… И это по-другому, было… хм… связывающие руны сразу внутри основной? Интересно. Это как получается вместо того, чтобы расписывать вокруг одной руны четыре связующих, я могу просто написать Барьер в виде более сложной структуры и это сработает? Вот черт! Это же очевидно и очень схоже с программированием! Находка для меня!

Да меня тут нужно оставить на месяц, другой, с едой и охраной, я же сразу скакану на новый уровень. Пока было совершенно непонятно, как создаются такие сложные руны, так как на наших обычных человеческих Дозорных Башнях, таких сложных рун не было, и это было интересно. Правда я предпочел пока особо не заморачиваться, просто вырисовывая одну за другой, перенося их на листки бумаги.

— У тебя такое лицо, будто ты клад нашел. — сказал Алекс, присоединяясь ко мне. — Аж засветился весь.

— Попробую разобраться, — ответил я, не отрываясь от работы. — Может, это какая-то защита. Или запирающий механизм. Видишь, здесь узор повторяется, но с небольшими вариациями. Как будто это предложение на неизвестном языке. Или оно идет еще и на соседнюю строку.

— Язык мёртвых камней, — философски заметил Серг. — Вы жрать пойдете?

— Да мы и тут пожрем, всё равно готовить никто не будет, костер же нельзя разжигать. — ответил Алекс.

— Ну, вместе всё равно приятнее.

И мы вернулись к отряду, доставая пайки и садясь прямо на пол. Когда вернулся Гаррет и подошел к лейтенанту, что-то обсуждая.

— Таа-ак! Талир, подшустри к ним поближе, у тебя слух хороший, — сказал Курт, сидя с нами. — Чего-то удумали командиры.

Талир ухмыльнулся и сделал вид что прогуливается, но вскоре вернулся.

— Поляну нашли, там трава, будут по десятку коней водить. — отчитался он. — И вода там, небольшое озеро. Так что живем.

— Оазис. — сказал капрал Рик подходя за Талиром. — Отдадите коней парням, как подойдут, они позаботятся, вам повезло, лентяи.

— Были бы лентяями, в Башне бы остались, — ответил Дарн.

В центре зала тем временем лейтенант и сержанты разложили на полу карту Пустошей. Это была старая, потрёпанная схема, местами порванная, с пометками, сделанными разными почерками. Гаррет тыкал в неё пальцем. И мы вместе с капралом уже всем отрядом переместились еще ближе.

— Мы здесь, — говорил разведчик. — Руины отмечены как Стеклянный Холм, происхождение названия неизвестно. Какого хрена они обожрались, называя эту штуку стеклянной я не знаю, но других таких рядом нет. Парни на пять километров ушли вперед. Дальше дорога идёт на север, к предгорьям Пасти Дракона. Там, — он переместил палец, — отмечены ещё несколько точек. Сломанный Шпиль, Колодец Теней, Чёрный Храм. Всё древнее, всё заброшенное.

— И всё потенциально опасное, — добавил Леви, скрестив руки на груди. — Но альтернативы нет. Идти по открытой местности — нас быстро заметят и задавят числом. Дорога и эти руины дают хоть какую-то защиту и укрытие на ночь.

— Никакой информации о этих местах нет. Кроме обозначений. Да и тут мы сидим, по сути, в ловушке. Если вдруг что, то нас зажмут. Не выберемся. Вся надежда что по следам они не ходят, а их следов тут нет. Орда обошла Стеклянный холм, как и нашу Башню, что наводит на мысль.

— Тоже защитное сооружение? — и все кивнули, соглашаясь.

— Так что следующие три ночевки по точкам. А вот дальше… сложно. Предлагаю раздергать отряд на пятерки со следопытами, и отправить сюда. — Гаррет показал пальцем на карту. — Сюда и Сюда. Проверим места. Есть надежда что там тоже будет нечто подобное.

— Согласен, — кивнул Стейни. — Двигаемся по дороге. Ночуем в укрытиях. Пока задачу формулирую так, дойти до предгорий и обследовать их на предмет аномальной активности. Если источник чумы где-то здесь, он должен себя проявлять.

— А что насчёт воды? — спросил сержант Леви. — Запасы тают. Это озеро, по сути, единственное на пути, мы загрузим сколько можем, но лошади не вывезут несколько дней без воды и еды. Плохо будет. А если дойдем сюда?

— Не понятно с ночёвкой. — усомнился Гаррет. — Да, тут большое озеро и на третьи сутки мы всё равно выйдем к Черному храму, но насколько это безопаснее. Пока непонятно.

— Выбора у нас нет, — резюмировал лейтенант. — Будем рисковать. А без лошадей нам не выжить. Завтра на рассвете выступаем. В крайнем случае, перейдем на питание этером.

Это что-то новое. Мы все уставились на капрала. А тот, дожевав свой бутерброд, объяснил новые истины, про которых никто из нас не знал.

— Ну а как, по-вашему, становятся духовными зверьми? Попадая в море этера. Или вот так. Каждый практик может питать животное и даже другого человека этером, и если за такие дела с людьми вас сразу повесят, то за животных, тут сложнее. В городах запрещено. А в экстремальных условиях, лошадь на этере продержится пару недель, но умрёт, гарантированно. Очень мало кто знает, как правильно создавать духовное животное. Да и ни к чему хорошему это не приводит.

— Зато сильные звери под седлом. — заметил Дарн, но он видимо тоже знал про такое. — Ненадолго. Они скидывают всадников, топчут их копытами, практики выживут, а обычные люди нет. Страшные звери.

— Но мы сможем выжить. — заключил Серг. — Пусть лучше лошади, чем любой из нас.

— Только ты учти. — вмешался капрал. — Если мы будем две недели так гонять лошадей. Это к горам и обратно. А нам ведь потом еще в Степь скакать, прямо в орду. А лошадей лишних в Башне нет. Только пешком. Думай наперед немного. Чем позже мы начнем такое делать с лошадьми, тем лучше.

— А если чередовать? — задал я вопрос, но то с каким видом покачал головой сержант, показало, что так нельзя. Если этер, то всё, дорога в один конец.