— С таким вожаком и бдительными стражами, не пропадём,— довольно улыбнулся Сармат.— Вон, уже Бедолага с Рамиро сюда пылят. Бери с собой кусок вчерашнего жареного мяса, да флягу воды и, не мешкая, поспешай, дабы успел вернуться засветло. Ведь, почитай, сутки в пути уже будешь, надо бы и поспать чуток.
— Ночку на отдых выделю, дальше переходы дневные пойдут. Кстати, на счёт сна, беспробудного, Сармат, пошарь среди трофейной поклажи вожака отряда, отыщи стеклянную бутылку со снотворным зельем, которым супостаты намеревались поить пленённого дьявольчонка. Меня уже однажды похожим составом потчевали, до сих пор не могу в себя прийти.
— Будь спокоен, Василий, спрячу вместе с гранатами отдельно, подальше от загребущих рук Бедолаги.
Василиск дождался своего завхоза, отобрал припасённое мясо и баклажку с водой, а затем скорым шагом направился к точке координат, запечатлённой в памяти кота Рыжика. Пробудившиеся псы должны нагнать нового хозяина уже в дороге. Следовало очень поторопиться, ибо Василиск опасался сталкиваться с инквизиторами в защитных алмазных сеточках на голове и с их отрядом спецназа со скорострельным пороховым оружием. Хорошо ещё, что силы врага ограничены, и они, всё же, посчитали Панский перешеек более перспективным направлением поиска. Однако надо полагать, раз хитрецы загодя устроили засаду и на подступах к пещере, то после переполоха на рыночной площади в Матаморосе они уж точно смекнут, куда стремится беглый колдун. Теперь всё решала скорость перемещения. Циркачи хорошо срезали путь по прямой, но у преследователей, наверняка, будут заводные лошади. Хотя теперь и у беглецов появились подменные лошадки, ведь груз трофеев совсем невелик.
Пока Василиск добирался до таинственной пещеры, у него было время порассуждать. Он пришёл к выводу, что в рядах Святой инквизиции толковых специалистов по ловле настоящих колдунов нет вовсе, иначе, зачем бы руководство привлекало опытных «охотников за головами». Согласно сведениям, вытянутым из памяти капеллана Рамиро, выходило: вся развёрнутая охота на ведьм— сплошная профанация. Колдунами и ведьмами объявлялись неугодные Святому Престолу: учёные, знахари и провидцы. На продажных лжепророков и рыночных гадалок гонения не распространялись. Похоже, с настоящими–то колдунами инквизиторы сталкивались крайне редко, а когда узнавали о таковых, то поручали опасную чёрную работу опытным головорезам, наподобие тех, которые похитили Василиска. Скорострельным оружием вооружать их было незачем, достаточно гранат со снотворным газом и бутыли с одурманивающим зельем. Скорее всего, существует противоядие, снимающее блокировку памяти жертвы, но, разумеется, с Василиском делиться лекарством инквизиторы не станут.
Хотя, похоже, инквизиторы имели когда–то дело с телепатами, раз создали сеточки со светящимися рубинами, блокирующие астральную связь. Однако таких дорогих артефактов много быть не может. Василиск видел только один экземпляр, у главы карательной экспедиции. Учитывая фору по времени, которую получили беглецы с Северного Архипелага, этот главарь смог бы тайно добраться до Панского порта только на днях. Теперь он будет вынужден ринуться в Матаморос, дабы расставить ловчую сеть на появившегося в тех краях беспризорного колдуна. Ведь инквизиторам, в отличие от потерявшего память юноши, точно известно, что машинерия, позволяющая осуществить прокол в пространстве, разрушена. И без особых знаний неуч не сумеет справиться с трудной задачей, поэтому беглец будет вынужден продолжить скитания. Ему придётся возвращаться к друзьям на Панском перешейке. Самый очевидный маршрут: по проторённой дороге на восточном побережье континента, ибо западный путь долог и опасен. Так как западный будет проходить через территории воинственных племён краснокожих аборигенов, на дух не переносящих бледнолицых чужаков.
Вряд ли инквизиция отправит за труппой циркачей погоню на опасное западное побережье, предпочтут подловить уже на Панском перешейке. И совсем уж видится загонщикам маловероятным, чтобы беглецы сумели осуществить точную координацию по месту и времени с северными дружками, встретившись с ними на диком западном побережье Нового Света. В последнем, крайне нежелательном для инквизиции варианте развития событий, помешать беглецам никакая погоня уже не в состоянии, ибо и корабль северных пиратов, и колдун легко затеряются где–то в бесчисленных бухточках неизученного испаньольцами берега.
Ещё остаётся вариант с покушением на Хитрована Билла, но бывалый в разных переделках пиратский капитан всегда настороже, да и Рыжик бдительно сканирует все подозрительные личности. Бойцовский кот использует не только своё звериное чутьё, но не стесняется беспокоить Василиска, чтобы с его помощью прочитать мысли окружающих. Для чародея–телепата не составляет большого труда на секундочку внедриться в сознание кота–телохранителя и перекинуть ему копию считанной с астрала информации о запрашиваемом клиенте. Василиск настолько уже привык мгновенно сливаться сознанием со своим котом–симбиотом, что производил это в автоматическом режиме, почти не отвлекаясь от текущих дел. И расстояние для Василиска не помеха, потому Рыжик столь же опасен для врагов, как если бы сам телепат оказался в теле симбиота, естественно, с поправкой на ограничение физической силы, хотя вот прыткости кота позавидует любой акробат.
Глава 16. Тропою ягуара. Часть 2
К полудню, добравшись до площадки у заваленного камнями входа в пещеру, Василиск расположился на привал, поделился мясом и водой с ластившимися собачками. Конечно, из воспоминаний Рыжика он знал, что не сможет пробраться внутрь пещеры, но для сканирования пространства чародею каменный завал не преграда. Василиск дистанционно изучил обломки разрушенной машинерии прокола пространства и отложил в память все технические особенности сложного устройства. Он теперь знал, как изготавливалась каждая деталька, однако воспроизвести подобные высокотехнологичные образцы без специфического оборудование не мог. Да и без редких материалов копию такой машинерии не создать. А в астральной ячейке памяти оператора, погибшего под завалом, хранились лишь сведения о выполнении точных настроек для пространственного перехода в заданную точку координат. Обнадёживало, что хитрая машинерия была собрана в секретной лаборатории Метрополии, значит, с помощью передовой технологии этого мира, возможно создать и копию образца. Правда, Василиску ещё ни разу до этого не удалось уловить в чьих–либо мыслях упоминания об электронных лампах, электрических трансформаторах и других элементах радиотехники, но ведь и о скорострельном огнестрельном оружие никто из встречных тоже ничего не ведал. Также оставалось загадкой, как учёным Метрополии удалось так сильно обогнать местный уровень технического прогресса?
Был бы Василиск человеком религиозным, он бы заподозрил в том козни дьявола, но так как сам являлся, в какой–то мере, демоном из другого мира, то склонялся к идее обретения аборигенами научных знаний от более развитой цивилизации. Возможно, инквизиция сумела получить информацию из записей, оставленных древними исчезнувшими государствами, или инквизиторам удалось что–то выдавить из пленённых колдунов, способных заглядывать во всемирное астральное информационное поле. В этом случае, становился понятен огромный интерес властных аборигенов к выкраденному из другого мира телепату— такой уникум один стоил толпы чужеземных академиков.
Исходя из столь высокого интереса к своей персоне, Василиск уже не сомневался, что загонщики скоро явятся в лагерь у входа в ущелье. Оставаться на ночь в мышеловке было бы опрометчиво, поэтому Василиск поспешил назад. Успел вернуться к друзьям ещё засветло и поднял тревогу.
— Полчаса на сборы, и в дорогу! У нас будет ещё чуток светлого времени, чтобы переместить лагерь подальше от известного преследователям места.
— Не на крылатых же пегасах они за нами летят⁈— возмутился зряшной полундре расхрабрившийся Бедолага.
