Модификатор № 3: Выбор — в двадцати процентах случаев вы можете самостоятельно выбрать, какую именно доминанту желаете поглотить, вместо случайного выбора. Применимо только к существам с несколькими доминантами. Вероятность срабатывания не зависит от внешних факторов.
Модификатор № 4: Честная плата — вы можете поглотить конкретную доминанту из генома разломной сущности, но для этого придётся заплатить. В качестве платы взимаются две доминанты, которые вы можете выбрать самостоятельно из собственного генома. Для поглощения доминанты высокого ранга вы должны заплатить двумя доминантами такого же качества. Обмен необратим.
Модификатор № 5: Лотерея — выберите три доминанты из своего набора и обменяйте их на одну случайную мутацию. Мутация может быть любого ранга, от первого до божественного. Вероятность получения мутации высокого ранга крайне мала, но существует. Обмен необратим, мутация не подлежит отмене.
Модификатор № 6: Эхо древних — позволяет восстановить утраченные ранее доминанты. Восстановление занимает время, пропорциональное рангу доминанты. Не работает на божественных доминантах.
Модификатор № 7: Проводник силы — позволяет обмениваться доминантами с союзниками, временно передавая им собственные способности. Длительность обмена до двадцати четырёх часов. После окончания срока доминанты возвращаются владельцу. Требует согласия обеих сторон. Не работает на божественных доминантах.
Модификатор № 8: Единение — вы способны объединять конгломераты по своему усмотрению, комбинируя их свойства в единую структуру. Существует вероятность безвозвратной утраты обоих конгломератов при неудачной попытке. Вероятность успеха зависит от совместимости конгломератов. Процесс необратим'.
Я замер, перечитывая описание всех модификаторов и тяжело вздохнул, когда дочитал их.
— Эх, похоже, остался один мусор. А я-то надеялся получить нечто ценное…
Голос Ут откликнулся мгновенно:
«Вместо выбора модификатора вы можете развить одну из имеющихся доминант, повысив её ранг на пять уровней. Это альтернативный вариант награды за достижение пятнадцатого уровня».
Я резко поднял голову, уставившись на пирамиду. Повысить ранг на пять уровней? Весьма заманчиво, однако есть вопрос…
— Работает ли это с конгломератами? — быстро спросил я.
«Отрицательно. Улучшение применимо только к отдельным доминантам, не к конгломератам».
Ну и ладно. Не очень-то хотелось. А если так?
— Ут, улучши доминанту «Генокрад», — приказал я.
Повисла пауза. Голос Ут прозвучал с едва уловимыми нотками сожаления:
«Улучшить доминанту божественного уровня данным методом невозможно. Генокрад находится за пределами обычной системы рангов. Выберите другую доминанту».
Озадаченно я потёр висок. А жаль, было бы здорово улучшить доминанты божественного ранга. Ну и какую доминанту мне стоит улучшить? Взгляд сам собой упал на зеленоватый кристалл.
«Желаете улучшить сопротивление яду?» — спросила Ут.
А почему бы и нет? Туз Крестов использует некротический вирус, который, по сути, является смертельным ядом, превращая людей в мертвяков за секунды. Да, возможно, это и не сработает, но кто знает, какой гадостью ещё владеет Туз Крестов? Уверен, у него есть варево и посерьёзнее, а значит, нужно подготовиться.
Если улучшу сопротивляемость ядам на пять рангов, достигну седьмого ранга. Это может дать иммунитет к некротической заразе, или хотя бы значительно замедлить её распространение. Хотя, о чём это я? Некротика на меня никак не повлияла, а значит… Я перевёл взгляд на новую доминанту в физическом ряду и услышал голос Ут:
«Интеграция доминанты „Поглощение урона“ завершена».
Доминанта была седьмого ранга, отчего у меня тут же загорелись глаза, и я спросил:
— Ут, возможно ли улучшить «Поглощение урона» до внекатегорийного ранга?
«Да, это возможно благодаря вашему модификатору 'Разрушитель границ».
— Сделай это! Немедленно! — выкрикнул я и в следующее мгновение ослеп от ярчайшей вспышки.
Кристалл раскололся на тысячи мелких осколков, оставив после себя маленький камень красного цвета.
«Улучшение выполнено», — сообщила Ут, и я тут же сосредоточился на новом камешке. Перед глазами возникло описание, согласно которому я мог переработать в ману тридцать пять процентов полученного урона. А если…
— Ут, активируй модификатор «Разрушитель границ».
«Модификатор активирован».
Сердце рванула чудовищная боль, но я улыбался, как сумасшедший, видя, как описание доминанты меняется. Теперь я мог поглотить шестьдесят процентов урона. Проклятье. С этой силой у нас точно есть шанс… Боль стала нестерпимой, и я вывалился в реальность. Открыв глаза, я увидел всё тот же лес. Снег падал крупными хлопьями, ветер свистел в искривлённых ветвях.
Вдалеке послышался вой птероса. Это был Король Червей, выслеживающий добычу. Прислушавшись к себе, я понял, почему так болело сердце. И не только сердце. Я понял, почему всё это время харкал кровью после поглощения доминант гвардейцев в Хабаровске.
Проблема была не только в количестве доминант, но и в том, что каждая из них несла в себе огромный заряд маны, который не попал в ядро маны, а рассредоточился по телу. Сейчас же доминанта «Поглощение урона» перетягивала всю эту ману, наносящую мне урон в район сердца, и я ощущал, как нестерпимый жар разрывает мою грудь на части. Закричав срывая глотку, я потянулся к магии Огня и выплеснул из себя всю ману без остатка.
* * *
Шанхай. Алхимический комплекс. Лаборатория.
Преображенский стоял у массивного стола, заваленного колбами, пробирками и блокнотами с записями. Его лысая голова блестела в свете ламп, белый халат был безупречно чист, резиновые перчатки плотно облегали руки. Он склонился над микроскопом, изучая образец крови одного из заражённых гвардейцев, когда внезапно почувствовал мощнейший выброс маны.
Воздух перед ним задрожал, замерцал синеватым светом. Формировался портал — круглый, окаймлённый золотистыми искрами. Преображенский выпрямился, снял защитные очки и с любопытством уставился на открывающийся разрыв в пространстве.
Выглянув в окно, он увидел, что по вечернему небу несётся странного вида зарево. Если бы он находился на полюсе, мог бы с уверенностью сказать, что это северное сияние, но это точно было не оно.
— Какой занятный феномен… Я бы его обязательно исследовал, но времени в обрез, — проговорил Преображенский и собирался вернулся к работе, но слева от него полыхнула ещё одна яркая вспышка.
Открылся портал, из которого вышел молодой парень. Худощавый, с волосами, собранными в небрежный хвост. Одет в потёртую кожаную куртку, тёмные штаны, ботинки. За спиной висел небольшой рюкзак. Это был Остап. Названный сын профессора Преображенского.
Остап огляделся по сторонам и устало вздохнул.
— Что случилось, отец?
Преображенский расплылся в довольной улыбке, развёл руками:
— Остап! Добро пожаловать в Шанхай, в один из крупнейших алхимических комплексов на континенте! — он обвёл рукой лабораторию, голос звучал гордо. — А эти малыши — мимики, клоны единого существа. Лучшие лаборанты, каких только можно пожелать. Неутомимые, точные, безошибочные… — проговорил он, указывая в сторону мальчишек, снующих по лаборатории туда-сюда.
Остап посмотрел на мимиков и, судя по всему, не впечатлился. Он остановился у одного из мальчишек, который смешивал две жидкости, красную и синюю. Цвет жидкости изменился на фиолетовый, затем на золотистый.
— Лаборатория, здорово, — меланхолично произнёс Остап. — А зачем тебе я?
Преображенский подошёл к сыну, положил руку на его плечо:
— Остап, я вызвал тебя не ради экскурсии. У меня важный разговор. — Голос стал серьёзным, почти торжественным. — Ты должен перенять все мои знания. Каждую формулу, каждую технику, каждый секрет, что я накопил за десятилетия. А когда меня не станет, ты станешь опорой рода Архаровых. Светочем мировой науки!
