Он мрачно хмурится на следы оставленные Шаеном во время нашей вчерашней близости. Чувствую, как напрягаются его мышцы под тонкой тканью повседневной одежды. Свою броню он давно уже снял и я снова могу любоваться ярким узором эсферий, что расчерчивают его совершенное тело.

Его кулаки сжимаются несколько раз, а потом он просто обнимает меня, но на это раз очень осторожно и несет в душевой отсек.

Там долго смазывает все мои синяки и гематомы какой-то остропахнущей мазью и тяжело хрипло дышит, не говоря ни слова.

— Прости, я…

— Не нужно, маленькая, — обрывает он меня. — Тебе не за что просить прощения. Я знал, с кем отправлял тебя и понимал, что это случится рано или поздно, — говорит он, закрывая прозрачный тюбик.

Прячу лицо на его груди, обхватываю руками и с облегчением даю волю слезам, которые копились так долго внутри.

Просто, наконец, почувствовала себя снова в безопасности и напряжение предыдущих дней начало отпускать. Выпускаю то, что пряталось глубоко внутри: и свои страхи перед операцией, и боль от несправедливости отца Шаена и все остальное глубокое, запертое на самом низу. Все сейчас хочу отпустить.

Давно пора было. Просто я только сейчас полностью осознала, что опасность ушла насовсем. Что все уже, можно выдохнуть и расслабиться.

Я новая. Родилась будто заново. Значит, и все дурное должно остаться там, в другой жизни. Хочу сохранить только светлые воспоминания, только самые радостные и счастливые. Не хочу тянуть за собой темный шлейф обиды и боли к прошлому.

Риц всегда очень хорошо меня понимал. И в этот раз он просто долго сидит со мной, негромко утешает, поглаживая по волосам и спине. Дает выплакать все-все.

Жидкости в моем организме за последние сутки определенно стало меньше. Улыбаюсь ему сквозь слезы. Как же я рада его видеть. Просто словами не передать, и снова Шаен помогает, не думая о себе. Только обо мне заботится.

Почему же Аран не видит этого проявления настоящей любви? Разве этого недостаточно? Разве мало он страдал?

— Расскажешь? — тихо спрашивает Риц и я согласно киваю.

Да. Мне нужно выговориться ему. Это будет правильным решением. Хочу, чтобы он все знал. И про свое прошлое хочу ему рассказать все-все.

Мы долго говорим, устроившись в обнимку на кровати. Я Заново вспоминаю надежное тепло его рук, его негромкую хрипотцу и характерную улыбку, от которой сердце сбивается с ритма и дыхание замирает.

Он замечает, как я рассеянно тереблю браслет на руке.

— Это он подарил? — уточняет немного ревниво скосив глаза.

— Да, — не скрываю я.

Риц чему-то задумчиво усмехается, потом потянувшись встает.

— У меня тоже есть для тебя кое-что.

Он достает из ниши небольшую белую коробочку и присаживается обратно рядом со мной.

— Что это?

— То, что я должен был подарить с самого начала, — интригует меня он.

Я осторожно приоткрываю крышку и озадаченно смотрю на широкий браслет из такого же серебристого металла, что и подарок Шаена, со странным волнистым узором по всей кромке.

Никогда такого не видела. Те цвены, что я видела у тши и немногих шо были тонкими и жесткими, и их всегда было много на руках. Ни цепочек, как у Шаена, ни таких широких я не видела еще.

— Это мне? — поднимаю взгляд на Рица.

Он улыбается какой-то торжественной улыбкой.

— Тебе, моя алтэя. Только тебе.

Осторожно берет мою руку и нежно целует запястье. Затем аккуратно прикладывает тяжелый браслет и защелкивает его на моей руке. Тот вспыхивает яркими символами по кругу.

Глаза Рица и эсферии на его теле тоже сияют победным светом.

— Это теперь всем покажет твой новый статус, Надина, — поясняет он.

— Новый статус?

— Да. Ты теперь алтэя главы рода Коу. Моя алтэя, маленькая. Я больше не безродный.

С напряженным вниманием я слежу сквозь прозрачную с моей стороны перегородку за прибытием очередной делегации. В этот раз я особенно жадно рассматриваю всех. Потому что это делегация с моей родной планеты, с Земли. Их вызвали специально на большое заседание Совета Пяти, посвященное расследованию, что инициировали тши еще год назад против шо и их незаконных действий с землянками.

И финал этого расследования уже скоро. Я сама настояла, чтобы Риц привез меня сюда. Я ведь тоже свидетель. После своего чудесного выздоровления мне хотелось хоть какую-то пользу принести, чтобы оно было оправдано. Мне хотелось действия, а еще, конечно, я не могла пропустить восстановления справедливости. Так хотелось в глаза своим бывшим хозяевам заглянуть.

И девочек тоже нужно было поддержать.

Тем более теперь мои слова должны иметь больший вес, если я стала главной алтэей рода. А шэнцы имели намного больше влияния в Совете, нежели тши.

Даже нынешний председатель Совета был из шэнцы. И именно он будет вести это заседание.

Мы успели вовремя. Точнее, я так боялась опоздать, что очень торопила Рица, а в итоге оказалось, что расследование и сама подготовка к заседанию движется очень медленно. Девочки тоже все были здесь. Их доставили патрульные.

И все мои подруги уже заключили союз как минимум с одним мужчиной. Но нас все равно поселили всех отдельно от наших мужей. Объяснялось это правилами безопасности и конфиденциальности наших показаний. Чтобы на нас никто и ничто не влияло во время заседания.

Но оно еще даже не началось!

Если бы я знала тогда на сколько это все затянется!

Вспоминаю, как прощалась с Рицем, едва сдерживаясь, чтобы переменить свое решение. Если бы не та неделя, полная любви и нежности, что была у нас до этого нового расставания, я бы точно не смогла его отпустить, как и он меня.

Даже и не знаю правдой были его слова о том, что у него есть кое-какие дела еще в своем секторе и он скоро вернется, когда их уладит. Потому что сорвался он ко мне, только только приняв на себя роль главы.

Про это он тоже отмалчивался. Я ведь помню, что когда мы улетали с Шаеном, то Риц был только кандидатом в наследники. Вернее он победил в бою первого наследника и вполне имел шансы занять его место, если бы отец восстановил его в роде.

Но как он потом главой стал да еще так внезапно? Риц только улыбался мрачной улыбкой и говорил, что обстоятельства сложились в его пользу.

Это только потом уже я узнала, что мой любимый кардинально решил этот вопрос. Отец ведь отказал ему в восстановлении. Не принял обратно в род. Тогда Риц, при поддержке других членов рода, вызвал своего отца в круг Арана. Имел на это право, после победы на Акешем и воспользовался им без раздумий.

Очень хорошо, что он мне не рассказал этого в тот момент, я бы точно его тогда не отпустила доделывать срочные дела, которые у него там остались после принятия нового статуса.

Он так спокойно мне об этом сказал при прощании. Что еще много осталось не решенных задач, но я для него всегда буду самой главной и приоритетной среди всех дел. Пообещал вернуться к началу заседания, потому что он в любом случае должен на нем присутствовать. Собирали всех.

А еще попросил меня не волноваться и больше отдыхать. Погладил браслет, что мне подарил. Столько невысказанной нежности светилось в его глазах. Поцеловал до звездочек в глазах и отправился на корабль.

А перед моими глазами вставала наша прощальная ночь, которая так быстро пролетела для нас обоих.

Помню как мы не могли расцепить наши объятия, с какой одержимостью Риц брал меня, заставляя снова и снова взрываться в невероятном наслаждении. Как он повторил Шаена в его желании пометить все уголки моего тела и не остановился пока не сделал этого.

Как невыносимо сладко было сплетаться с ним телами, двигаться за ним в такт, стонать его имя, шептать горячие слова признаний для него и оставлять свои следы на его солоноватой влажной коже. Я получала невероятное удовольствие от каждой нашей близости. Это по-другому, чем с Шаеном, но не менее ярко и остро.

Так остро, что я кричала, не сдерживая голос и к концу ночи потеряла его. Мне все казалось мало, слишком мало… Вся хотела вся пропитаться его запахом. Внезапный тайный страх нового расставания подстегивал меня изнутри. Как могла давила его в себе.