— Вино с виноградников вашего батюшки, — заметил Эрвил, приподнимая бокал и чуть подавая его в мою сторону.

Я решила, что это знак того, что со мной хотят чокнуться. Подняла свой бокал и слегка коснулась им бокала мужа. Они были столь тонкими, что было страшно их разбить любым неловким движением. По столовой поплыл нежный звон.

— Ваше здоровье, — произнесла я тост.

— Благодарю.

Судя по слегка округлившимся глазам и дернувшимся бровям, все снова не так. Елки-палки, примут еще за какую-нибудь одержимую! Решила больше не проявлять никаких инициатив и затаиться.

Хотелось горячего супчику, но подали большой кусок кусок жареного мяса с какой-то непонятной кашей на гарнир. От прогулок по холодному дому аппетит разыгрался, способствовал ему и глоток вина. Так что я с удовольствием отдала должное ужину, пока он не остыл. Была мысль поклевать, как птичка, но еда была вкусной, а от мысли что мне всю ночь мерзнуть полуголодной, есть захотелось еще сильнее.

Помолчать не удалось, разговор завел супруг:

— Как прошел ваш день, мэлисса Айдира?

— Читала книги в библиотеке, осматривала дом.

— Рад, что вы не скучали.

— А как прошел ваш день? — я решила быть вежливой.

— Был не так насыщен, — он еще и язвит. — Но мне удалось справиться со всеми делами.

Любопытствовать, что это были за дела, я все же не решилась, и так будто по тонкому льду хожу.

Посмотрела на то, что у мужа на тарелке осталась большая часть порции, а у меня только несколько крупинок от гарнира, и расстроилась. После были поданы чай и десерт. Какое-то песочное тесто, переслоенное мягкой карамелью, что-то вроде муравейника. Слишком приторно, так что тут уже я ковырялась, воздавая больше должное чаю, а Эрвил уничтожил пирожное с явным удовольствием. Все с ним понятно — сладкоежка. У меня на мгновение зачесались руки приготовить что-то мужу самой, из ассортимента своих коронных рецептов. Но вспомнила округляющиеся глаза, приподнимающиеся брови, и задавила это желание в зародыше.

Когда от десерта остались только жалкие крошки, супруг решил продолжить светскую беседу:

— Что же вас заинтересовало в моей библиотеке?

— Мифы. Перечитывала мифы о сотворении мира.

— Ааа. Я очень любил эту книгу в детстве. Рад, что она пришлась вам по душе.

— Там очень красивые иллюстрации.

— Да. Я тоже их всегда долго рассматривал. И мне всегда было жаль, что Праматерь ушла из нашего мира и растворилась в бесконечной вселенной.

На миг мой холодный супруг будто приоткрылся передо мной. Только бы его не спугнуть!

— Мне кажется, она хотела дать своим детям самостоятельность. Не хотела им мешать развиваться. Потому и ушла. Но все равно в трудные времена, когда ее просили, давала советы.

— Да вы правы, — видимо, я озвучила его мысли, потому что Эрвил положил пальцы на мою руку, лежащую на столе.

Его пальцы машинально погладили мою кожу. На ней остались белые следы! А потом проступил иней. Увидев, что мои глаза расширились от ужаса, он проследил направление моего взгляда и спешно отдернул руку. И вовсе встал из-за стола.

— Желаю вам приятных снов.

Обмороженная рука болела, но я постаралась этого не показать, только спрятала ее в рукав.

— Постойте!

— Вы что-то еще хотели?

Я замялась, не зная, как озвучить свою просьбу.

— Я… Мне…

— Да, мэлисса Айдира. В чем вы нуждаетесь?

Ну вряд ли это что-то сверхъестественное.

— Я смотрела книги в библиотеке. Но все такие сложные. А нет ли вас какого-то учебника по магии для начинающих?

Эрвил несколько озадачился.

— Боюсь, что в доме нет ничего подобного.

Я расстроилась. Супруг сразу это заметил.

— Я завтра буду в городе, загляну в книжный магазин. Какой уровень вам нужен?

— Самый начальный. Что-то для совсем-совсем начинающих. Лучше — для детей.

— Разве вы не изучали магию?

— Родители были против. Когда поняли, что у меня средний уровень и нет выплесков, то решили, что изучение магии для девушки — это лишнее, — частично сдала я родителей Айдиры, частично приврала.

— Да, так иногда бывает в магических родах.

— А вы не против будете, если я попробую самостоятельно изучить магию?

— Вряд ли вы сможете достигнуть больших успехов. Время упущено. Развитие способностей стоит начинать в детстве. Но нет, я не против.

На этом мы распрощались. Супруг поднялся на второй этаж, отправившись в свой кабинет, а я пошла в комнату.

Днем я вздремнула, так что спать еще не хотелось, читать тоже. В общем, было скучно. А еще холодно. Метель снаружи так и не стихала, к вечеру, видно, еще похолодало. И теперь в комнате стало совсем зябко. Я спросила у девушек, так и тусивших возле меня, можно ли как-то подогреть комнату, а особенно ванную, потому что помыться уже сильно хотелось, но те только виновато улыбались. Сана вытащила еще одну накидку и пообещала принести мне бутылок с горячей водой, чтобы согреть кровать. Вообще кровать должен согревать муж, но этот скорее заморозит!

Но что это за странное явление? Его же опасно допускать к людям. Или это и есть те таинственные выплески, которых так все боялись? Столько вопросов и пока никаких ответов.

Я слонялась по комнате, ища, чем себя занять. Девушки, вытащив из угла какую-то длинную палку, постучали по светильникам, свешивающимся с потолка, и теперь в комнате хотя бы стало светло. Гасились они таким же образом. К моим покоям оказалась пристроена гардеробная, и я убила некоторое время копаясь в тряпках. Рассмотреть здесь было что. Платья, конечно, все из очень плотной ткани, из такой и пальто шить можно, очень теплые, но здесь самое оно. Нарядные! Украшенные вышивкой, самоцветными и драгоценными камешками, кусочками зеркал, просто разноцветными узорами. Все это было, конечно, не на каждом платье и не сплошным фоном. Наряды были оформлены с большим вкусом.

С обувью было похуже. Нет, ее не было меньше, но это были в основном изящные туфельки, на каблучках разной степени высоты. А мне хотелось каких-нибудь валенок, даже без узоров и вышивки. Из более-менее теплой обуви были только невысокие сапожки на меху.

Как я поняла со слов Дулы и Саны, с не меньшим удовольствием копавшимся в моих нарядах, все платья заказывал для меня мэлисс Эрвил. То, что привезла настоящая хозяйка тела, скромно висело в сторонке. Да, в этих тонких платьицах я бы тут долго не протянула. А вот с туфлями он что-то промахнулся.

Я поинтересовалась, как же девушки не мерзнут. Они только захихикали.

— Ах, мэлисса Айдира. Это вы из теплых краев, а мы привычные.

Да, судя по всему, служанки совсем не мерзли, хотя их платья были не из толстой шерстяной ткани, а ситцевые, на ногах были удобные туфельки без каблуков.

— Что же, здесь всегда так холодно? — поинтересовалась я.

На глаза мне попалась шкатулка. Открыла. А там целая россыпь драгоценностей. Даже глаза разбежались. Сана с Дулой тоже смотрели с восторгом. Неужели это все мое?

— Бывает и потеплее. Это что-то в этот раз метель разыгралась. Уже десятый день не стихает, — Сане явно хотелось запустить в блестяшки руки, но она держала себя в руках, понимая, что служанке это неуместно.

— Но и похолоднее бывает. В былые годы иногда такие морозы стояли, что птицы на лету замерзали, — добавила Дула. Эта оказалась хитрее: — Мэлисса Айдира, не хотите примерить подарки мужа? Давайте я вам помогу надеть?

— Нет, спасибо, милая. Не сейчас.

Значит, все это надарил Эрвил. А Кирилл за все время сподобился только на серебряный кулончик с фианитом и позолоченные серьги. Я не разбиралась в драгоценных камнях, но что-то подсказывает, что эти прозрачные камешки в украшениях вовсе не фианиты, а разноцветные — не крашенное стекло. Поигравшись немного, убрала все в шкатулку.

— А почему в малой гостиной тепло, а здесь нельзя так же подогреть? — вопрос тепла волновал все больше.