Убрав за собой, я отмытую посуду поставила в сторонку. Напоследок напилась чаю. Больше ничего съедобного из того, что не надо было готовить, я не нашла, а то, что нашла, есть побрезговала.

Вот я и села на диету, как хотел мой супруг.

Вообще удивительно, что слопав шесть яиц, я осталась голодной. В своем родном теле я обычно ограничивалась двумя. Да и Айдира, судя по талии, обжорой не была. Почему, правда, такой аппетит? Или это, действительно, от перемены климата на холодный? Я задумалась А может, это из-за духа? Солнечный Зайчик творит магию, расходуя для этого мою энергию. Потому и есть все время хочется.

Прихватила с собой кипяченой воды в чашке на тот случай, если пить захочется, и пошла в свою комнату.

Поднявшись наверх, я заперла дверь и устроилась спать. Платье решила не снимать, а то мало ли что.

Но уснуть не получалось. Как так вышло? Все происходящее в голове не укладывается! Но что все-таки произошло? Со мной так обращаются из-за каких-то накладок или это приказ Эрвила? Все никак не могла понять. Лежала и гадала — нарочно или случайно? Еще думала о том, что мне завтра делать. Как заставить этих теток считаться со мной? И хорошо бы с мужем как-то связаться. Вот только сослать муж меня сослал, а никаких денег с собой не дал. Не знаю, как здесь работает почта, но явно же не бесплатно. Наверное, думал, что я тут буду на полном обеспечении. Можно попробовать продать драгоценности. Я похолодела. Драгоценности! Грымзы все перетряхнули, шкатулка не прошла бы мимо их жадных ручек.

Я вскочила и принялась перетряхивать распотрошенные сумки. Шкатулка не нашлась. Но у меня еще есть две нетронутые. Я влезла туда — пусто. Выудили все-таки! Просить вернуть — бесполезно. Села на кровать и прикусила губу. Что делать? Взгляд упал на руки, там, на указательном пальце было кольцо с продолговатым голубым камнем. Я как пришла в себя, так и не снимала его ни разу, оно мне не мешало, я про него забывала. Еще были серьги в ушах, и можно спороть камешки с оставшихся платьев, надеюсь, они представляют какую-то ценность.

Усталость и стресс все же взяли свое, и я уснула. Чтобы увидеть во сне Айдиру. В этот раз картинка показалась мне четче. Девушка была в квартире у соседа. Она стояла у плиты и что-то помешивала в сотейнике. На кухонном столе нагло развалился кот. Меня такая антисанитария возмутила. Шерсть, грязь, микробы, паразиты. Хотя паразиты вряд ли есть у этой холеной морды. Айдира кота не прогоняла, напротив, о чем-то с ним беседовала. Стала его угощать мелкими креветками, которые тот пренебрежительно нюхал и только после этого столь же пренебрежительно ел. Пока Айдира отвлекалась на кота, у нее убежало то, что варилось в сотейнике, залив всю плиту.

Разбудила меня возня у запертой двери. Так что я так и не узнала, как моя замена будет отчищать плиту.

Дверь толкнули, подергали ручку.

— Это что еще? — тихо раздалось недоуменное.

На некоторое время наступила тишина. Потом ключ вошел в скважину… Я затаила дыхание. Повернулся… И все. Снаружи его пытались вытащить, шепотом ругались, но он застрял намертво.

Я мысленно похихикала и сказала спасибо Солнечному Зайке, тот довольно трепыхнулся.

Поковырявшись немного, Тинора, я узнала ее голос, ушла. Наверное, за подмогой. Я встала, дошла до двери. Для магии не было никакой сложности повернуть механизм, даже с ключом в замочной скважине. Открыла дверь, вытащила ключ, а потом вставила его в скважину внутри и заперлась.

Я принялась приводить себя в порядок, ожидая, что будет дальше. Через некоторое время снова раздались осторожные шаги, теперь шли несколько человек. Послышался удивленный вскрик.

— А где? — удивилась Тинора.

— Наверное дверь была открыта, а ключ просто заклинило. А теперь он у девки, — второй голос был грубым, мужским.

— Нет! Дверь была точно заперта! — возмутилась управляющая.

В дверь заколотили.

— Открывай! — велела Тинора.

— Зачем? — спросила я, продолжая расчесывать волосы.

Какие они все-таки роскошные у Айдиры. Длинные, густые, волнистые, мягкие. Одно наслаждение за такими ухаживать.

— Хочешь есть, тогда иди работай.

— С чего это? Мэл Ятран привез меня сюда и велел вам обо мне позаботиться. Я здесь постоялица, а не работница.

За дверью снова наступила тишина. Тинора явно раздумывала, что мне на это ответить.

— Ну и сиди тут, голодная, — наконец придумала она ответ.

Я закончила расчесываться, прическу никакую делать не стала, заплела простую косу, села и задумалась. Никакого плана действий у меня так и не появилось. Понятно только одно — долго я тут в осаде не продержусь.

Подошла, посмотрела в окошко. Оно выходило во двор. Там никого не было. Но идея убежать через него — так себе. Да и вряд ли меня будут задерживать, если я захочу уйти. Вопрос в том, надо ли мне уходить? Почти без средств. Но самым приятным было то, что небо постепенно светлело, хоть и было затянуто тучами. Это вызывало улыбку, как я, оказывается, успела соскучиться по солнечному свету. Он, конечно, так и не появился, но стало светло, как светло бывает в пасмурный день.

Не знаю, сколько я так простояла, забывшись, глядя из окна на крыши соседних домов, двор и забор, но терпеть уже не осталось сил.

Нет, надо собраться с силами и идти. Да и Солнечный Зайчик подначивал. Давай, мол, как выйдем, как всем устроим! Вот такой примерно посыл.

Отперла дверь, выглянула — никого. Тихонько вышла, закрыла дверь и заперла, а ключик в карман спрятала. Так теперь — поход в туалет. К счастью, мне по дороге никто не встретился, я спокойно дошла и сделала все делишки, вымыла руки, умылась. Ну что, теперь рывок на кухню? Дух кувыркался внутри, от него шли волны одобрения и ободрения: «Давай! Вперед!»

— Ну вперед, так вперед, — пробормотала я, вышла из ванной и направилась на кухню.

И там никого не оказалось. В плитах еще горел огонь, в большой кастрюле, покрытой копотью и пригоревшим жиром что-то булькало. Раковина была забита грязной посудой. И там же я обнаружила ту сковороду, что отчистила вчера вечером. Тщательно отмытой мною посуды, отставленной в уголок, тоже не обнаружилось.

Подходить к раковине не хотелось, пришлось Солнечному Зайчику отчищать мне кастрюльку и другую посуду своим способом. Я решила наварить себе каши и забрать с собой в комнату. Буду питаться так целый день, а выходить только в туалет.

Отсыпала первой попавшейся крупы, промыла и поставила ее вариться. Руки так и тянулись начать все убирать, отчищать, отмывать. С трудом себя сдержала. Каша будет вариться долго, чем занять себя я не зала, так и стояла как дурочка посреди кухни. Тут даже садиться было неприятно, табуретки покрывал противный липкий налет. Дух хотел отчистить, но я запретила. Разница между чистым табуретом и грязными будет очень заметна.

Я помешала кашу, посолила. И тут в кухню вошла одна из вчерашних теток. Увидев меня, она замерла, потом резко развернулась и убежала. Мне захотелось повторить ее маневр — убежать и спрятаться в комнате.

— Так, так, — на пороге возникла Тинора, уперла руки в боки. — Кто это вышел поесть? А ты заработала эту еду, девка⁈

Я молча посмотрела на нее и еще раз помешала кашу. Кажется, мне попалась перловка, а ее, чтобы она стала съедобной, надо или варить больше часа или замачивать на ночь.

— Что молчишь? Отвечай, когда с тобой разговаривают!

Управляющая была гораздо крупнее меня и толще, но за ночь успела расставить одно из утащенных платьев и теперь красовалась в нем. Я еще раз обвела ее взглядом, ища украшения. Но на ней были только серьги с большими красными бусинами на цепочках, а таких в своей шкатулке я точно не видела. Наверняка, достанься ей драгоценности, нацепила бы сразу, как платье. Хотя, может, наоборот припрятала добычу.

Не дождавшись ответа, Тинора двинулась на меня. Будь выше ростом, нависла бы, но до Айдиры не дотянула немного. Если бы я по-прежнему была Дианой, она бы меня подавила ростом, массой. А тут мне даже страшно не стало. Ну стоит рядом, сопит.