Волнения не было даже у юной Илларии, когда она произносила свои первые речи, что уж говорить о Генерале Соларис.

— Мы собрались здесь в трудный, но важный для Галактики момент. Нас раздирают войны и преследует страх. Мы разъединены, а потому слабы и уязвимы. Я не призываю вас выбирать сторону: Галактика и так всегда ориентировалась на сильнейших, но хочу напомнить, что ни одно свободное существо никогда не поддержит тиранию…

В координационном отсеке еще велись монтажные работы: подключали питание к монитору для радаров. Их установили в первую неделю размещения базы на Серентисе, но техника постоянно выходила из строя по непонятным причинам. В лучшем случае фонила, в худшем — просто переставала передавать сигнал. Техники списали неполадки на магнитные и периодические пылевые бури, и разведчики начали поиск новых точек для установки оборудования.

В отсеке всегда было оживленно, а сейчас в помещение набились все, кто смог придумать хоть какой-то убедительный предлог попасть внутрь. Вся база ожидала трансляции со встречи Нового Сената.

Сигнал должен был ловиться хорошо, так как вещание транслировалось на всю Галактику. У адмирала Астора были опасения относительно того, что их новую базу могли отследить при приеме сигнала, но другого способа узнать, каким будет состав нового правительства — не было.

— Кларк — редкостный слизень, — мрачно заявил Майк громким шепотом рядом стоящему Полю. — Ходили слухи, что он убил собственного отца, чтобы занять пост генерала в Конклаве. — Слышать его не могу… Бесконечная пропаганда Конклава. Когда уже будет следующий?

Поль мрачно кивнул, соглашаясь:

— Наверное, скоро закруглится. Кажется, мы не услышим ничего нового. Если бы только генерал могла там выступить. Она всегда так говорила, — Поль грустно улыбнулся. — Воодушевляла. Я мог за ней пойти за горизонт событий… и не могу помочь ее спасти.

Поль в сердцах ударил кулаком по стене. Гул металлический обшивки заставил зашипеть на него окружающих:

— Тихо! Прихвостень Варгаса закругляется…

— … А теперь, чтобы убедить Вас в нейтральности Конклава, я рад пригласить нашего партнера и следующего спикера, — драматическую паузу наполняли помехи, но следующие слова прозвучали сквозь фонящие динамики предельно четко и различимо, — Генерал Соларис, прошу вас.

В отсеке на секунду воцарилась тишина, которая сразу же наполнилась криками и руганью: каждый пыталась перекричать другого:

— Генерала заставили!

— Она не могла!

— Мы должны спасти генерала!

— Это ловушка!

— Мы должны срочно покинуть базу!

— Ти-ихо! — голос генерала Астора разнесся по набитому людьми залу. — Мы решим, что делать после того, как услышим речь генерала Соларис.

— Твои желания всегда так быстро исполняются? — даже в такой момент Майк не мог не подколоть друга. — Можешь сразу пожелать, чтобы мы победили?

Поль только мотнул головой, призывая к тишине.

Кассиан слушал генерала Соларис и почему-то никак не мог сосредоточиться на ожидании Таллина и девчонки: мягкий свет матери сейчас, казалось, горел еще ярче. В какой-то момент ему даже показалось, что рядом стоит мужская фигура словно сотканная из голубого света и держащая руку на ее плече в простом подбадривающем жесте — молодой, красивый мужчина так похожий на его отца.

Кассиан сердито тряхнул головой, отгоняя видение: после общения с Варгасом ему всегда было нехорошо, словно тот вытягивал из него часть сил. Голова раскалывалась, его собственные мысли и реакции сложно было отделить от мыслей Варгаса. Вот и мерещится невесть что. Надо было сосредоточиться на Таллине. Но теперь его зацепили слова. Генерал заканчивала свою речь:

— Я верю в то, что все, кто меня слышит сейчас, пойдут правильным путем. Не путем силы, что унижает слабого, но тем, что поддержит и дарует равновесие и баланс. Я много лет отдала служению на благо Галактике, и верю, что Галактика будет едина, и власть в ней — справедлива.

А потом она неожиданно посмотрела прямо на него. Так, как будто с самого начала знала, где он в этом огромном зале. Будто его лицо не скрывал глубокий капюшон, накинутый на голову. Ее губы шевелились, и хотя из них не вылетело ни звука, он смог прочитать по губам:

— Пусть тебя ведет Поток.

Бесконечно долгое мгновение он не слышал ничего кроме гулкого стука собственного сердца, и не видел ничего, кроме глаз Илларии. А потом она закашлялась, будто бы оправдывая для остальных свою беззвучную фразу, и Кассиану нестерпимо захотелось, чтобы не генерал Кларк, а он сам стоял рядом и подал ей стакан с водой.

Флюэнс поковырялась в двигателе "Фантома”, проверила вечно шалящий гиперпривод и перепаяла несколько мешающихся проводов на панели управления. Она села было на пол в попытке расслабиться и помедитировать, но мысли роились в голове, к тому же она боялась, что ее найдет Кассиан.

Хотя, если здраво рассуждать, чего ей его бояться? Он не пытался её убить, да и вряд ли будет пытать, потому что координаты местонахождения Таллина больше не нужны Конклаву. А она сама вряд ли представляет какую-либо ценность. Вот только он хотел забрать ее с собой. Вот только зачем? Она же самая обычная.

Хотя Флюэнс осознавала, что обманывает себя. И сейчас ей казалось, что есть что-то неправильное в том, как она раздражена и как сердится на Таллина. Возможно, он хотел уберечь ее. Мог ли теперь Варгас проводить опыты на интуитах?

Флюэнс устала ждать. Что если Таллину все-таки понадобится помощь? Она подумала, что может пойти следом, не полагаясь на Поток.

Флюэнс умела быть незаметной, в детстве на Ипсилоне этот навык частенько спасал от тычков владельца мастерской и работников постарше. А на Торговой станции и в летной академии прятаться от не слишком дружелюбных сокурсников.

Дорогу до Сената можно было бы легко найти на карте города, это не святилище интуитов, к которому в первый раз может привести только Поток.

Не давая себе возможности передумать, Флюэнс загрузила бортовой компьютер: пальцы торопливо пробежались по клавишам, вбивая поисковые запросы. Нужная информация нашлась легко, и девушка на всякий случай закачала ее на маленький датапад: на карте, здание Совета было отмечено тремя уровнями выше и на два квартала севернее. Если повезет, она успеет догнать Таллина и Аллана.

Она еще раз проверила готовность всех систем "Фантома”, на случай, если им придется сразу же взлетать, и, проигнорировав тревожное предчувствуие, выскользнула в полутьму доков.

Соседний ангар оказался куда более оживленным — ярко освещенное помещение было стоянкой для спидеров и одновременно технической мастерской. Флюэнс благополучно преодолела зал, не попавшись никому из персонала на глаза, но когда она уже подошла к двери, ее цепко ухватили за локоть:

— Эй, а ты кто такой? — голос был грубый. — Что ты шатаешься в моей мастерской?

В другое время Флюэнс бы может попыталась завести разговор, отвлечь техника, а судя по следам масла на комбинезоне и инструментам торчащим из множества нашитых карманов, это был именно техник, но она на секунду испугалась, что уже на начальном этапе вылазки ее постигла неудача:

— Здесь никого нет, — выдохнула она, замирая и слушая биение сердца, чувствуя как колеблется вокруг нее Поток.

Сияющие нити переплелись и опали, словно накрыв ее тончайшим покрывалом.

— Опять дверь не закрыли, — недовольно пробубнил мужчина, глядя словно бы сквозь нее и Флюэнс поспешила проскользнуть мимо на оживленную улицу.

Она стояла с недоверием глядя на захлопнувшуюся за ней дверь. Посмотрела на свои руки, словно ожидала увидеть что-то необычное. Но это все ще были ее руки — не слишком ровно обрезанные ногти, одного и вовсе не хватало, не слишком чистые — ведь она копалась в гипперприводе. Как она это сделала.

Она вздохнула и осторожно потянулась к Потоку. Вокруг мгновенно выросли стены огромного холодного зала, черная фигура соткалась из-за ее плеча: