История звучала так убедительно, каждая деталь была такой живой, что Тим сам не заметил, как согласился идти с ними. В конце концов, три дня – это не неделя. Потом встретится с Томасом как-нибудь, объяснит всё...

Они двинулись в путь той же ночью – "ночью прохладней", сказал Хальв. Луна светила ярко, тропа была хорошо видна.

Первые признаки того, что что-то не так, Тим заметил, когда они свернули с тропы в подлесок. "Срежем путь", – бросил Хальв. Но почему-то в его голосе больше не было той располагающей теплоты.

Потом он начал замечать другие мелочи. То, как братья больше не травили шутки, а переговаривались короткими, резкими фразами. То, как Гудмунд то и дело оглядывался, словно высматривая погоню. А потом появились новые люди – Тим мог поклясться, что у костра их было четверо, но теперь он насчитал шестерых. Они словно соткались из темноты, молчаливые тени с недобрыми глазами.

Ветер изменился, принося запах гнили от болот. Где-то вдалеке завыл волк, и в этом вое Тиму почудилось что-то насмешливое.

– Слышь, парень, – наконец сказал Хальв, и голос его был жестким, как камень. – А что там у тебя в сумке позвякивает?

Тим похолодел. Глупо. Как же глупо. Надо было слушать Томаса с его занудными правилами...

– Давай без глупостей, – Хальв положил руку на рукоять меча. – Сумки, меч и топай обратно. Места тут дикие, мало ли что случается.

И тут со стороны леса донесся звук. Сперва тихий, похожий на далекий гром. Потом ближе, тяжелее – мерный лязг металла о металл, как будто где-то в темноте шагало что-то огромное.

"Что за..." – начал один из братьев, но Хальв жестом заставил его замолчать.

Звук приближался. Лунный свет, пробивающийся сквозь ветви, заиграл на чем-то металлическом между деревьями. Из тени деревьев медленно выступила массивная фигура в полном рыцарском облачении. Доспехи тускло поблескивали в лунном свете, и в них было что-то древнее, внушающее трепет.

"А ну", – прогудел низкий голос из-под забрала, – "прочь".

Хальв попытался усмехнуться, но вышло неубедительно: "Ты это... ты кто такой будешь?"

Рыцарь сделал шаг вперед. Земля словно задрожала. Еще шаг – и круг бандитов невольно подался назад. В этот момент луна вышла из-за облаков, и Тим увидел, как по доспехам пробежала волна серебристого света.

Один из братьев, тот что помоложе, не выдержал первым. Развернулся и бросился в подлесок. За ним, словно по команде, метнулись остальные. Только Хальв задержался на мгновение, словно хотел что-то сказать, но потом тоже скрылся в темноте.

Рыцарь молча схватил Тима за плечо и потащил прочь, не говоря ни слова. Они шли быстро, продираясь через подлесок, пока не оказались на небольшой поляне, достаточно далеко от места встречи с бандитами.

Только здесь рыцарь резко развернулся к Тиму и открыл забрало. В лунном свете его лицо казалось высеченным из камня.

– О чем ты вообще думал? – процедил он сквозь зубы. – Уйти с незнакомцами ночью? Да еще и в лес? Тебя чему дома учили?

– Я... – Тим запнулся.

Теперь, когда опасность миновала, его поступок действительно казался невероятно глупым.

– Они казались нормальными. Говорили про север, про караваны...

– Нормальными? – Томас фыркнул. – Конечно, они казались нормальными! Они для того и притворяются нормальными, чтобы таких доверчивых олухов, как ты, заманивать! Думаешь, они первый раз так делают?

Тим опустил голову.

– Просто... они рассказывали про короткий путь через перевал...

– Короткий путь? – Томас устало прислонился к дереву. – До перевала три дня пути по основной дороге. Как, по-твоему, они собирались довести тебя туда за одну ночь? Или ты думал, у них есть волшебный тоннель под горой?

– Извини, – пробормотал Тим. – Я правда... я не подумал.

Томас тяжело вздохнул. Помолчал, разглядывая Тима, потом спросил уже спокойнее:

– Зачем тебе так срочно на север? Что за спешка такая, что ты готов с первыми встречными в ночь идти?

Тим поколебался. С одной стороны, он не хотел никому рассказывать про настоящую цель... с другой – этот человек только что спас ему жизнь.

– У меня миссия, – сказал он, стараясь, чтобы голос звучал твердо. – Я должен... я иду за Лисий перевал.

– Миссия? – тихо переспросил Томас.

– Я видел его, – вдруг выпалил Тим, и голос его дрогнул. – Дракона. Видел, как он... как всё сгорело. Всю деревню. И отца... – Он сжал кулаки так, что костяшки побелели. – Знаешь, что самое страшное? Я даже не смог... я просто стоял и смотрел. А теперь все говорят, что драконов не существует. Но есть пророчество. Я слышал его. О воине, который встанет против великого змия. И пламя обратится против пламени. Я приду, и я...

Договорить он не успел – тяжелая рука Томаса опустилась ему на затылок. От неожиданного подзатыльника в глазах потемнело, голова мотнулась вперед, а шею пронзила острая боль. Тим охнул, потирая ушибленное место.

– Это чтоб думал головой, – проворчал Томас. – Пока она еще на плечах. Драконы, пророчества... а сам чуть бандитам все отцовское не отдал.

Тим молчал, глядя в землю. Что тут скажешь? Да, глупо вышло. Но он всё равно пойдет. Должен пойти. Такова его судьба.

– Да, – твердо сказал Тим. – Я не верю, что он просто... что он просто... просто погиб.

– Хм, – Томас задумчиво почесал подбородок. Он помолчал, разглядывая Тима. В его взгляде мелькнуло что-то похожее на беспокойство. – Знаешь что... я, пожалуй, провожу тебя немного. До следующего города хотя бы. А то у меня от здешних мест что-то поясница ноет – верный признак, что дорога неспокойная.

Он сделал вид, что разминает спину, но Тим заметил, как внимательно рыцарь наблюдает за ним.

– До города? – переспросил Тим. – А как же турнир?

– Турнир никуда не денется, – проворчал Томас. – К тому же... негоже старому рыцарю бросать ребенка одного на опасной дороге. Еще влезешь куда-нибудь, кто тогда перед твоей бабушкой ответ держать будет?

В его голосе явно слышалось облегчение, словно он только что нашел достойный повод отложить что-то неприятное. Тим хотел было возразить насчет "ребенка", но промолчал, потирая все еще ноющий затылок.

Томас выпрямился, и даже в тусклом свете луны было видно, как изменилось его лицо – словно маска усталого пожилого рыцаря спала, обнажив что-то иное, более сильное и решительное.

– Вот что, – сказал он. – Я научу тебя, как не попадаться всяким проходимцам. А ты пообещаешь не делать глупостей. По рукам?

Тим кивнул, чувствуя странное облегчение. Все-таки одному на север идти было... тревожно.

– Только помни, – тут же проворчал Томас своим обычным учительским тоном, – командую я. И никаких самовольных вылазок. Особенно с подозрительными незнакомцами.

– Даже если они предложат короткий путь? – слабо улыбнулся Тим.

– Особенно если предложат короткий путь, – Томас закатил глаза. – Все короткие дороги ведут в одно место - в могилу! И перестань ухмыляться. Чуть не отдал свой меч и доспехи первым встречным проходимцам, а теперь зубы скалит!

Но в его голосе слышалось что-то похожее на отеческую заботу. Он огляделся и сказал: "А теперь давай выбираться отсюда, пока наши "друзья" не надумали вернуться с подкреплением".

Дым от костра упрямо лез в глаза. Тим в третий раз попытался разжечь огонь, но отсыревшие ветки только шипели и чадили. После той ночной встречи с бандитами прошла неделя, и Томас, казалось, задался целью научить его всему, что должен знать путешественник. Включая искусство разведения костра в сырую погоду.

– Нет, нет, – Томас покачал головой. – Ты опять неправильно складываешь. Сначала тонкие веточки, потом...

– Я знаю! – огрызнулся Тим. Последние дни выдались трудными – они шли в основном по бездорожью, избегая больших трактов. Томас объяснил это тем, что после той истории с бандитами лучше держаться подальше от людных мест. "Кто знает, сколько у них дружков в округе", – проворчал он тогда.