Доктор, проведя ряд обычных исследований, как мог внятно разъяснил Насте, что она здесь не столько вследствие общего состояния, которое, как он видит, вполне выправилось и практически не внушает опасений, а вследствие необходимости подождать результатов анализов на токсикологию, на магические воздействия, а также некоторых других… Ибо в районе седьмого шейного позвонка у нее имеется след от крайне странного укуса…
…— Он ее действительно укусил? — нахмурившись, спросил Ионеску. — Ребята… в смысле, наружка, видели ситуацию издалека… Ну и потом, когда «скорая» осматривала… Если честно, я запросил экспертизу из госпиталя, но пока что…
Влад кивнул:
— Я знаю, пока не готова, но в целом укус не человеческий и не наш. На какое-либо известное животное тоже не похоже. А главное — слишком острые зубы, блузка и кожа будто разрезаны. Но токсинов не обнаружено. Никаких. Вредоносных магических воздействий тоже. Скорее всего, это была просто попытка ошеломить ее, воздействовать болью и сломить сопротивление: она нужна была им живая и дееспособная.
— Ладно… Ладно, — процедил гендир. — Об этом потом. Что дальше было?
— Ну… — Владу почему-то не хотелось говорить об этом. — Она расплакалась снова — будет шрам… Потом… Потом успокоилась, в общем, и заснула. Утром получили результаты анализов — все в норме, врач хотел еще понаблюдать… Ну, он взял повторный на токсикологию на всякий случай, а я поехал сюда… А потом домой. Вечером ее отпустили, но сказали, если что — сразу «скорую».
— Сам отдохнул хорошо? — осведомился Ионеску.
— Ну… Так. Нормально, — чуть подумав, кивнул Влад.
Ионеску глянул на часы, немного помолчал, и сказал:
— Тогда закончили, пожалуй. Пойдем…
Они вместе поднялись в Большую переговорную. Зал постепенно наполнялся: кроме оперативников «Захвата», подходили сотрудники «ДОЧКо» — те, кто пострадал меньше всего и был уже выписан, пришел также их замдиректора, и еще Влад увидел пару незнакомцев в гражданском, потом к ним присоединились еще двое…
— Коллеги, давайте поближе. Сядем вместе, — позвал их гендир, и Влад подумал, что чудесное, которого ожидали все, начинается.
Однако и Ионеску, и коллеги, которые оказались представителями ФСБ, пограничных войск, МВД и Министерства обороны, судя по лицам, особой радости по поводу встречи не испытывали.
— Начнем, пожалуй, — оглядев присутствующих, произнес гендир. — Должен сообщить, что сейчас у нас совещание в узком кругу, так сказать. В последние дни «Захватом» с помощью государственных силовых ведомств было проведено три специальных операции. Две из них оказались очень… гм… сложными. Вот этот опыт мы и разберем сейчас. Пожалуйста, коллеги…
Начать решил представитель ФСБ, и после первых его слов о том, что к действиям сотрудников «Захвата» в Белгороде претензий с их стороны нет, Влад решил не прислушиваться особо.
Понятно, что ошибки, причем фатальные, из-за которых погиб Дмитрий, а он сам и трое сотрудников были ранены, были допущены со стороны местного руководства, и этого представитель ФСБ отрицать не мог. Понятно, что последуют денежные выплаты, а семью погибшего возьмут под опеку… Все это, по большому счету, можно было обсудить без них, только довести потом до сведения личного состава.
Однако, почему все-таки Ионеску обещал что-то интересное вчера? Идет обычный разбор полетов, более того, очевидно, что обсуждение спецоперации по задержанию «семинаристов», которое маячит впереди, будет гораздо более жестким… В общем, ничего из происходящего не сулит особо радостных вестей…
— Кто руководил операцией в Белгороде с вашей стороны? — неожиданно спросил представитель ФСБ.
Влад, погруженный в свои мысли, вздрогнул и откликнулся:
— Я. Капитан Точицкий, отдел специальных энергоинформационных операций, в действующем резерве.
— Я так понял, вы были контужены в ходе штурма… И затем ранены в ходе погони? — уточнил представитель. — Должен поблагодарить вас за профессиональные и мужественные действия. И ваших бойцов тоже. Как вы оцениваете действия Михалькова?
Влад не сразу понял, что речь о майоре, начальнике Дмитрия Сергеевича, а когда понял, вспомнил, как тот в субботу, когда он собирался подавать рапорты и оперативную документацию, заискивающе заглядывал в глаза и спрашивал: «Ну ведь взяли же их, да? Ну ведь справились все-таки, верно?» Наверное, отчаянно надеялся, что дальше «Захвата» информация о его непрофессионализме не пойдет…
— Можете посчитать мое мнение чересчур резким, — сказал Влад. — Но я ему уже сказал, что порядочные люди в такой ситуации стреляются.
Эфэсбешник укоризненно покачал головой:
— Ваше мнение принимаю и учту, но, думаю, мы все-таки поступим по-другому. Что же, по этому делу я закончил, коллеги. Хочу поблагодарить еще раз сотрудников «Захвата» за мужество и профессионализм. Отдельная благодарность — сотрудникам МВД, участвовавшим в операции по задержанию трех машин с боевиками группировки в других регионах, а также пограничникам, остановившим на границе перевозчика с образцами тканей и крови.
Представители соответствующих ведомств кивнули, но промолчали. Ионеску вздохнул:
— Если по этому делу все, то у нас еще одна операция. Оказавшаяся крайне рискованной. Мы столкнулись с трудностями, которых не ожидали… Задержание преступников должны были провести сотрудники «ДОЧКо». Я хотел бы поначалу осветить, как операция должна была проходить по плану, а как прошла в итоге — потом.
— Согласен, Михаил Герардович, но я бы сразу попросил вас заранее учесть одно принципиально важное обстоятельство, — замотал головой замгенерального «ДОЧКо». — Операция разрабатывалась совместно, и мы…
— Коллега, не будем забегать вперед. Операция действительно разрабатывалась совместно и, по идее, мы учли все возможные риски. Пока наш сотрудник разговаривал с представителями… гм… противника, ваши должны были просто подойти и спокойно задержать их. Поскольку мы предполагали возможность… гм… применения необычных сил, при необходимости сотрудники должны были стрелять по рукам, при острой необходимости — на поражение. Ничего другого мы не ожидали. Это — как операция должна была идти по плану… Но обстоятельства изменились совершенно неожиданным образом. Непредвиденные…
– Постойте, коллеги, — вмешался представитель МВД. — Наши структуры соответствующего уровня не были оповещены о проведении спецмероприятия, поэтому винить нас в его срыве тоже нельзя! Наши сотрудники пострадали, сейчас проходят лечение в Главном клиническом госпитале. Поэтому если вы о действиях патруля…
Влад вздохнул. Скорее всего, сейчас начнется перепалка…
Но гендир демонстративно откинулся на спинку кресла и сложил руки на груди, словно позволял всем говорить, сколько угодно, и это возымело противоположное действие: все затихли, выжидающе глядя на него.
Ионеску прокашлялся:
— О взаимодействии в таких случаях мы договоримся потом, учтем этот опыт, конечно, — сообщил он коллеге из МВД. — Я сейчас о других неожиданных трудностях.
Он повернулся к одному из оперативников «ДОЧКо», который выглядел постарше, и спросил:
— Скажите, что произошло, когда вам вынужденно пришлось начать операцию раньше времени? Когда вы увидели, что наряд потерял сознание?
Тот пожал плечами:
— Честно говоря, до сих пор не пойму. Мы побежали, вроде бы раздался взрыв… Но взрыва-то и не было! Я как будто наткнулся на резиновую стену… Прозрачную. Меня отбросило… Ребят тоже. Все получили травмы различной степени тяжести...
— Вот и я об этом, — кивнул Ионеску. — Так что предлагаю следующее. Все сотрудники «ДОЧКо», участвовавшие в операции, прямо сейчас, немедля, отправляются на обследование к медикам «Захвата». К тем, кто находится на больничном или в стационаре, также будут направлены наши специалисты… И в Главный клинический госпиталь МВД, к сотрудникам полиции.
Опера «ДОЧКо» переглянулись, но начали неохотно вставать и уходить. Впрочем, кто-то заворчал, похоже, считая, что от них избавляются под благовидным предлогом. Отчасти это было так, но Влад знал, что обследование на вредоносное магическое воздействие будет им отнюдь не бесполезно.
