Они с Катей немного постояли на балконе, глядя вниз, на танцпол. Диджей как раз зарядил новый трек, и толпа дергалась всё быстрее.

— Не нравится музыка? — спросил Виктор.

— Вот да. Так заметно?

— Ушки прижимаешь и морщишься.

— У меня уже своя шкала качества музыки, — вздохнула Катя. — Десятибалльная.

— И сколько баллов у этого трека?

— По шкале от нуля до минус десяти? — засмеялась кошка. — Знаешь, вот такое ощущение, будто что-то в нем есть, но оно настолько глубоко закопано…

— Это называется ремикс, — ответил Виктор. — Оригинал, зачастую, годный, но от него остались рожки да ножки. А сверху все завалено вот этим бумц-бумцом.

— Я долго в криогене пролежала, — вздохнула Катя. — Мир за эти сто с чем-то лет неизбежно изменился, и музыка — тоже. Но это же днище!

— У тебя телефон с собой? Запиши фрагмент микрофоном, загони его в поиск…

— А, точно! — обрадовалась кошка.

У Кати на юбке были карманы — для женской одежды это не совсем типично. Значит, вероятность наличия там телефона стремилась к ста процентам. Однако кошка в карман не полезла. Встала прямо, зажмурилась и сосредоточенно терла пальцами виски. А потом вдруг начала пританцовывать, совершенно не в такт стараниям диджея.

"Вольфрам научил" — подумал Виктор. — "Дистанционное управление телефоном". Четырёхрукий биоробот еще и не такое мог, но от кошки Виктор подобного не ожидал совершенно.

— Нашла оригинал? — спросил он.

— Да, — заулыбалась Катя. — Кайфовый. Знаю, под что буду танцевать сегодня.

— Про охоту не забывай.

— А, ну да. С чего начнем?

— С той компании, что мимо нас прошла. Они же мне в коктейль что-то подсыпали?

— Подлили. Эту гадость фасуют в такие шприц-тюбики, но без иглы.

— Давай определимся с терминологией, — предложил Виктор. — Исторически сложилось, что "гадость" — это совершенно определенный сорт кофе. Так что пусть будет "выпрямитель". Выпрямитель извилин.

— А есть еще варианты?

— Есть, — улыбнулся Виктор. — Но "средство от морщин на мозге" — слишком длинное и неудобное.

— Аааа, — закивала кошка.

— Ну что, где сейчас та компания?

— Сидят на балконе, но с другой стороны, — Катя пристально всмотрелась вдаль. — Нам нужна девица с розовыми волосами и вся в блестках. По-диагонали от нас, правее угловой колонны, левее прожектора.

— Там темно, — признался Виктор. — Или этот прожектор в глаза светит, не видно. Но я понял где. Подойдем поближе.

Компания была шумная. Даже слишком. Хотя вечер еще только начался. Виктор с Катей расположились за соседним столиком, через проход. Виктор сидел спиной, а Катя смотрела мимо него и работала прибором ночного видения.

— Молодые, богатые, — перечисляла Катя. — Много бижутерии, дорогие телефоны…

— Разбираешься в телефонах?

— Вольфрам сказал мне надо купить. Ну я и изучила вопрос.

— Твой — дорогой?

— Мой — противоударный, — подмигнула Катя. — Я практичная. Так… от них несет этой гад… выпрямителем. Но не скажу от кого конкретно.

— А обыскивать мы не имеем права… — задумался Виктор. — Ту девицу видишь?

— Вот её там нет, — Катя завертела головой. — Куда делась?

— Сейчас найдем, — ответил Виктор. — Что у нас недалеко от этого столика?

— Эм… еще столики, лестница на первый этаж, — начала перечислять Катя. — Огнетушители…

— Сортир, — подсказал Виктор. — Пошли пройдемся.

***

Виктор когда-то читал, что кошка в дикой природе — засадный хищник. Подкрадывается к жертве так близко, как может, а потом внезапно прыгает. Катя вела себя так же — к потенциальной жертве приближалась очень осторожно и старалась ничем не показывать свой интерес. В небольшом коридорчике было три туалета — мужской, женский и "безбарьерный", который по закону должен быть везде. Они с Катей встали в уголке, Виктор достал телефон и сделал вид, что звонит — место тихое, как раз для этого подходит.

— Что-нибудь слышно? — тихо спросил он.

— Вполне. Двери совсем тонкие, — ответила Катя, шевеля кошачьими ушками. — "Безбарьерный" — пустой. В мужском — журчание… И кому-то плохо. А еще кому-то очень плохо, но, как сказать…

— С другой стороны, — подсказал Виктор.

— Вот да, с другой, — засмеялась Катя. — Так, в женском много болтовни у умывальников. И кто-то громко… как сказать-то?

— Придумай.

— Дружат организмами, — фыркнула Катя. — Ой, что-то грохнулось, и теперь они ругаются…

— Фаянс мокрый, бывает, — усмехнулся Виктор.

— И пахнет "выпрямителем", — добавила Катя.

— Значит готовься, — Виктор убрал телефон. — Если выйдет она — то пакуем.

Женщины способны болтать у умывальников примерно вечность. Но Виктор привык к ожиданию, а Кате сидеть в засаде даже нравилось. Сначала вышли две посторонних девицы, явно подружки. Обсуждали какого-то парня, показывали друг другу жесты из арсенала бывалых рыбаков и смеялись. Потом еще одна — беспорядок в одежде, свежий синяк на лбу и телефон у уха.

"Фаянс был мокрый…" — подумал Виктор.

И следом вышла… она. Яркая девица с розовыми волосами, серьгами в ушах, в носу и страшно сказать где еще, в топике с глубоким декольте, и вся обсыпанная блестками. Особенно усердно сыпала почему-то на грудь — может, хотела внимание привлечь? Но Виктор был знаком с Иолантой, на фоне которой всё богатство этой девицы выглядело бледно. Даже с блестками.

Он шагнул девушке навстречу, развел руками и громко сказал:

— Эй, красотка, не желаешь ли проехаться со мной в страну невероятных ощущений, опасных приключений и розовых пони, парящих в облаках правым пеленгом?

Девушка остановилась и удивлено заморгала. Подкат был дурацкий, но "выпрямитель" в крови пробирал на смех и требовал ответить как-то смешно. А окончание фразы сломало систему, и девушка зависла. Четко у двери в безбарьерный сортир. Дверь бесшумно распахнулась, и Катя втянула добычу внутрь. Следом зашел Виктор и быстро закрыл дверь.

— Эй, ты чего? — завелась девица.

— Мне, похоже, что-то в стакан подлили, — ответил Виктор. — Вот и штырит, чудить начинаю. Брат, братишка, когда меня отпустит?

Он схватился за голову и покрутился на месте.

— Эй, тебе поплохело что ли? — оживилась девица. — Ну прости, я не специально. Я хотела поделиться с тобой радостью. Я со всеми делюсь радостью! Людям этого так не хватает!

Она схватила Виктора за руки и заглянула в лицо. Катю при этом не замечала совершенно, хотя кошка стояла у неё за спиной.

— А что это за дрянь хоть? — помотал головой Виктор.

— Тебе понравилось? — не унималась девица. — У меня есть еще!

— Я тоже хочу делиться радостью! — воскликнул Виктор и выпучил глаза. — Но нечем.

— У меня есть еще, они недорогие! Правда!

— Пошли лучше еще добудем, а то не хватит, — подмигнул Виктор.

— Пойдем! Тут рядом, за углом машина стоит, — затараторила девица.

Потянула Виктора к двери, но потом вдруг резко остановилась и тихо сказала:

— Ой…

— Ага, — улыбнулся Виктор. — Спасибо за сотрудничество.

Выудил из кармана бейджик и показал девице.

— Ты… коп? — заморгала она.

— А есть разница?

— Так, стой, ты не коп, — глаза девицы наконец сфокусировались на бейджике. — А значит, ты не имеешь права! Меня нельзя задерживать! И обыскивать тоже нельзя!

— А я и не буду, — ответил Виктор. — Просто, когда в следующий раз пойдешь покупать радость, скажи типам из машины, что это клуб Паука. И либо Паук имеет долю, либо их здесь не будет.

— И лучше сделай это прямо сейчас, — громко прошептала Катя прямо девице в ухо.

Та, похоже, только сейчас поняла, что рядом еще кто-то есть. Испугалась и пулей вылетела из туалета.

— Не будет Вольфрам с них долю брать, — вздохнула Катя. — Он культурный, образованный, благовоспитанный человек. Ну, почти. Все эти вещества ему противны. Мне, кстати, тоже.