Показывала и думала, какая я дрянь. Или нет? Почему я? Дрянь та, которая занималась сексом с чужим мужем.

Мама Кати плакала, прощения просила.

Я услышала дикую семейную историю о том, что, оказывается, брат Катеньки, Миша или Макс, я не запомнила, напропалую изменяет своей жене. А теперь еще и Катя. Ну, что я могу им сказать?

Где-то что-то они упустили в воспитании своих детей.

В конце концов мать начала обвинять мужа. И я так поняла – прогулки «налево» это вообще их семейное. Ну, муж тоже вспомнил, что его дражайшая в молодости имела грешки.

Жесть, конечно. Я как будто в нехорошей жидкой массе искупалась.

Но не пожалела, что пришла.

Пусть знают.

И – да, им было стыдно!

Стас продолжает названивать. Но я игнорирую.

Нужно было раньше думать.

На встречу с Артуром приезжаю уже вечером, он просил, чтобы после его работы.

Заказал столик в хорошем ресторане. Сам выглядит прекрасно. Вальяжный, модный, уверенный в себе. Хозяин жизни.

Да, я знаю, что он очень прилично зарабатывает.

Как сейчас модно говорить – НДФЛ 22%.

И деньги свои он получает не зря, всё отрабатывает. Интересно, сколько мне придётся отдать за его услуги?

- Ну что ты, Мария Мирабелла? Рассказывай, как докатилась до жизни такой, а?

Мне остается только руками развести. Я докатилась?

- Как у вас у мужиков всё просто! Я виновата, да? Я уже это услышала. Старая корова, и трахаюсь не так, и всё остальное.

- Надеюсь, это тебе не Тихонов твой сказал?

- Если бы он мне это сказал, мы бы с тобой сейчас не в ресторане сидели, а в СИЗО, или куда там определяют обвиняемых в убийстве.

- Ах, ах, какие громкие заявление, Марусечка.

- Нормальные. Ты меня знаешь. За мной не заржавеет.

- Знаю, поэтому и удивляюсь Тихонову. Он что, решил, что бессмертный?

- Видимо. И он, и шалава его.

- Ты реально решила её по всем фронтам?

- А чего мне бояться? К папе с мамой я уже сходила.

- Ай, молодца. И не побоялась?

- Чего?

Артур усмехается. Зубы у него красивые, новые виниры поставил. И не женат до сих пор. Смеется, что я уже занята, а других таких больше нет.

Что ж…

- Чего мне бояться, Арт?

- Ну, например, что морду набьют?

- Мне?

Усмехаюсь. Реально смешно, я об этом даже не подумала. Про морду. Ну, пусть бы попробовали.

На самом деле понимаю, что риск был. Но я в таком состоянии сейчас, что мне плевать.

- Маш, давай сразу договоримся, постарайся без глупостей дальше, ок? Если я буду представлять твои интересы, ты должна меня слушать.

- Я буду. В том что касается развода и раздела имущества. А с этой мокрощелкой – прости. Это моя война.

- Война? Даже так? И слова такие… Не думал, что ты их знаешь.

- Я еще и материться умею, Артур Георгиевич, так что…

- Вау! Покажешь?

- Веселовский, хватит, а? Давай к делу.

- Давай, я готов Маш. Переспим?

- Что?

Этого я точно не ожидала. Что прямо вот так!

- Маруська, я серьёзно. Тебе сразу легче станет. Поверь. И ты даже готова будешь простить своего Тихушника.

Тихушник. Это прозвище Артур дал моему мужу, когда мы объявили о свадьбе. Вернее, когда Стас всем сказал, что мы поженимся и угрозу свою выполнил очень быстро. Арт потом сокрушался, что опоздал, готовил долгую осаду меня и неудачно. Врал, конечно. Мы всегда были просто друзья. Я его почти братом считала. Он и помогал мне по-братски часто. И мне и Стасу.

Теперь вот будет помогать мне.

Но переспать…

- Арт, прости, но нет.

- Почему?

- Как ты себе это представляешь?

- Просто. Я бронирую отель, едем и трахаемся. Можешь даже пару фото сделать и мужу отправить. Типа – мы квиты.

- Очень смешно.

- Не понимаю проблемы. Все просто и логично. Он изменил. Ты изменила. Баланс восстановлен.

- Если бы всё было так просто.

Артур качает головой, отпивая лимонад, который успел заказать.

- Это вы, женщины, всё усложняете. Ну вот, скажи, ты думаешь, Стас он что, влюбился в эту девицу?

- Да мне плевать!

- Нет, подожди! Что значит плевать? Он просто трахнул доступное тело. Молодое. Наглое.