За Йером наблюдал ледяной ирий, не выпуская из виду ни на секунду; он сидел, подогнув под себя колени, над спящим лучником.
На востоке медленно поднималось солнце. Проникая сквозь стекла, оно освещало пыльную террасу, на которую уже тысячи лет не ступала нога человека. Метрах в трехстах от нас, далеко внизу, на белом льду темнела маленькая, черная точка — там лежали наши вещи и мое спящее тело.
Я подошла к Гаю и выглянула наружу.
— Красиво, — сказал он мне, выпуская кольцо дыма. — Мы подобное создать не можем. Это ирийцы постарались?
— Они, — кивнула я головой.
Озеро, затянутое толстым слоем льда, блестело, зеркалом отражая красные лучи солнца. Сверкало все вокруг — водопад, радуги, снежные вершины окружающих озеро гор.
От домов некогда роскошного города Тобермор ничего не осталось. Даже руин. Время погребло под собой все.
Я обернулась на Йера, проснувшегося от наших голосов, посмотрела на прозрачного человека и уже с уверенностью в голосе обратилась к нему:
— Отай.
Тот дернулся, отрывая взгляд от лучника. Ириец встал, подошел ко мне и поклонился.
— Спасибо за помощь, — искренне сказала я ему.
— Его имя — Отай? — переспросил Йер, стараясь подавить зевоту.
Зен тоже проснулся от наших голосов. Он потянулся, выгибая спину, а затем сел, глядя на меня серьезными голубыми глазами рысака.
— Да, — ответила я, и кратко рассказала все, о чем узнала.
Ребята минут десять молчали, укладывая в голове услышанное, и Йер первый начал атаковать вопросами:
— Значит, Отай — создание некого лье Куэй. Он принимает меня за него? Почему?
Я ответила ему вопросом на вопрос:
— А почему ты сам покинул нас и побежал сюда? Возможно потому, что ты сильный маг воды, каким был лье Куэй, и он тебя позвал. Когда я нашла тебя, то увидела, что тебя охватывает радужное сияние, а твои глаза сами светились, как радуга. И ты плакал, глядя на Отая.
Йер задумчиво протянул:
— Плакал? Я? Последний раз я рыдал от счастья, когда получил награду на состязаниях лучников за первое место в Ханаре.
— Ты плакал, — настойчиво повторила я.
— А Йер, — подключился к разговору Гай, — он может быть дальним предком лье Куэй?
Я покачала головой:
— Нет. Древние исчезли внезапно, все и сразу. Люди в те века, как и прочие расы, стояли на нижней ступени эволюции. Не знаю, насколько правдива наша история, но если ей верить, в то время, когда ирийцы воздвигали Тобермор, мы прятались в пещерах от драконов и прочих тварей. Думаешь, благородный ирий посмотрел бы в сторону полуголой девицы с взлохмаченными, вшивыми волосами и с гнилыми зубами? Мы даже разговаривать в то время не могли, одни звуки издавали. Как Зен сейчас.
Зен, недовольный сравнением, рыкнул и грозно поднял хвост трубой.
— Звучит разумно, — усмехнулся Гай. — Если судить по той девушке, что предстала перед нами в шатре под землей, их женщины были невероятной красоты. Красивее, чем современные эльфийки.
— Отай тебя позвал, и ты откликнулся, потому что его зов был рассчитан на мага Воды. Да и старик из деревни белозерцев говорил, что в основном здесь пропадают маги воды. Не тебя одного Отай звал. Замок на двери террасы тоже открывался с помощью магии воды, помните?
— На счет белозерцев, — вспомнил Гай, — ты что-нибудь узнала о них?
Я стиснула руки в кулак и с грустью сказала:
— Белозерцы не прокляты. Они — звери, те самые вердуки, измененные ирийцами с помощью магии.
— А та Тень Тиу? — не отступал Гай. — Она откуда?
Я покачала головой:
— Не знаю… Пока не знаю, но когда-нибудь, возможно, пойму. Но вот что странно… Смотрите…
Я покопалась в разложенных свитках на столе и вынула из кипы один из них. Развернула его и указала на два изображения: очоу и вердука после изменений. Тень Тиу была похожа на очоу до вмешательства в их организм ирий.
— Их «тени» принимают их истинный облик. Тот, что был до вмешательства ирийцев. После катастрофы, что унесла жизни златокрылых, вердуки забыли о том, кто они есть. Забыли настолько прочно, что истинный облик их начал пугать.
— Тогда почему они не могут покинуть свою территорию? — спросил Йер, вставая с пола, на котором все это время сидел. — Почему за пределами Белых Озер их истинный облик возвращается?
Я махнула рукой на шар за его спиной:
— Этот шар не только ведет наблюдение, но и создает поле вокруг всей территории Белых Озер. Где-то в горах установлены еще с десяток таких же шаров, и между ними есть связь. В свитках приведена сложная схема их работы, но эффект ясен. Поле вокруг них не дает расползтись человеческой оболочке. Это всего лишь мои предположения, но все же… Возможно после гибели ирийцев и последующей мутации зависимость вердуков от поля усилилась.
— Слабо — хмыкнул Гай. — По твоим словам выходит, что стоит их уничтожить, и белозерцы вновь примут свой облик?
— Ты прав, Гай, — хмуро сказала я. — К сожалению, ты прав. Вспомните вампиров. К чему привели опыты над телами мертвых? А у Древних это стояло на первом месте. Это была их излюбленная тема, лье Куэй чуть ли не с восторгом описывал каждое изменение в телах очоу.
— Это так грустно, — заметил Йер. — Жаль белозерцев. Тут мы бессильны.
— Мы можем сказать им, чтобы лучше охраняли свою территорию, — холодно сказал Гай. — Это все, что мы можем сейчас сделать.
Йер подошел к черной сфере, подозвав Отая, и они опять прислонили ладони к нему. Когда шар проснулся, лучник осторожно спросил:
— В каком состоянии находится система наблюдений?
— Минуту, идет проверка… Все пятнадцать точек работают исправно. Будут какие-то указания?
— Нет, — качнула головой я, будто шар мог видеть меня. — Ребят, лучше оставить все так, как есть. Я помню, в каком ужасе белозерцы от своего «проклятия». Да они шепотом говорят о монстрах, что спят в них! Они не смогут жить, как вердуки. Йер, спроси у шара на всякий случай, пригоден ли состав воды озер для обитания вердуков?
Йер повторил мой вопрос шару, ответ последовал незамедлительно.
— Нет. Состав воды изменился. В ней содержится около 60 процентов вредных для вердуков минералов. Озвучить список?
— Не надо, благодарю, — отказался Йер, упавший духом.
Мы замолчали, поняв, что у белозерцев нет никакого выхода из сложившейся ситуации.
Опыты Древних стали для них проклятием, сделав из очоу людей, но людьми они по своей природе не стали. Возможно, спустя тысячу лет, смешивая свою кровь с кровью людей, вердуки смогут избавиться от последствий вмешательства ирий в их генетику.
— Старик, несчастный старик, — мягко пожалел Йер мудрого старейшину. — Он так надеялся на нас.
Мы помолчали, согласные с ним.
Те строения, что я видела на дне озера, и впрямь некогда были домами очоу. Теперь они заросли водорослями и тиной.
Глядя на снежные вершины и замёрзшее озеро, трудно было поверить, что здесь некогда был теплый климат, стоял ирийский город Тобермор, восхищая всех своей красотой.
— Мне почему-то очень грустно, — сообщил Йер. — Чем больше смотрю на обледеневшее озеро и радуги, тем сильнее сжимается сердце. Будто я и впрямь дальний предок лье Куэй, несмотря на твои слова, Лини.
Тоской о счастливом времени, которое уже давно ушло, веяло и от водопада, и от озера, и даже от окружающих его гор. Чтобы развеять ее, я обратилась к Гаю:
— Не думаю, что здесь есть то, что мы ищем. Последняя запись была датирована началом первого века до нашей эры. Лье Куэй покинул Тобермор и направился к своим друзьям в столицу Поднебесной, Рассику. Рассика была там, где сейчас стоят Горы Смерти, но точные координаты не указаны. Ириец говорил о неком открытии, сделанном его другом лье Девиль. Нечто, что должно было осуществить их мечты. Что это за открытие, что за мечта, он не упоминал. Древние исчезли примерно в середине первого века до нашей эры, лье Куэй ушел раньше и больше не возвращался. Нет никаких записей о том, что сюда кто-то из ирийцев возвращался.