— Прибыли, Кото, — радостно раздвигая синие губы в улыбке, сообщил мне вампир.
В утренние часы лучи солнца скользили по его бледной коже лица, окрашивая его в жуткие оттенки. Глядя на него, мне тоже захотелось с криком «вампир!» отскочить в сторону, но, увы… Вместо этого я поправила обвязанный вокруг головы и шеи синий платок, проверяя, надежно ли он на мне укреплен.
Вот же не повезло.
Натянув ткань на нос, пробурчала:
— Ты бы хоть не улыбался, Нэш. От твоей улыбочки дурно становится.
Вампир улыбнулся еще шире:
— Ошибаешься. От моей улыбки очередь короче станет.
Он указал рукой за мою спину, и, обернувшись, я восхищенно цокнула — нам освободили проход к вратам в город.
Полезно иногда иметь при себе вампира, один его вид отлично расчищает путь.
Прошествовав под многочисленными взглядами к заставе, будто императоры, мы достали свои канары и предъявили их доблестным стражам. У тех нервы оказались покрепче, они не дрогнули и не потянулись к мечам за поясом при виде клыков вампира.
Один из них, бывалый вояка, спокойно взял канар вампира. Он активировал заклинание, заложенное в нем, и сверил выскочившее изображение лица с Нэшем.
— Три золотых, — равнодушно сообщил он, и, получив монеты за вход, продолжил. — Проходите. Следующий.
Следом протянула канар я, дождавшись, когда Нэш отвернется.
Для меня вход обошелся в две монеты, но не золотых, а медных. Цена входа у них формировалась из степени угрозы, исходящей от прибывшего гостя, об этом сообщали листовки, расклеенные вдоль базальтовых стен на заставе.
Эльфы — два золотых, гоблины — один золотой, люди — две медных. А в прошлый раз люди входили за одну медную. Растет, однако, наш авторитет среди народов Авалады.
Миновав перешеек, мы попали на мощеные плитами улицы города, и прошли к центру, где на главной площади стоял импозантный фонтан. Но рассматривать статуи трех полуголых девиц, держащих кувшины на плечах, мы не стали. Подумав, я указал вампиру в направлении восьмой улицы, где расположились торговые ряды для темных магов.
Сравнявшись с его широкими шагами, я, по-прежнему пряча лицо в платок, нервно разглядывала прохожих и окна каменных домов.
Вампир скосил на меня свои красные глаза, спрашивая:
— Можешь не прятаться от меня. Я клятву дал, забыл?
— А кто сказал, что теперь я от тебя прячусь? Здесь могут быть мои знакомые.
Я шарахнулась в сторону от мимо проходящего отряда городской стражи.
— Кто?
— Да так… — отмахнулась я от него.
— Может, мне их… с ними пообщаться? — с голодным блеском в красных глазах, спросил он.
— Не стоит. Забудь. Пошли быстрее, не хочу тут задерживаться. И так все мои планы к Крайю рухнули.
Я не хотела столкнуться с тремя парнями, спасшими нас в Старом Лесу. Они, помнится, направлялись сюда, в Алию. Может, трое ребят быстрее нас через портал прибыли? Возле заставы порталы не запрещались. Хотя они вроде на своих двух ногах путешествовали. Да и телепортацию мог себе позволить не каждый маг, а маг первой ступени или архимаг.
Те парни ведь не могли же быть настолько сильными, ведь нет же? Не, не, точно нет. Магов первой ступени по пальцам одной руки пересчитать можно. Про архимагов вообще молчу. Их всего четверо.
При этой мысли я немного расслабилась.
Встречные нам люди продолжали в панике уступать дорогу. Мы продвигались беспрепятственно, ни на кого не натыкаясь, но вскоре я ухватилась за рукав серой рубахи Нэша.
— Подожди, — взмолилась я, запыхавшись. — У меня ноги короче, чем у тебя. Давай помедленнее, а?
Вампир остановился. Он шел так, как я убегала от преследующего меня Зена, на один его шаг приходилось пять моих.
— Я могу опять взять тебя на руки и полететь. Так быстрее, — предложил он, склонившись надо мной.
Ага, вампир несет на руках свою жертву! Так мы станем самыми популярными диковинками в городе.
— Нет, — помотала я головой. — Мы и так привлекаем слишком много внимания. Я же говорю, что здесь могут быть люди, с которыми мне не хочется встречаться.
— Почему? Что они тебе сделали?
Я промолчала. Не они, а я сама. Сбежала, наврала с три короба, вякнула про ирийцев, и вообще притворилась парнем. А еще повесила раненого мальца на их шеи (совесть до сих пор грызет из-за этого). Не, мне лучше с ними не пересекаться. Один только Зен с радостью напомнит мне, по чьей вине он вымазался в вонючей крови урогороса.
— Кровь эльфийская вкуснее человеческой, — неожиданно заявил Нэш, останавливаясь.
Проследив за его взглядом, я увидела группу из четырех эльфов, стоящих под аркой между двумя домами. Красивые лица, точеные фигуры, презрительно поднятые подбородки, дорогие одежды. Никогда не видела эльфа в тряпье и приветливо улыбающимися. Они холоднее, чем кровь вампира.
Но, если от последних люди шарахались, то красотой эльфов всегда восхищались. Особенно женский пол. Вокруг нас с Нэшом была пустота, по брусчатке прохожие обходили нашу пару за несколько шагов, ускоряя темп и уперев взгляд в землю.
Вокруг переговаривающихся эльфов тоже была пустота, но по другой причине. Прохожие не могли отвести взгляда от их лиц, запинались на пустом месте, и чуть ли слюни не пускали. Эльфы кровь не пили, они вообще были вегетарианцами.
Эльфы — свет дня, вампиры — тьма ночи.
— Нэш, вспомни о собачке, царствие ей Небесного, — осторожно напомнила я о том, для чего мы пришли в Алию.
Ох, не нравился мне взгляд Нэша. Напряженный до предела вампир, как голодный урогорос, не слышал меня. Он вообще ничего не слышал, он весь был сосредоточен на четырех эльфах.
Не уловить его тяжелый взгляд чувствительные эльфы не могли. Они сразу же замолчали и дружно повернулись в нашу сторону.
— Нэш, очнись! — моя вторая попытка образумить вампира с треском провалилась.
Эльфы вынули свои острые клинки, а вампир собрался для рывка, уже не слыша голоса разума.
В миг пространство между нами стало безлюдным. Напряжение, повисшее в воздухе, было столь сильным, что даже мне стало трудно дышать.
Теперь стало ясно, почему вампиры в общественных местах всегда ходят группами. Они могли остановить друг друга, остановить звериные инстинкты и безумную жажду эльфийской крови.
Эльфы молчали, ожидая нападения вампира. На лестнице, по которой мы забрались сюда, раздалось бряцание оружия, скрежет лат и топот ног патрулирующего улицу отряда.
Какой-то благоразумный прохожий поспешил позвать стражу. Храни его Высшие Силы.
Я перевела взгляд на Нэша и четко поняла, что вампира не остановить простыми увещеваниями.
Можно было бы сбежать отсюда и бросить его, но Нэш мне был нужен для того, чтобы вернуться в Старый Лес. Отсюда до Гор Мудрого далеко, монет на общественный портал не было.
Тяжело вздохнув, я закрыла глаза, и прикоснулась к своему источнику. Затем протянула нити своей силы в сознание вампира.
И когда толчком вселилась в тело вампира, вдруг с опозданием сообразила, что совершила огромную ошибку! Я опять переместилась в неживой предмет. У вампиров души не было, а значит, никакого обмена душами между телами не может быть!
Мои страхи тут же оправдались, потому что мне вдруг стало тесно. Сознание Нэша не ушло в мое тело, а осталось в своем родном, но оно отодвинулось, отдав мне большую часть пространства.
Я сразу же поспешила остановить нападение вампира на эльфов. С силой опустила его руки и посмотрела на четверых длинноухих в надежде, что они опустят клинки.
Какое там! Эльфы стали серьезнее, чем были! Они напряглись сильнее. Выстроившись ромбом, эльфы приняли боевые стойки. И смотрели они далеко не на вампира! А на того, кто стоял рядом с ним. На мое настоящее тело.
Я медленно повернула голову, боясь того, что могла увидеть.
Мое тело стояло на двух ногах, без движения. Оно не падало на землю. С лица спала синяя ткань, и оно во всей своей «красе» предстало перед всеми.
Глаза черные, без белков, челюсть чуть выдвинулась вперед, оскалив внезапно выросшие клыки. На пальцах рук ногти почернели, выросли в ладонь длиной.