— У вас очень интересная история. А главное — правительница.
Гном снова скривился.
— Она лишь жадная тварь, готовая на всё ради власти. После того, как врата были разрушены или замурованы, Ариша передала тех, кто, в свою очередь, предал светлого императора с семьёй, и перебила почти всех светлых. Теперь это империя только тёмных магов.
— Только магов? — удивился бог.
— Нет. Но остальных так мало, что практически никого не осталось.
Бог громко расхохотался. Он довольно зажмурился и взглянул на единственного тёмного гнома, которого они оставили в живых в этом замке.
— Столько вкусной ненависти.
Между этими двумя малорослыми так и летала магия. Светлый был слаб, но тщеславен. Тёмный же — напротив, был силён, но гордыня была столь высока, что не позволила ему спасти никого из семьи. Он смотрел, как умирают его близкие, не произнеся ни слова.
— Что же, мне многое стало понятно. И чего же ты хочешь гном? — улыбнулся бог.
— Я хочу, чтобы светлые вновь правили миром, а ведьма сгорела бы в огне.
Фарун ликовал. Он был счастлив. Теперь в его руках была сила и власть, теперь он сможет отомстить всем, а самое главное — ведьме. Но её они оставят напоследок. Фарун уже предчувствовал, как он сам лично вонзить острый клинок в чёрное сердце Ариши.
Бог взглянул в глаза тёмного гнома. Лучше бы ему попался именно он в той пещере, а не Кассах.
— Нам пора, — сказал бог, и свет в глазах тёмного померк навсегда.
* * *
Мама находилась в тронном зале, а напротив неё стояли все мы, кто побывал в пещере и видел своими глазами, как исчез малорослик. Конечно, никто и никогда не увидит её страха, но она была именно в панике. Мало того, что мы вернулись без артефакта. По словам генерала и демона, мы выпустили в этот мир зло — одного из древних богов, во власти которого может оказаться мир. Сказать, что эта новость принесла страх, не сказать ничего. Больше нет великих родов, больше нет великих магов, а те, что рождены: слишком слабы и никогда не смогут противостоять не то что древнему богу, но даже тем же демонам.
Она выслушала доклад и молча взмахнула рукой, отпуская всех по комнатам. Видимо, ей нужно было время, чтобы подумать и решить, как поступить дальше. Она отвернулась и стала постукивать носком тонкого сапога, пытаясь хоть как-то унять внутреннюю дрожь, и решить как выяснить, кого выпустил малорослик, и выпустил ли вообще.
Я вместе с Кэром вышла из помещения и задержалась, поняв, что отец остался с мамой. Любопытной я не была, но этот разговор касался всех нас.
— Знаешь, Ариша, мне кажется, тебе нужна помощь, — раздался приглушенный голос демона.
— Не от тебя.
— А остальные хотят только твоей смерти. Может, Роксана ещё и нет. Хотя после того, как ты решила прикончить светлого, вполне возможно и она тоже. Ариша, я могу помочь.
— Твоя помощь дорого стоит.
— Например, сто лет правления и дочь? Нет, ведьма. Я для тебя — единственный шанс. Остальных ты уничтожила своими же ручками. Какая жалость, не правда ли?
Дальше слушать я не стала и под выразительным взглядом Кэра отошла от двери.
— Что думаешь? — шагая рядом с мужчиной, тихо спросила у него.
— Твоя мама крепко влипла. И Ор прав.
— А про того, кого мы выпустили?
— Если твой отец прав и документы редактировали, то возможно этот мир долго не протянет. Я читал про древних. Они представляют опасность. Для них уничтожение мира лишь средство развлечься.
— Не очень приятная перспектива, — поморщилась я.
— Согласен. И если твоя мать решит, что её личные отношения важнее мира, то она нас всех прикончит этим решением. Извини, Роксана, но сейчас темная королева для нас опасна. Она всё воспринимает на свой счет.
— Это проблема.
— Очень большая проблема.
Кэр открыл дверь мою комнату. Я вошла не оглядываясь, зная что он следует за мной.
* * *
Ор прошёл до ближайшего угла и замер. В тени стоял Лише, он о чём-то тихо переговаривался с незнакомым мужчиной подозрительной наружности. Его правый глаз отсутствовал, а пустую глазницу прикрывала грязная повязка. Целым глазом мужик щурился, словно смотрел на яркое солнце. Можно было смело решить, что тот слеповат, но Ор за свою жизнь повидал много убийц и знал этот холодный оценивающий прищур — он уже предвкушает убийство. Слов демон не слышал, но этого ему и не нужно. Достаточно только ощутить чувства мага и того мужчины, с которым он разговаривал.
После беседы с женой у него до сих пор оставался неприятный привкус во рту от её желчи.
Она изменилась, превратившись во что-то властное и лживое. Он хотел вернуть бывшую девушку. Ту, что еще помнил, но как увязать этих двух женщин в одно, пока не знал.
А увиденное в коридоре окончательно убедило его в том, что нельзя позволять Арише взять власть в свои руки. Дочь явно пошла больше в него. Он видел, как Роксана тянется к живому. Её дружба с человеком, отношения со светлым, больше слов говорили об истинной сути девочнки. Она оказалась намного тоньше, живее Ариши.
Ор, сам не заметил, как добрался до комнаты дочери. В комнату он вошёл без стука. Роксана лежала на кровати, о чём-то задумавшись.
* * *
— Куда дела своего светлого? — услышала я голос отца.
— Он в соседней комнате, а что?
— Решил предупредить — советник твоей матери что-то затевает.
— Он всегда что-то затевает. У него должность такая, но спасибо за предупреждение. Что решила мать? — перешла я к другому вопросу…
— Пока ничего, но мне нужно вернуться обратно. Божество — это не потеря магии на протяжении ста лет, это настоящая угроза. Я должен предупредить императора.
Я не видела ещё демона в таком состоянии. Обычно сдержанная ирония и тонкий юмор пропали, даже сосредоточенное коварное выражение было не так страшно, как этот слегка нервный вид. Как только пропал малорослик, изменилось всё. Генералы напряжены, эльф так вообще стал напоминать нормального человека. А он никогда не вёл себя нормально, даже полуорк стал больше походить не на мясника с огромным тесаком, а действительно на генерала из великих легенд.
Я встала и подошла к отцу.
— Ты решил идти один?
Демон улыбнулся и покачал головой.
— Нет. Оставить единственного ребенка с магом на которого идёт охота, двумя свихнувшимися генералами и матерью, которая ради власти и силы готова на всё? Боюсь, второй раз я этого не переживу.
Демон вдруг нахмурился.
— В чём дело? — обеспокоенно спросила.
— А ты не чувствуешь? — демон напряженно вглядывался в мое лицо, а спустя секунду я ощутила слабость и покачнулась. — Роксана, кроме Кэра, кто ещё получил от тебя защиту? –в последний момент подхватив меня, спросил Ор.
— Соол, — прошептала, вцепившись в рукав отца.
Из ванной вышел встревоженный Кэр. Судя по взгляду, он моментально понял, что происходит что-то плохое.
— Оставайся с ней. Никого не подпускай, — на ходу крикнул демон, выбегая из комнаты.
* * *
Соол ушёл от очередного арбалетного болта. Рана на плече саднила. Явно какой-то яд. Воин грубо выругался и выглянул из-за бочки с водой. Сейчас двор перед конюшней напоминал поле боя. Несколько болтов попали в бочки, которые стояли ближе к хозяйственным постройкам. Из них тонкими струями лилась вода. На земле валялась сломанная деревянная тачка, в которой Соол вывозил навоз. Рядом охапка сена и вилы.
Мужчина чувствовал, как его начинает трясти. Слишком расслабился и проворонил первый выстрел. Хотя болт лишь вскользь задел его, но этого, видимо, хватило.
Он огляделся. На крыше небольшого сарая с провиантом мелькнула тень.
В глазах конюха тёмнело, по телу распространялась слабость, но Соол понемногу стал отползать от бочки в сторону входа в конюшню. Добравшись, наконец, до помещения, он резко закрыл за собой дверь. Следом раздался звук удара.
— Чтоб тебя! — сквозь шум в ушах и дикое сердцебиение прокричал мужчина и бросился к дальней двери, но не успел.