Ну, хоть что-то.
Почти тайм прошел, только моими усилиями не проигрывали. Я прыгал на автомате из угла в угол. Кидался в ноги. Грязный весь, как свинья — но мяч в ворота не пустил. Даже когда двое выкатились на меня одного — не пустил. Дождался движения, прыгнул не в ноги, а чуть в сторону, перехватил последний пас, не дал забить. Спасибо ускоренной реакции!
А тут…
Первый же мяч запулили подальше и наискосок — на трибуны под свист болельщиков, пришедших радоваться игре родной команды.
И сразу — помощник арбитра с табло, тут же у кромки поля прыгают аж трое: Колесо, Цыба, Ведьмак… Трое сразу! Еще в первом тайме!
Тренер поменял обоих нападающих и убрал Лабича, выставив еще одного защитника, Колесо, который прекрасно себя проявил в прошлый раз. Если говорить чисто по расстановке, то выходило, что у нас теперь шестеро в обороне и два плюс два — в группе атаки. И промежуток, дырища между обороной и атакой. Но Сан Саныч что-то наговорил ребятам, Ведьмак оббежал половину поля, сообщая каждому, что и куда. Наши крайние выдвинулись вперед — и уже как бы четыре-два-два-два. То есть в чем-то даже отзеркалили армейскую расстановку.
Вот и до меня добежал Ведьмак, передал поручение:
— Саныч сказал не отбивать на угловые. Все мячи — в поле. И — своему. Не надо далеко — надо точно своему.
Я кивнул.
Ну а что еще при таком-то раскладе? Получилось, что все поле вдоль пересекла цепочка в нашей форме. Если сделать короткий пас — пройдет ведь?
И пошло, и пошло!
Я — пас четко ближнему защитнику. Он так же четко — ближнему в центре. Те — опять же — ближнему…
Некогда перехватить! Скорость, скорость! В касание!
И свисток.
Но свисток — в нашей атаке. Пусть малыми силами, пусть двое на четверых — но в атаке же! Вот и свист уже прекратился, и даже пару раз похлопали с трибун.
Уф…
Отдышаться, попить… Я присосался к бутылке. Глаза закрыл, а по ту сторону сомкнутых век — ноги, ноги, ноги, мяч, мяч, мяч.
В раздевалке Саныч оторвался. Он не орал, никого не отчитывал, но из него будто бы перла энергия и передавалась остальным, даже Сэму с Рябовым, которые потухли, и их заменили.
— Всё поняли? Нет? Они бегали весь тайм. Они опережали на всех позициях. А вы стояли. Нет-нет-нет, не говорите ничего — вы стояли! Бегали — вон, два лба здоровых. Бестолково бегали, да? Но они беготней своей заставляли реагировать. То есть и защитники за ними носились, и центр поля приглядывал… А теперь — все вперед! Саня у нас сегодня молодец — взял все. И еще возьмет, если будет надо. Возьмешь?
— А кто, если не я? — крикнул с места я под смех команды.
— Вот! А остальные, зная, что сзади все схвачено, забейте вы им наконец! Ну умеете же! Расстановка новая? Так в квадрат. Так — стеночка. Ну? Вперед, «Титан»!
И побежали.
Я еще и третьего защитника вперед отправил, Бороду, оставив на дуге центрального круга двоих, Думченко и Круминьша. Сказал, что, если надо, и сам побегу выбивать или перехватывать. На полполя побегу. Вы, главное, забейте!
Тут-то вдруг игра и «пошла». То ли связки старые наработанные заработали, то ли просто устали армейцы, а то ли это вот наше — в одно касание, сильно и резко…
В общем, теперь уже заперли ЦСКА на их половине поля.
Трижды я выбегал чуть не к центру, подхватывая отбитый мяч — и сразу отправляя его на край, своим. Забегали, меняясь местами, атакующие игроки. Менялись, путали противника, оставляли мяч, посылали на третьего, играли в стенку.
И — свисток.
В нашу пользу, в нашу! Кого-то свалили в штрафной. Я встал на цыпочки: Бурак валяется, а над ним Смолов руками разводит. Не со зла его сбил, не ломая ноги и не вырывая сухожилия. Просто усталость, потеря концентрации, и вот не успел по мячу, а по ноге успел. А судья — свистнул. Да и вообще весь матч судья свистел ровно и четко. Есть нарушение? Свисток. Нет нарушения? Да толкайтесь сколько хотите!
А тут — пенальти!
Но кому бить? Кому? Прямо хоть самому бежать туда…
Ведьмак. Давай, наколдуй им гол, срази монстра Акинфеева!
Короткий разбег, телом всем — направо, а ударил четко по центру, буквально над падающим вратарем. И — гол! Игорь вскочил, руками всплеснул, будто бы кто-то был виноват, а не он сам пропустил.
Взревели трибуны, запрыгали, затрепетали флаги. Ну наконец-то! 1:0.
Ух… Вот теперь полегче будет.
И стало полегче.
Все-таки умотались за тот первый тайм армейцы, выдохлись. А еще и гол Ведьмака их подкосил. Это как в боксе, когда удар прошел, нокаута нет, но так встряхнуло, что и в ногах слабость, и руки не поднимаются… Следующий удар точно свалит с ног.
А вот наши вчетвером вылетели на трех защитников. Четкий перепас в касание оставил Цыбу и Ведьмака против одного. И последний пас четко в нужную ногу Ведьмака — и удар в касание. Такие не берутся!
И опять — Ведьмак. 2:0! Ай, красавец! А Витаутыч вдвойне красавец, что его нашел!
— «Титан» — чемпион! — скандируют трибуны и хлопают, как спартачи — своим: раз, раз, раз-два-три– «Титан» — чемпион!
Последние семь минут игры тупо катали мяч туда-сюда. Армейцы попытались прорваться, потеряли мяч, и больше инициатива к ним не возвращалась, но и наши не особо стремились забить — выдохлись. А в последние минуты вверху будто с грохотом и треском разорвался небосвод, и как хлынуло!
Так что после финального свистка руки мы друг другу жали мокрые, как мыши, с прилипшими патлами. Акинфеев не стал крыситься, понимал, что нам еще работать, ударил кулаком по моему кулаку, Смолов обнял и похлопал по спине, и мы разошлись.
«Титану» осталось дома одолеть «Шахтер», и команда закончит первый круг, а мы с Дариной наконец поедем к морю, уже будучи мужем и женой.
Глава 16
Первый круг
Первый круг закрывала игра с донецким «Шахтером» — хорошо бегущей командой. А еще они стандартно хорошо со времен Старухина играли головами в чужой штрафной. То есть для них — в чужой. Но это ведь наша штрафная!
Я вышел, как на последний матч в чемпионате. Вот упереться, лечь костьми — и доказать всем и всякому.
Сан Саныч говорил, мол, хорошо, что команда не московская. Конечно, с судейством наладилось, но все же в конце первого круга, когда, как часто говорили, кто чемпион половины — тот чемпион всего, столичные судьи могли отомстить и чуть за своих подгадить. Кто знает, что у них там в головах? Вдруг там старпёр-вирус, как у Кирюхина, и они не согласны с тем, что выскочки из Михайловска возглавляют рейтинговую таблицу, в то время как легендарные команды больше этого заслужили.
Чуть-чуть, но могло хватить — все же на пятках висели «Динамо» и «Спартак».
Стадион был забит битком. Каким-то образом договорились о входных билетах, и народ стоял плотно в проходах и на самом верху. Давно такого не было. Болельщики жаждали шоу и готовились отмечать победу любимой команды в первом круге. Получается, если мы проиграем, то всему городу обломаем кайф. Так что надо собраться и победить!
Под крик «Титан — чем-пи-он!» — мы прошагали на места, помахали руками болельщикам, они еще больше зашумели. Я еще попрыгал, подирижировал скандированию, и их эмоции будто бы стали плотными, подхватили меня, вознесли…
Так, стоп! Это ощущение всемогущества один раз меня уже подвело. Заземляйся, Саня. Вот твои ворота. Штанги и перекладина — прохладные, трава — зеленая. Соперник — злой и зубастый, победа легкой не будет.
Прозвучал свисток, окончательно приземляя, и наши понеслись серебристо-белым потоком. Я встал на цыпочки, чтобы разглядеть, что там, впереди.
А впереди показывали красивое. Такая игра мне нравилась! Это не упираться и толкаться — это бег и комбинации. Мяч у меня — передача центральному защитнику — а все уже веером неслись к чужой штрафной. Красиво и жутко завораживающе. И чуть не каждое касание мяча нашим игроком — аплодисменты и поддержка с трибун.
На пятой минуте Рябов скинул затылком, и Самат пробил слету. Первый пошел! 1:0!