— Ну как? — спустя минут десять спросил Стоунун, терпеливо дождавшись момента, когда я откинулся на спинку скамейки, закончив с делом.
— Все просто замечательно! Я не заметил ничего такого, что могло бы привести в будущем к каким‑то проблемам. И это удивительно!
— Да… Удивительно, — согласился со мной големщик, подразумевая под этим видимо что‑то свое. — Он действительно быстро развивается. Даже некоторые мои ученики думают, что это обычный человек, просто с небольшой задержкой в развитии.
Помолчали.
— Собственно, вот и все, — наконец сказал я, не решаясь встать и уйти: так хорошо тут было. И присутствие старого големщика со странным существом ничуть не напрягало.
Старик, будто что‑то поняв, хлопнул меня по колену.
— Не мучайся, парень. Вижу же, что боишься будущего. Не думай о тех, кто остается за спиной, как о потере. Думай о том, что ты сделал для этого мира, для людей. Что это никуда не денется, а будет влиять на будущее. Будет жить своей жизнью, и в этом будет частичка тебя. В конце концов, посмотри на Скалла — в моих глазах один он стоит того, чтобы с гордостью смотреть в будущее или прошлое. Ну и не скидывай с весов память о тебе. Почему‑то я уверен, что многие будут тебя помнить еще долгие и долгие годы.
— Вы все‑таки серьезно восприняли слова Лулио, — вздохнул я.
В голове появилась непрошеная мысль, что, возможно, моя любовь делать подарки корнями тянется как раз отсюда: хочется оставить о себе какой‑то след, чтобы помнили… Может, я на самом деле боюсь? Убеждал себя, что хочу, чтобы ко мне никто не лез, чтобы оставили в покое, а сам подсознательно всеми способами привлекаю к себе внимание? Тогда мне стоит переходить от мелких вещиц для частного использования к чему‑то глобальному! Забахать что‑то такое, чтобы «ух!» — эта мысль, возникнув в одном из потоков моего сознания, развеселила меня и исчезла. Сам же я в этот момент основным потоком продолжил беседу со стариком:
— Но все равно, спасибо за ваши слова, — я встал и протянул руку големщику. Тот тоже поднялся и сжал ее между своих морщинистых ладоней.
— Прощай, Никос. Напоследок хочу тебе сделать подарок. Недавно люди Лулио шерстили известные хранилища информации на наличие старинных кристаллов знаний. У меня тоже есть. Школьное хранилище. Я не отдал им свои кристаллы, надеясь на встречу с тобой. Да и надежнее так будет — мало ли, чего Лулио удумает.
— Вы знаете, что это кристаллы с информацией? — удивился я.
Старик хмыкнул.
— Разумеется. То, что мы не способны ими воспользоваться, не значит, что среди чародеев не появлялись личности, способные на это дело. Не знаю, интересовался ли ты нашей историей или нет, но резкий качественный скачок в чародействе произошел как раз в связи с тем, что одному из нас удалось прочитать некоторые книги из подобных кристаллов. Просто об этом не принято говорить, чтобы подвиг предков выглядел именно как подвиг, не замутненный приземленными обстоятельствами.
— Так вот, — продолжил старик и достал их висевшего на поясе мешочка коробочку. Видимо, все‑таки ждал моего прихода, подготовился. — Здесь десять кристаллов. Три из них посвящены големостроению, у древних оно почему‑то называлось «оживление» вещей. Два — что‑то непонятное в области каких‑то созерцательно — поисковых методов осознания. Не понимаю, что это. Другие пять — древнее искусство боя. Что‑то вроде рукомашества с использованием чародейских возможностей. Большего сказать не могу.
— А откуда вы вообще знаете, что там? — с любопытством спросил я, разглядывая выложенные рядком в специальных ячейках кристаллы.
Старик хмыкнул, достал один и коснулся точки активации. В воздухе возникло изображения какой‑то женщины — автора, а вот надпись меня удивила — «Методы шпионажа, разведки, соблазнения и постельного боя для срукрубов пятого уровня посвящения. Для служебного использования». Интересно, это дед отнес к «рукомашеству»?
— У меня с большим трудом только это описание появляется. У других и того не выходит. Ну и в моей школе есть архивы, которым несколько веков — там перечислено, что есть на этих кристаллах. Кто‑то из моих предков, видимо, владел способностью читать эти кристаллы.
— Не жалко отдавать?
Старик снова хмыкнул и посмотрел на Скалла.
— Не думаю, что даже такое отдаривание является равноценным. В любом случае, я просто чувствую, что так правильно, а своим чувствам я привык доверять.
— Хорошо, отказываться не буду. Для меня это действительно представляет большой интерес.
— Можешь их читать? — полюбопытствовал старик.
— Ага, — не стал отнекиваться я.
— Завидую. Но белой завистью, — улыбнулся големщик и посмотрел на Скалла. Тот, будто поняв, резко вскочил и протянул руки ко мне. Я улыбнулся и обнял его, как сына.
— И тебе, Скалл, удачи. Расти, развивайся, во всем слушайся Стоунуна — он теперь твой брат, отец и учитель. Я буду всегда помнить тебя.
В ответ — горчинка — перчинка в ощущениях.
— Ну, все! — сказал я, — Прощайте!
***
Старый големщик перехватил бороду, закинутую ветром за спину. И шею закололо от непривычки — давно он так резко не задирал голову вверх. В синее небо, где пропал Никос.
— Вот видишь, Скалл, как полезно иметь разностороннее образование. И летать можно, и големов строить. Только какие нужны мозги для этого? Вот передам тебе свои знания, попрошу Лулио помочь с дальнейшим обучением. Ага, спасибо, — сказал големщик, когда подскочивший Скалл поддержал старика. И оба они медленно пошли к дому. Голос големщика постепенно затихал вдалеке… — Думал, не успею обучить тебя, старый совсем стал. А вот сегодня представляешь, встал, и поясница даже не пикнула! Такое у меня было лет тридцать назад. Что? Ну да, столько лет с утра и страдаю. Что такое «тридцать лет»? Потом объясню. А тут как отрезало! Да и кушать я стал больше, кости меньше ломит. Чудеса, да и только! Так что, сынок, выведу я тебя в люди! Еще и на свадьбе твоей спляшу! Что такое свадьба, спрашиваешь?
Ник
Ну вот, вроде все серьги розданы. Так оглянешься — и друзей почти нет, раз — два, и обчелся. В свете последних событий во мне поднялась черная волна меланхолии, которая никак не хотела спадать. Как тогда, в Маркинской тюрьме.
Удивительно, но больше всего у меня щемило сердце не от расставания с любимой девушкой, а из‑за Скалла. Вроде бы, неодушевленный робот, но вот не воспринимаю я его так, и все! Еще в первый визит в дом Стоунуна я это почувствовал, ощутил какой‑то долг перед тем, кого создал. Может, это было отражение его чувств? Не знаю. Но нынче я опять это ощутил, причем в более выраженной форме. Да, я дал ему иллюзорную внешность, но все равно он не сможет полностью влиться в ряды людей, останется изгоем. Старый големщик, конечно, позаботится о нем, оградит от опасностей окружающего мира, даст свою любовь… Только он ведь не вечен!
В общем, пока я сидел на лавочке у големщика, одним потоком сознания предаваясь печали расставания, другим произвел над своим детищем кое — какие модификации.
Во — первых, визуальное старение. Динамику я на коленке не изобрел. Просто предусмотрел возможность смены внешности, затем рассчитал и загрузил несколько десятков промежуточных стадий от нынешнего вида Скалла до глубокого старика. Потом и вовсе закачал ту библиотеку личин, которые разрабатывал для нас с Кариной. Пусть будут на всякий случай. И даже зачем‑то предусмотрел полное отключение иллюзии. Энергия, конечно, в таком режиме экономится, но не те это объемы, чтобы заморачиваться.
Во — вторых, я "установил" в Скалла ту СУБД, которую подсмотрел у Толлеуса. Я не соврал деду — самому мне она не нужна, но мысль о таком подходе не давала мне покоя с того самого момента, когда я ее увидел. Очень хотелось куда‑нибудь приспособить. Не ради чего‑то, а из любви к искусству! (Не Кордосскому, а вообще). Думал — думал и сообразил, что с подобной штукой идеально управился бы ИИ! Лулио как‑то обмолвился, что Скалл видит конструкты и плетения. В общем, тогда я понял, что это судьба — ведь будто специально для моего голема создано! Когда он освоит все, получится самый настоящий маг, который сможет за себя постоять. Я для этого и свой учебник "выдал", и манонасосы предусмотрел, чтобы тянули ману прямо из окружающего пространства — магичить‑то он будет на основе обычной магии. Да, решил с накопителями не заморачиваться — в костях очень много не удерживается, разве что сделал один инфомагический и поместил его туда, где у человека располагается солнечное сплетение. Единственное — все это должно "включиться" через пять лет, причем дозированно. А пока мал еще Скалл играть в такие игрушки.