Т а д ж и. Ассалом алейкум, учитель.

А л и м. Ваалейкум ассалом, красавица! (Усмехаясь.) Может, тебе дать какую-нибудь книгу? Не хочешь ли почитать?

Т а д ж и. Пусть за меня муж читает. Басимхан — это мой супруг. А вы не узнаете меня? Я — Таджихон.

А л и м. Про Басимхана слышал.

Т а д ж и. А меня вы учили на первом курсе.

А л и м. Нет. Не помню.

Т а д ж и. Да, годы летят. Помню, вас тогда перевели из института с повышением работать туда (показывает пальцем), наверх… В общем, я вас поздравляю, учитель, от всей души, как ваша ученица.

А л и м. Не за что. Мне скучно на пенсии стало, вот я и пошел в эту книжную лавку. (Держит книгу.) Нет ничего дороже человеческой мысли.

Т а д ж и. Вы меня не поняли, учитель. Я поздравляю вас с высокой свадебной должностью. (Снизив голос.) Знаете, учитель, это я про вас сказала мужу. Я сказала: «Знаешь, этот человек раньше работал на самых высоких местах». Честное слово, так и сказала.

А л и м (с иронией). Что ж. Учитель, воспитай ученика, чтобы было у кого учиться. Ну ладно, теперь вы куда, в музей идете?

Т а д ж и. В какой музей? Мы идем в дом невесты. Со стороны жениха идем. Несем платья в подарок. Взгляните, вот красота-то! Нет, мы лицом в грязь не ударим. Здесь пятьдесят различных платьев, и зимних, и летних.

А л и м. Да, такого пока я еще не видел. И даже не слышал.

Т а д ж и. Вот так-то! Ведь наш зять Зия-Кары и Хатирахон копили деньги на свадьбу с тех пор, как Аллауддин родился. Вот мудрость и дальновидность!

А л и м. Помогло, видно, и то, что сама Хатира работает в ателье.

Т а д ж и (помолчав). Ну так что ж! Это понятно. Для нее одежда — это то же, что, скажем, яблоки для садовода. Падают и падают. (Смеется.) Родня невесты раскроет рот, увидев это! Надеюсь, что каждой из нас после этого подарят кое-что подороже.

А л и м (грустно). Желаю удачи.

Т а д ж и. Спасибо, учитель. (Смеется.) Увидев столько добра, мне и самой захотелось стать снова невестой.

Г о л о с. Эй, Таджи! Поторопись! И пойдем! Надо спешить к родителям невесты.

Уходят.

А л и м (читает двустишие).

Проходит  Т у й ч и  с  п а р н я м и. На нем уже нет нового халата.

Т у й ч и. Быстрее, быстрее!.. Если мы не успеем вовремя забрать второй котел, его увезут другие. Кругом столько свадеб и праздников! (Алиму.) Ты знаешь, Алим-ака, сам Зия-Кары сидит и ломает голову, не вспомнит, кто он такой, Холходжа… А-а, вот на свадьбу идет тетя Мастон. Здорово!

Входит  М а с т о н  в длинном-предлинном и очень широком платье с длинными рукавами. В руках у нее завернутая в платок каса. Входит зевая, в такт музыке делая ритуальные движения, словно она выгоняет из человека маленьких бесенят.

М а с т о н. Хап кинна, сух кинна! Проклятье тебе, если не выйдешь, проклятье мне, если не выведу. (Зевает.) Что тебе делать на свадьбе? Что тебе в тех, кто делает свадьбу?

А л и м. Мастон, что это ты делаешь?

М а с т о н. Да кто-то сглазил Хатирахон. А она не нашла во всех четырех кварталах ни одной ворожеи. За мной посылала раз десять. Заплатить обещала. Ну, пришлось согласиться. Вот иду, повторяю, что слышала в детстве от баб-ворожей. И бога молю.

А л и м. Бог никому не помог. А на что тебе это? Пенсии, что ль, не хватает?

М а с т о н. Да, много расходов, Алим-ака. К тому же своя внучка Туты на выданье. Ну, как не пойдешь? А Туты любит свадьбы. Любит повеселиться. Как только зазвучит сурнай, она уж и подхватилась. Вчера вечером тоже ушла, а вернулась к утру. Вот горе-то, шатается, еле стоит на ногах.

А л и м. От усталости или выпила?

М а с т о н. Да и то и другое. (Горестно качает головой.) А сейчас так много свадеб.

А л и м. Эти шалости от излишества. Нехорошо.

М а с т о н. Говорю ей: ну, сходила на свадьбу, а зачем выпивать? А она отвечает: «На то, бабушка, и есть свадьба!» Нет, раньше свадьбы другие были, и девушки раньше…

А л и м. Да ты и сама, Мастон, занялась бы достойным делом.

М а с т о н. Это верно. Но только потом. После свадебной осени… Ой, вон его преподобие Абусаид идет. Я раньше его должна туда успеть. (Торопливо уходит, что-то бормоча.)

А л и м. Не сбивай человека с пути, он и сам собьется.

Подходит его преподобие  А б у с а и д, служитель культа; пританцовывая в такт эстрадной музыке, он что-то бубнит. Он в соломенной шляпе и в красном, с большим узлом галстуке, поверх зеленой рубашки надет длинный бекасамовый халат, на ногах — чувяки с галошами.

А б у с а и д (бубнит). Или гость, или враг! Или друг, или беда! Или гость, или…

А л и м. Абусаид! Ты что бубнишь? Кто это тебя попутал?

А б у с а и д. Э, Алим-ака, меня свадьбы попутали, совратили. Тут много платят. Да, причиной всему свадьбы. Моей зарплаты на семью, в общем, хватало. Но вот мое горе — три дочери. Уже подросли. Заневестились. Всем нужно приданое, деньги. Нужны разные гарнитуры, одежда. (Он тяжело вздыхает.) А я им отец! Отец! И что мне делать, чтоб мои девочки, мои цветочки, хорошо вышли замуж? Чтоб денег хватило на свадьбы, чтоб не было стыдно перед людьми?

А л и м. Но не таким же путем. Ты же раньше работал на фабрике.

А б у с а и д. Нет, нет, не вспоминай. Сперва выдам дочерей замуж, потом уж сменю работу. (Удаляется, что-то бубня.)

А л и м. На востоке и на западе живет в моем народе заповедь — не сотвори себе кумира…

В о с е м ь  п а р н е й  движутся через сцену, таща второй большой казан.

Вслед за ними, командуя и размахивая руками, идет  Т у й ч и.

Т у й ч и. Вот молодцы! Вот спасибо! После свадьбы я вам еще налью. Сам потребую у Зия-Кары и велю, чтобы он вам по платку подарил. (Останавливаясь, Алиму.) Щедрый же, однако, человек этот Султанджан. Три дня на свадьбе, а увидел, что ребята устали, и тут же им коньяку налил. И вот опять они в полном порядке. (Понизив голос.) Представляешь, и Султанджан не знает, кто такой этот Холходжа.

А л и м. Да откуда ему знать, если он три дня как на свободе.

Т у й ч и. Ничего. Кто-нибудь да найдется. Узнаем, кто такой Холходжа. Ой, смотри-ка, наряды невесты обратно вернули!..

Появляются  ж е н щ и н ы. В том же порядке они проносят обратно наряды, предназначенные невесте. Последней появляется  Т а д ж и.

Т а д ж и. Ой, учитель, вот ведь беда! Неблагодарный она человек! Забраковала наши наряды!

А л и м. Кто, невеста?

Т а д ж и. Нет. Мать невесты. Говорит, моя дочь не любит тряпки. Говорит, нет для них в доме места. Пусть мою дочь муж одевает, если захочет. Это надо же, а? Такое сказать!..

Одна за другой женщины с нарядами уходят.

А л и м. А что сама невеста?

Т а д ж и. Невеста даже и не посмотрела. Она даже и не любит украшений. И что за девушка? И никого не было рядом, чтоб их убедить. Вот вы, учитель, мудрец. Скажите, с чего им не нравятся эти наряды?

А л и м. У каждого времени, дочка, есть свое лицо. И наряды свои. Когда-то и эти казались красивыми. А теперь устарели. Стали нелепы, безвкусны. А может быть, для невесты Аллауддина не тряпки главное? Ты об этом не думала?