Би вылила на рану немного воды.

– Где ты этому научилась? – удивился Теодор.

– Прочла в книжках, как оказывать первую помощь, – ответила Джеральдина. – Советую и тебе почитать на досуге, это полезно и несложно.

Теодор хотел что-то ответить, но тут в дверях стойла появились Картер и Саи с Бастером и двумя спинозаврами. За ними толпились озабоченные, но полные любопытства монахи. Им хотелось посмотреть, что затеяли приехавшие европейцы. Пока Джеральдина вытаскивала остальные стрелы, Теодор раздел Масаки.

Монахи недовольно зароптали.

– Он простудится, – перевела Саи.

– Не волнуйтесь, – ответил Теодор, – на это у него нет шансов. – И он выпроводил монахов из стойла.

Теперь недовольные голоса раздавались снаружи.

– Они считают, что Масаки слишком слабый, чтобы провести тут ночь, – пояснила Саи. – И слишком старый для таких вещей.

– Да, – сказала Джеральдина, – мне тоже хотелось бы знать, Логан, что ты задумал. Ты что, собираешься оставить тут старого самурая на всю ночь без присмотра?

– А в твоих книжках об этом не пишут? – с сарказмом отозвался Теодор. – Не представляю, как я ухитрился так долго прожить без них и ещё не помереть.

– Сейчас не время для твоих жалких шуток, – возмутилась Джеральдина. – Речь идёт о жизни и смерти!

– Вот именно, – кивнул Теодор. – Впрочем, спасибо за напоминание. А теперь сделай милость и спроси у наших добрых друзей, где мы можем переночевать.

Джеральдина упёрлась кулаками в бока и смотрела на Теодора сверху вниз. Он встал и с насмешкой сделал то же самое.

Би, Картер и Саи глядели на них, раскрыв рот.

– Я никогда не видела, чтобы кто-то говорил с леди Браунли таким тоном, – прошептала Саи.

– А я никогда не видела, чтобы кто-то так говорил с Тео, – ответила Би.

– По-моему, они очень любят друг друга.

– Не думаю, что так можно выразить свою любовь.

– Поверь мне, – Саи похлопала Би по плечу. – Эти двое очень любят друг друга!

У Картера громко урчало в животе от голода. Монахи приволокли к стойлу большую железную жаровню и столпились вокруг горячих углей. Смеркалось, и дневное волнение сменилось усталостью. Бастер и паразавры взялись за работу – из стойла доносилось их влажное чмоканье. Теодор велел Джеральдине заверить монахов, что завры не сожрут Масаки заживо, а она, в свою очередь, передала слова монахов, что гости могут разделить с ними вечернюю трапезу. Но Картер отказался уйти из стойла, и все тоже решили быть рядом с ним. До них донёсся восхитительный запах жареного мяса.

– Вот это мне нравится больше! – Джеральдина подтолкнула Саи, когда монахи направились в их сторону, неся на вертеле половину туши жареного козлёнка. – Твоя любимая еда, Саи!

Однако монахи возле них не остановились. Они несли угощение в стойло, где Бастер старательно вылизывал спинозавра.

– Извините, молодой человек! – окликнула Джеральдина одного из монахов. – Разве вы принесли это мясо не для нас?

Молодой монах покачал головой и показал рукой на другого монаха, который поставил перед ними большую супницу и с поклоном попятился.

– Суп?! – воскликнула Джеральдина. – Нас кормят супом, а завр получил жареную козлятину?! Вот как вы тут потчуете гостей! Неудивительно, что к вам никто не приходит!

– Они считают, что мы не такие важные персоны, как Бастер, – пояснил Картер, наливая себе в миску дымящийся бульон. – Для них он почётный гость.

Саи скрестила на груди руки и потребовала, чтобы ей дали козлятины. Несколько резких слов монаха, казалось, поставили её на место, и вскоре она присоединилась к Картеру и остальным, разделив с ними скромную трапезу.

Молодой монах, принёсший суп, по приглашению Джеральдины сел с ними. Он молчал. Саи открыла свою сумку и угостила его кусочком шоколада. Сначала он отказался его взять, но Саи устроила настоящее представление – откусила немного и изобразила на лице экстаз. Он улыбнулся и нерешительно попробовал шоколад.

– Его имя Шин, – сообщила Саи. – Он пришёл в монастырь мальчиком. Сейчас он впервые попробовал шоколад.

– Саи, расспроси его про тех бандитов, – сказал Теодор. – И про реликвию, за которой они охотятся.

Саи поговорила с монахом – и оказалось, что эта банда периодически совершает нападения на монастырь. Но они всегда довольствовались вином, мясом и орудиями труда. Монахи отдавали им то, что те требовали, и до следующего раза жили спокойно. Но теперь их новый главарь, Тобуку, потребовал какую-то реликвию, о которой монахи даже не слышали. Не получив её, он пригрозил жестокой карой, если через пять дней они не отдадут ему реликвию. Масаки защитил монастырь, и бандиты бежали – тогда же спинозавр поджёг несколько построек.

– Он что, опрокинул жаровню? – спросила Би.

Монах покачал головой, сложил руки рупором, поднёс их ко рту и дыхнул, поясняя, что произошло.

– Дыхание дракона, – перевела Джеральдина. – Он говорит, что спинозавр дышит огнём.

– То, о чём говорил Ламберт, – кивнул Теодор. – Потрясающе!

Из стойла донёсся стон, и монах с тревогой посмотрел на Теодора.

– Ты уверен, что Масаки Сакаи останется в живых? – спросил он через Саи.

– Надеюсь, – ответил Теодор. – Это зависит от одной вещи.

– Что значит «зависит от одной вещи»? – спросила Джеральдина, поворачиваясь к нему. – Только что ты был абсолютно уверен в успехе!

Теодор, Би и Картер озабоченно переглянулись.

– Это зависит от того, тот ли он человек, за которого я его принял, – неохотно пояснил Теодор. – Шин знает, сколько ему лет?

– Сколько лет Масаки Сакаи? – спросила Саи у монаха.

Монах задумался, выпятив губы.

– Он был уже стариком, когда Ясуо, настоятель, поступил сюда мальчиком, – ответил он, – а Ясуо уже девяносто девять лет.

– Не может такого быть, – усмехнулась Джеральдина.

Монах пожал плечами.

– Самураи живут долго. Спинозаврии ещё дольше. Масаки не такой дряхлый, – перевела Саи, – по сравнению с другими спинозавриями. – Шин показал шесть пальцев и провёл себе ребром ладони по горлу. – Другие шестеро уже умерли.

– Мы видели их доспехи, – сказал Теодор. – Сейчас они в Гонконге в коллекции у Ламберта.

– Да, – подтвердила Джеральдина, – я устроила так, чтобы доспехи спинозавриев продали Ане Ститц. Я хотела, чтобы эта потрясающая коллекция была сохранена для будущих поколений. Вы не представляете, в каких ужасных условиях они хранились во дворце императора. Просто ужас.

Теодор усмехнулся. Подтверждалось всё, что говорил ему Ламберт.

– Похоже, наша догадка верна, – сказал он Би и Картеру. – И в таком случае, возможно, всё получится.

Джеральдина кашлянула и подняла брови в немом вопросе.

– Боюсь, это долгая история, – сказал Теодор.

– Тебе повезло, – ответила Джеральдина. – В нашем распоряжении целая ночь.

И Теодор, Би и Картер рассказали обо всём, что они знали о завролюдях и их способности к исцелению особенными ферментами, которые содержатся в слюне чистокровных завров. Когда Джеральдина и Саи выразили сомнение, Теодор показал им свои шрамы.

– Всё равно я вам не верю, – заявила Джеральдина. – Впрочем, это будет зависеть от того, что мы увидим завтра утром. – Она кивнула на стойло. – И вот ещё что. Те ужасные бандиты скоро вернутся, и я не прочь сама превратиться в старуху. Не говоря уж о Саи – вы даже не представляете, насколько важно, чтобы она вернулась во дворец императора целой и невредимой!

– Мы все хотим остаться целыми и невредимыми, – напомнил ей Теодор. – И монахи тоже. Если Масаки Сакаи заврочеловек, мы не можем бросить его просто так – тем более в таком состоянии. Завтра мы спросим у него про эту реликвию и посмотрим, сможем ли…

Джеральдина перебила его.

– Завтра мы все уедем! – воскликнула она. – Если вернутся бандиты, представляешь, как они обрадуются, когда увидят нас? Они могут взять Си в заложницы! Никакой реликвии в монастыре нет, ты ведь слышал, что говорят монахи!