— Это не молоко, — произнесла она строго, — Не совсем молоко.
И тем не менее Дэва лизнула снова, замерла, прислушиваясь к себе. Глаза закрылись. Иголки медленно сменили оттенок с тревожного розового на спокойный перламутровый.
— Ну, пить можно, — прошептала она и начала лакать, сначала осторожно, потом быстрее, потом так жадно, что плошка поехала по стойке.
Хозяйка Дэвы заглядывала с террасы и улыбалась. Ежиха уже вовсю лакала добавку.
А к нам в бар торопился новый посетитель — молодой человек в очках и с чернильным пятном на манжете. Он медленно поднялся по тропе, потому что тащил тяжеленный стеклянный аквариум, в котором метался оранжевый морской конек.
— Мне сказали, что вы слышите фамильяров, — молодой человек поставил аквариум на стойку, снял очки и протер их дрожащими руками. — Мой Корал в последнее время бьется о стенки и отказывается от еды.
Я заглянула в аквариум. Конек прижался к стеклу и уставился на меня с такой тоской, что у меня сердце сжалось.
Я наклонилась к аквариуму.
—Я очень хочу помочь, правда. Но не уверена насчет водных фамильяров. Умеют ли они вообще говорить?
Конек прижался к стеклу прямо напротив моего лица и затараторил, захлебываясь словами, будто прорвало плотину.
— Мне тесно! Когда я был маленький, то помещался в банку и любил ходить с хозяином везде. Но я вырос! Он вырос! Каждое утро он хватает эту проклятую стекляшку и тащит ее через весь город в библиотеку! Меня укачивает на каждом повороте! Я бьюсь о стенки, потому что не могу развернуться, а он думает, что я играю!
Конек икнул и ударился хвостом о дно.
— Он говорит, что аквариум ему мал, — перевела я, стараясь смягчить тон. — Он вырос из него, и его укачивает, когда вы несете аквариум на работу.
Молодой человек удивленно посмотрел на фамильяра, на меня.
— Но я советовался с графом Идд-Дюком в его клинике для волшебных существ. Он сказал, что странности в поведении это всего лишь реакция на приливы и отливы, а так все хорошо.
— Идд-Дюк ничего не смыслит в фамильярах! — раздался скрипучий голос Зариона, — А вы тут обновили интерьер!
Птица с удовольствием устроилась на жердочку и посмотрела на меня, в ожидании мяса. Похоже у меня начали появляться постоянные клиенты.
— Да! — встряла в разговор Дэва, нехотя оторвавшись от миски, — одна единственная клиника на город и в ней такой балбес! Ему бы только деньги драть с хозяев.
Я вздохнула и обернулась к хозяину конька.
— Похоже, что в местной клинике не совсем хорошо понимают фамильяров, уж извините.
Молодой человек поник.
— Мне казалось, Коралу нравится быть рядом. Я из семьи Онн-Нойнов с южных островов, у нашей династии водные фамильяры, и в поместье и в столичном особняке все устроено, как положено: бассейны, водные горки, ручьи между комнатами. В кабинете у отца воды больше, чем книг, только я вот работаю писарем в библиотеке у хранителя Перрина. Я бы и там организовал хоть целый океан, деньги у меня на это есть, только вот в здании библиотеки запрещено ставить аквариумы крупнее трех литров. Книги от влажности портятся, это правда.
— Понимаю, — кивнула я, — Только три литра и правда для него мало.
Я посчитала в уме, что даже карликовому коньку нужно литров сорок для нормального существования, Коралу по-хорошему все сто пятьдесят. А ведь еще важна высота. Морские коньки плавают вертикально, снизу вверх. Столб воды должен быть минимум в полтора раза длиннее его тела, чтобы он мог нормально двигаться. Течение слабое, никаких водоворотов, коньки — плохие пловцы, их на сильном потоке просто сносит. И обязательно нужны опоры: водоросли, ветки, кораллы, что угодно, за что можно обвить хвост и держаться. Без них конек не может отдыхать и находится в постоянном стрессе. Пока я не представляла, как решить эту задачу.
— Начнем с того, что ему нужно за что-то хвататься, чтобы его не бросало из стороны в сторону. Что касается аквариума и библиотеки…
Но мысль я закончить не смогла потому, что увидела, как на холм поднимается Микаэль.
Я извинилась перед гостями, вытерла руки о фартук и вышла к дракону, сложив руки на груди.
После вчерашнего скандала с вареньем, золотом и «не собирался ухаживать» я ожидала его увидеть не скоро. Я даже не успела понять, как ок всему этому относиться и что вообще ему сказать.
И зачем он здесь? То приходит чинить, то ругаться. Что на этот раз?я.
Дракон поднялся на террасу и остановился, в его руке на солнце белели сложенный лист бумаги с гербовой печатью.
— Дарья Сергеевна, — произнес он, и голос был такой холодный, что стало не по себе. — Мне нужно кое-что вам передать.
Он положил бумагу на стойку, но руку не убрал, придерживая лист пальцами.
Я посмотрела на печать. Потом на его лицо. Золотые глаза казались ледяными и смотрели будто мимо меня.
— Что это? — мой голос прозвучал так отстраненно, что я сама его не узнала.
— До судебная претензия.
— Вы могли прислать курьера, — фыркнула я.
— Мог.
— Почему пришли сами? Позлорадствовать?
Дракон посмотрел на меня долгим, тяжелым взглядом и произнес:
— Я не испытываю радости от происходящего. Мне бы хотелось, чтобы все было иначе, но я сделал все, что смог. Теперь ваша очередь идти мне навстречу.
Почему-то от его слов мой боевой запал рассеялся. Я закусила губу. Да что уж говорить, я бы тоже хотела, чтобы все это было не так, только и делать из себя виноватую не позволю. Раз Микаэль хочет решать все по закону и через бумагамарак, пусть так и будет.
Я расправила бумагу на стойке, разгладила складку и посмотрела на Микаэля.
— Где расписаться?
— Внизу, у печати.
Микаэль приблизился, показывая пальцем и я снова ощутила его тепло, запах. Кажется и он тоже почувствовал что-то, потому что резко отстранился, кашлянул и произнес:
— Думаю, вам лучше пройти в кабинет. Такие документы обычно подписывают...
— Нет никакого кабинета, — усмехнулась я, — Надеюсь и не понадобиться.
Микаэль посмотрел на стойку, на которой я собиралась подписывать документ. На плошку молока, в которой задремала сытая Дэва и на фамильяров, которые уже ждали, когда я окажу им должное внимание.
— Все здесь. Мой кабинет, мой офис, мои капибары и моя новая жизнь и скрывать мне нечего, все на виду. И вам бы, мистер Морлэйт, пошло бы на пользу ничего зазря не усложнять.
Дракон удивленно посмотрел на меня, приподняв одну бровь:
— Вы считаете, что я что-то усложняю?
— Постоянно, — пожала я плечами, — Додумываете то, чего нет.
Я уже потянулась за огрызком карандаша, чтобы подписать, а потом остановилась.
— А знаете, что. Я вдруг поняла, что это неразумно. Ну, подписывать что-то не посоветовавшись с юристом, — я с вызовом заглянула в глаза дракона.
Вопряки моим ожиданиям, злости там не было, скорее искры азарта.
— Это ваше право, да, — произнес он с легкой улыбкой, — И что же, у вас есть юрист? Документ нужно подписать сегодня.
— Я быстро осваиваюсь, и юриста найду. Вдруг он сам ко мне придет?
По дорожке как раз поднимался подходящего вида мужчина, в камзоле.
— Вы думаете это юрист? — Микаэль покачал головой.
— Почему бы и нет?
На террасу вылетел пес-фамильяр. Огромный, выше моего колена, бурый, с квадратной мордой, покрытой шрамами, и мощными лапами, которые оставляли на досках следы размером с мое ладонь. Пес промчался мимо стойки, обнюхал Микаэля, фыркнул, развернулся и сел у загона с капибарами, уставившись на Бориса с выражением профессионального интереса.
Его хозяин, мужчина лет шестидесяти, прямой, широкоплечий, с седыми висками вышел на террасу и огляделся. Сначала он увидел меня и сделал шаг, но затем переключил внимание на Микаэля и на его лице появилось подобие улыбки.
— Лорд Морлэйт!
— Генерал Торн — Микаэль кивнул в ответ, и между ними проскочило что-то вроде мгновенного взаимного понимания двух мужчин, привыкших командовать, — Какими судьбами вас сюда забросило?