Литмир - Электронная Библиотека

Каменная фигура за его спиной дёрнулась, подчиняясь ментальному приказу хозяина. Со скрежетом жерновов начала выползать вперёд, занося полутораметровые каменные лезвия для рубящего удара.

— Не нужно делать глупостей, юноша. Для все будет лучше, если вы распустите своего голема, –прозвучал голос из-под капюшона.

— Ты убил моего отца! — голос Глеба окреп, срываясь в истерический вой человека, у которого в один миг выбили пол из-под ног.

— Я не убил его, я освободил вам путь к княжескому венцу! — с металлом в голосе отрезал Генерал. — Включите же наконец разум, Глеб Фролович! Вы и господин Романов можете составить несокрушимый костяк будущей обновлённой Империи! Мы даём вам власть, о которой ваш старик не смел даже мечтать! Но если вы сейчас по глупости от этого откажетесь… то последуете за своим отцом.

Тёмный капюшон чуть повернулся в сторону застывшего у стены Семёна Романова, вокруг кулаков которого тоже начали робко клубиться серые пылинки защитного плетения:

— На вашем месте, Семён Аркадьевич, я бы тоже не стал дёргаться. Поверьте, для вашего же здоровья так будет гораздо лучше. Сегодня утром у Истринского водохранилища я в одиночку сражался сразу с четырьмя подготовленными сынами древних родов. Трое из них имели крепкий ранг Дружинника, а Елисей по скорости и силе тянул не меньше, чем на полноценного Воина. И я играл с ними… Если бы в последний момент на трассе не появился старый глава рода Ярославских, то я бы без труда убил всех четверых. Так что очень хорошо подумайте, господа адепты, прежде чем пытаться нападать на меня.

Разумные доводы, ранги и расклады сил сейчас отлетали от сознания Глеба как горох от стенки. Перед его глазами стояло суровое лицо отца.

Того самого отца, который казался незыблемой скалой, за широкой спиной которой Глеб привык скрываться от любых жизненных бурь. И теперь этой скалы не стало!

— Ты убил моего отца… — как заведённый повторил Глеб.

Генерал вздохнул, словно уставший школьный учитель перед тупым учеником:

— Какая короткая и избирательная у вас память, однако. Напомню, что после вашего позорного фиаско с акциями и проигрыша на Арене, вы сами вышли на связь и призвали меня в Москву, Глеб Фролович. И сделали вы это тайно, в обход запретов своего отца, потому что жаждали любой ценой отомстить Елисею Ярославскому и доказать свою значимость. Мне понадобилось время на разведку, подготовку базы и на то, чтобы провернуть небольшую операцию. И после этого вы пытаетесь меня в чём-то упрекнуть⁈

Напоминание о собственной выходке стало последней каплей. Осознание того, что он сам открыл дверь в дом этому чудовищу и тем самым подписал смертный приговор родному отцу, полоснуло Глеба по нервам раскалённым ножом.

— Заткнись! ТЫ УБИЛ МОЕГО ОТЦА!!! — во всю глотку заорал Долгополый.

Сорвавшись с тормозов, он метнулся вперёд, вкладывая весь остаток живицы в удар кулаком. Параллельно с ним сбоку на сидящего в кресле Генерала обрушился каменный голем, со свистом рассекая воздух зазубренными лезвиями!

Боя, как такового, даже не получилось… Скорее, было похоже на избиение младенца.

Генерал не стал подниматься с кресла. Когда до его капюшона оставалось меньше полуметра, правая рука в чёрной перчатке дёрнулась вверх, смазавшись в воздухе от запредельной скорости.

ТРАХ!

Ослепительная сине-белая вспышка залила кабинет мертвенным светом.

Короткий электрический разряд сорвался с кончика указательного пальца Генерала и воткнулся в центр груди летящего Глеба!

Бабах!

Наследник Долгополых даже не успел активировать «Кольчугу Души»! Удар чудовищного напряжения прошил его насквозь, замкнув нервную систему.

С губ парня сорвался сдавленный хрип. Восьмидесятикилограммовое тело Глеба оторвало от пола и, словно тряпичную куклу, швырнуло назад!

Он с грохотом врезался спиной в опрокинутое кожаное кресло, проехал вместе с ним по паркету до самой стены и скрючился на ковре, судорожно хватая ртом воздух и подёргиваясь от остаточных разрядов тока.

В ту же десятую долю секунды левая ладонь Генерала небрежно махнула в сторону метнувшегося к нему каменного голема.

БА-БАХ!

На этот раз с ладони монстра сорвалась ветвистая молния размером с хорошее бревно! Громыхнуло так, что зазвенели бронированные стёкла за шторами, а с потолка посыпалась побелка.

Электрический удар врезался в грудь земляного конструкта, и хвалёный голем Долгополых, способный выдержать очередь из крупнокалиберного пулемёта, в одно мгновение разлетелся вдребезги!

Туча раскалённого песка и мелкой каменной шрапнели веером осыпала комнату, посекла обои и со разбила бутылки в баре.

— Какого… — Семён Романов на чистых рефлексах вскочил было на ноги, выставив перед собой дрожащие ладони, но тут же замер с поднятыми руками.

Генерал повернул к нему скрытое капюшоном лицо. Вокруг его плеч, по балахону, на кончиках чёрных перчаток, словно разозлённые змеи, извивались гудящие синие дуги.

— На вашем месте, господин Романов, я бы оставался ровно там, где вы сидите, — почти ласково произнёс глава Ночных Хищников. — Иначе следующая молния выжжет вам глаза. Я прекрасно понимаю ваши чувства. Вы двое сейчас напуганы, растеряны и пытаетесь меня уничтожить. Вы обижены на мои радикальные действия… но поймите же наконец: я действовал исключительно во благо! Ради вас самих!

— Ради нас самих? — растерянно произнёс Романов.

Генерал опустил искрящуюся руку на подлокотник и перевёл взгляд на хрипящего у стены Глеба:

— Если бы я проявил мягкотелость и оставил в живых Фрола Терентьевича после гибели нашего алхимика на Арене, то Госпожа меня не поняла бы. Поверьте, её гнев страшен. Она и так в первый день приказала мне вырезать под корень всё семейство Долгополых, потому что посчитала ваш род бесполезными неудачниками и предателями! И только я уговорил её сменить гнев на милость и оставить в живых хотя бы вас, Глеб! Вас и вашу матушку! Одно это уже достойно с вашей стороны глубочайшего уважения и благодарности, а не глупых попыток махать предо мной каменными игрушками!

Глеб, превозмогая дикую боль в обожжённой груди и судороги в непослушных мышцах, кое-как перевернулся на бок и опёрся дрожащей рукой о подлокотник кресла. На губах парня выступила розовая пена — во время падения он прикусил щеку.

— Врёшь… — выплюнул он, глядя исподлобья на тёмную фигуру. — Твари из Опасных земель… всегда обманывают… Вы просто используете нас как расходник…

— Вы можете мне не верить, Глеб Фролович. Можете сомневаться в каждом моём слове и даже можете в глубине души считать меня своим кровным врагом, — равнодушно пожал широкими плечами Генерал. — Это ваше полное право.

— Можем не верить? Спасибо, — процедил Глеб.

— Можете не верить. Однако предупреждаю сразу: в таком случае вы не покинете этого помещения живыми. Вы оба. Мне совершенно не нужны лишние враги за спиной. Мне нужны умные и амбициозные союзники. И только от вашего благоразумия сейчас зависит, посчитаю ли я вас перспективными партнёрами… или же вы покажетесь мне бесполезным балластом, от которого проще избавиться здесь и сейчас.

Слова прозвучали как приговор.

Семён Романов, бледный до синевы, опустился обратно на свой стул у барной стойки и положил руки на стол. Племянник Императора был кем угодно: подлецом, мажором, интриганом, но уж точно не самоубийцей.

Глеб тоже затих, еле дыша и прижимая ладонь к дымящейся дыре на рубашке, под которой на коже расплывался багровый ожог.

Холодный рассудок постепенно возвращался, смывая остатки безрассудной храбрости. Глеб прекрасно понимал, что в честном бою против этого чудовища ему не выстоять и десяти секунд.

Перед его внутренним взором чётко всплыла картина недельной давности, когда Генерал на заброшенном полигоне решил продемонстрировать им с Семёном свои возможности.

Тогда туда привезли пленного вольного наёмника — матёрого мужика в ранге крепкого Воина, прошедшего две кампании на Рубеже. Генерал даже не стал бить его в полную силу, хотя Воин и попытался сопротивляться.

28
{"b":"982691","o":1}