Кенлон поднялся по трапу на крышу боевой рубки. Внизу на палубе бледный Дароски делал угрожающие жесты пистолетом в сторону одетых в форму джоаннас, которые целились в него из металлических стержней, пригнувшись за фальшбортом своего суденышка, в то время как Дароски даже укрыться было негде. Сессны Клен, естественно, с этими барышнями не было — не царское это дело, удалилась в каюту. Выслушав объяснения Кенлона, Дароски осведомился, это вылилось у него в полубезумный вопль:
— Сэр, что же мне прикажете — застрелиться?
На этот крик Кенлон услышал из люка ясный и твердый ответ:
— Прикажите вашему человеку выбросить оружие в море и не препятствовать моим подчиненным.
Кенлон чувствовал себя старым и уставшим. Почти невидящим взором он глянул на серое небо, на гору в небе, нижний край которой нависал над ними. Заметил крылатого, о котором докладывал Теддерс. Тот кружил на высоте примерно сто метров, вглядываясь вниз на происходящее. Крылатый колебался, в его движениях отсутствовала цель. Слабая надежда, что он может привести помощь, угасла. Кенлон вздохнул:
— Ладно, Дароски, брось пистолет и отойди в сторону.
Мгновение спустя джоаннас были на борту. Сопротивление закончилось, субмарина была в чужих руках.
Глава 14
Кенлон безутешно стоял у поручней на крыше боевой рубки, наблюдая за происходящим. Летающий катер медленно отлетел от «Морского Змея» с одной джоаннас на борту. Очевидно, она должна была доставить Сессну Клен на яхту. Четыре из пяти джоаннас спустились вниз, одна осталась охранять его и Дароски. Кенлон нервно рассмеялся — одна женщина охраняет двух мужчин. Все верно, зачем больше, ведь одна женщина захватила корабль с вооруженным экипажем свыше ста человек.
От грустных мыслей его отвлек подошедший и опершийся локтями на поручень Дароски, который, секунду постояв, мрачно спросил:
— Сэр, а нас с вами эта начальница тоже собирается уложить внизу в качестве кукол, чтобы не мешали?
— Нет, насчет меня у них другие планы. Вот эта пластина, — Кенлон поднял правую руку. — Позволяет мне полноценно действовать в помещениях, где действуют эти чертовы кристаллы. Видимо они с дуру думают, что я один могу управлять «Морским Змеем». А единственно, что я в данном положении один могу сделать, это кривляясь, как обезьяна, попытаться рассмешить хотя бы нескольких человек из экипажа, возможно это хотя бы на несколько минут выведет их из-под действия кристаллов — они встанут и набьют мне морду. Это будет справедливо.
— Честно говоря, — серьезно сказал Дароски — не похоже, что это сработает, хотя я бы с удовольствием подставил бы свою физиономию в качестве особенно соблазнительной боксерской груши.
— У меня есть еще один безумный план, как использовать эту пластину, — мрачно буркнул Кенлон — пройтись по всем отсекам, собрать все кристаллы и вышвырнуть их за борт.
— Вряд ли это пройдет с такой начальницей, — отозвался Дароски. — Эта баба напоминает мне вторую жену моего отца.
— Что ж, — вздохнул Кенлон, — ничего не остается делать, как принимать ситуацию таковой, как она есть. Я думаю, нам все-таки вернут корабль. Нужно проследить, чтобы эти джоаннас не повредили его. Сопротивляться?.. Черт побери, я не могу рисковать жизнью ста двадцати человек и нашей субмариной только из-за того, что задета моя гордость.
И Кенлон мрачно подумал, что это будет правильным решением.
— Собственно — хрипло рассуждал он — что плохого нам сделали рыболюди? Просто взяли и хладнокровно убили нашего командира, словно мы какие-то тараканы. Я лично ненавижу их за такую жестокость. И все равно, я никогда не считал это достаточной причиной для уничтожения их города. Тем более, что люди, жившие на разрушающейся Земле, специально создали эти два вида, их и крылатых, чтобы человек мог продолжать жить на разрушенной планете. Желание этой женщины, этой Сессны Клен, выйти замуж, ничего не скажешь, является великим оправданием, достаточной причиной для уничтожения целого народа! Неслыханное дело в истории Земли!
Слегка успокоившись, Кенлон продолжал менее эмоционально:
— Я готов признать, что рыболюди являются агрессорами. По словам Неммо, они создали какие-то особые лучи, которыми воздействуют на летающий остров крылатых, и уже сумели приблизить его на целую милю к водной поверхности, хотят затянуть его под воду и утопить всех крылатых. Но это по словам Неммо. Если это правда, то, разумеется, следует что-то предпринять, чтобы остановить их. Но если действительно удастся уничтожить город рыболюдей, то это может стать концом человечества на Земле. Ведь вон на том торпедообразном корабле…
Он замолчал, так как к ним поднялась Дорили. Он сказала что-то охраннице и та стала приглашающе махать руками крылатому, чтобы тот спускался.
— Что такое? Крылатые знали о готовящемся нападении на субмарину? Они с вами заодно? — обратился Кенлон к Дорили.
Дорили не ответила, да Кенлон и не нуждался в ответе — крылатый в небе стал приближаться к субмарине.
Забавно, подумал Кенлон, а я еще хотел позвать крылатых на помощь. А они, оказывается, союзники Сессны Клен. Наверняка именно они искусно использовали Сессну, намекнув, скорее всего, что ее место на брачном ложе займет другая.
Кенлон почувствовал внезапную печаль. С каждой минутой дело становилось все более грязным и отвратительным. И пусть теперь казалось, что выхода нет, он отказывается признать это за конец.
Крылатый легко опустился на палубу возле Кенлона. Он был чуть выше Неммо и моложе. Лицо его, однако, также выглядело ястребиным и на нем светились те же пронизывающие серо-голубые глаза. Он носил такую же, как у Неммо, меховую накидку с головы до пят, настолько облегавшую его, что с трудом верилось, что это не часть тела. Крылья у него были темно-серые, с черными полосками. Крылатый направился к Дорили, не взглянув на Кенлона.
— Какие-нибудь затруднения? — осведомился он на своем родном языке, который Кенлон более или менее понимал.
— Естественно, никаких, — ответ был дан в несколько вызывающем тоне.
Кенлон мрачно усмехнулся. Никаких? Какая самоуверенность, можно было бы сказать менее безапелляционно: никаких, о которых стоило бы упоминать. Эта мадам нравилась ему все меньше и меньше.
— План несколько изменен, — продолжал крылатый.
— Изменен? — переспросила Дорили. — Все, что от вас требуется, Ларен, это дать нам координаты подводного города. Остальные сделаем мы.
— Совет хочет сначала увидеть командора Кенлона. — Пояснил Ларен.
— Совет, Совет. Только и слышу: Совет велел то, Совет не велел это. Совет не советует вам сообщать нам местонахождение города рыболюдей, и вы ему подчиняетесь. По-моему… — Дорили запнулась и нахмурилась, утратив всю свою привлекательность. Затем продолжила. — Я думаю вам, исполнительной власти, стоит проигнорировать Совет в этом вопросе.
— Хотя нас и огорчает, что древняя мудрость Совета вступает в противоречие с суровой реальностью нашей ситуации, — сказал со спокойным достоинством Ларен — мы не будем этого делать. Я не вижу причин, почему командор Кенлон не может предстать перед Советом. Вам все равно потребуется время на знакомство с подводной лодкой. Неммо останется на борту и поможет вам, если сумеет.
Дорили рассмеялась коротким тяжелым смешком, наведшим Кенлона на мысль, что никакая победа привлекательности ей не добавит, и высокомерно сказала:
— Я не вижу в этом особых затруднений. Я послала за техническими справочниками о древних субмаринах и изучение этой посудины не займет много времени, поэтому не задерживайте командора слишком долго.
Ларен выглядел обиженным — ему явно не понравился тон, которым с ним разговаривали, но он попытался все же убедить Дорили в правильности предлагаемого:
— Мудрость Совета, возможно, будет полезна и командору, и вашим интересам ничем не повредит. — Сказав это, он, видимо, понял, что напрасно тратит на эту женщину время, поэтому продолжать с ней разговор не стал и повернулся к Кенлону. — Надеюсь, вы не возражаете против того, чтобы посетить наш город?