Он смешался, пораженный смыслом произнесенных слов. Целый месяц они жили в чужом мире, который все больше отдалял их от людей XX века. Правда, он выучил язык крылатых, но умение устанавливать непрочную связь только подчеркивало пропасть между людьми XX века и крылатыми.
Теперь это кончилось. Здесь находились их соотечественники, неважно, из какого века, но, видимо, довольно близкого, если судить по языку, сохранившему основные структуры, и в то же время достаточно далекого, коли живущие в нем забыли, что неамериканский мир XX столетия не обязательно был варварским.
Кенлон облизнул губы, но прежде чем успел сказать хоть слово, женщина опередила его.
— Мое имя Дорили. Я командир джоаннас — охранников Сессна Клен, которая находится на пути к брачному ложу. Можно мне спуститься на борт?
Кенлон задержался с ответом, ему сначала нужно было понять сказанное… эти странные существительные… Видимо, это женщины-солдаты, сопровождавшие другую женщину, большую персону, на ее свадьбу…
Не дождавшись ответа, женщина приняла его молчание за согласие и легко соскочила на мостик.
Она действительно оказалась почти одного роста с Кенлоном. Глаза у нее оказались карими, губы твердыми, а лицу чуть-чуть не хватало, чтобы назвать его прекрасным. И это лицо украшала широкая добрая улыбка.
— Мы узнали о вас еще неделю назад и с той поры все больше склоняемся к мнению, что ваш корабль единственный, который в состоянии выполнить просьбу крылатых. — Она с любопытством окинула взглядом палубу и заглянула в люк. — Значит, вот она какая, настоящая субмарина. Я только раз видела похожую в музее…
Вопреки сильнейшему интересу к каждому ее слову, Кенлон перебил ее:
— Вы сказали, что слышали о нас еще неделю назад?
Женщина снова повернулась к нему, кажется, мгновенно поняв, что он имеет в виду.
— У вас на борту крылатый, не так ли?
— Да.
— Он поддерживает связь на… — она споткнулась на непонятном слове, — кедледских волнах со своими соплеменниками уже около месяца, только я, к сожалению, лишь за последнюю неделю выучила их язык настолько, чтобы разобрать, о чем идет речь. Мы нашли переговорное устройство у крылатого, которого сами взяли себе на борт. Оно было вшито в его одежду.
Да, ловкий же дьявол этот Неммо! — подумал Кенлон.
— Можно, я спущусь посмотрю корабль? — поинтересовалась женщина.
— Нет, — бросил Кенлон, даже не раздумывая.
Женщину, казалось, не расстроил его отказ.
— Тогда приглашаю вас к себе, — улыбнулась она. — А потом, может, и вы нас пригласите.
Кенлон усомнился в последнем, но приглашение подействовало на него столь возбуждающе, что все поплыло перед глазами от предвкушения неведомых чудес. Он смотрел на женщину, как в тумане.
— Сейчас?
— Конечно, сейчас, — ответила она. — Сессна Клен хочет поговорить с вами.
Кенлон попытался представить это свое посещение, но не смог — сознание забастовало. Возбуждение все больше и больше охватывало его, а возможность побывать на корабле будущего казалась все более заманчивой.
«Неужели я пойду? — подумал он и сам себе ответил: — Да, тогда можно будет лучше представить себе положение в этом фантастическом мире будущего».
Кенлон повернулся к Бенджамину.
— Лейтенант, — приказал он, — вы остаетесь за меня. Никому не позволяйте подниматься на борт ни под каким видом.
— Боже милостивый, сэр, прошу прощения, вы собираетесь туда один?
Кенлон шагнул ближе к помощнику и тихо сказал:
— Один, один, ведь второй будет в такой же опасности, как и первый, и, в случае чего, помочь ничем не сможет, не так ли?
— Может быть, вы и правы, сэр, но почему не послать кого-нибудь другого?
Предложение отправить кого-нибудь вместо себя не доставило Кенлону никакого удовольствия, настолько его захватил предстоящий визит.
— Бенни, — раздраженно бросил он, — кто из членов нашего экипажа в состоянии осмыслить и правильно оценить там увиденное? Кто сможет достаточно внятно послать сообщение, чтобы мы смогли принять правильное решение?
Бенджамин смутился:
— Не знаю, сэр, у нас на борту таких нет.
— Вот именно поэтому, как старший по чину, пойду я сам. Если со мной что-нибудь случится, мои полномочия переходят к вам. Я буду держать с вами связь по рации.
— Но… — начал Бенджамин, продолжая сомневаться.
Кенлону надоели уговоры.
— Иду я, — резко объявил он. — Это окончательно. Никого не допускайте на борт. Вы поняли?
— Да, сэр, — угрюмо козырнул Бенджамин.
Кенлон повысил голос, пожалуй, даже больше, чем нужно, чтобы услышала женщина.
— И если кто-нибудь попытается что-либо выторговать у вас ценой моей жизни, отвечайте отказом. Никаких сделок ради меня. Ясно?
— Да, сэр! — Тон Бенджамина давал понять, что он настроен довольно серьезно.
Кенлон подошел к женщине.
— Подождите, пожалуйста, несколько минут, мне необходимо подготовиться к такому визиту.
Он спустился вниз, взял пистолет, мини-рацию и часы-компас. Затем быстро побрился, ополоснулся и вышел на палубу.
Минуту спустя Кенлон уже находился на борту летательного аппарата. Легкий толчок — и между ним и субмариной возникла постепенно расширяющаяся полоска воды.
Глава 9
Минут через двадцать до Кенлона начало доходить, что Дорили с беспокойством поглядывает куда-то влево и вниз. Она поймала его взгляд и объяснила:
— Вон тот корабль идет нам на перехват. Я думаю, они хотят преградить нам путь.
Кенлон повернулся и увидел, что речь идет о судне с двумя металлическими рубками на палубе. Оно мчалось наперерез со скоростью эсминца и должно было их настигнуть, примерно, через четверть мили. Кенлон взглянул на Дорили:
— Поднимись выше.
Лицо женщины стало напряженным. Она покачала головой:
— В наше судно встроено множество ограничений, чтобы ни у кого не возникло искушения применять его в незаконных целях. Наша предельная высота — тридцать метров.
Рубки корабля возвышались над водой метров на двадцать пять. На взгляд Кенлона, запаса хватало с лихвой.
— Вверх! — приказал он.
— Нас собьют и… — начала было Дорили, сбилась и сухо кивнула ему. — Мистер Кенлон, здесь! командую я. Надеюсь, вы позволите мне действовать по своему усмотрению?
Кенлон не счел возможным спорить. Он молча наблюдал, как сближаются оба судна. Дорили что-то быстро сказала одной из джоаннас и та нажала кнопку на металлической панели рядом с собой. Движение вперед прекратилось и они зависли в воздухе. Кенлон с Дорили подошли к поручням на носу.
Кенлон увидел, как на приближающемся судне открылась дверь и на палубу вышли два человека в плавках. Один из них держал в руке какой-то маленький механизм и что-то говорил в него. Странное судно подошло к ним почти вплотную. Судя по отсутствию кильватерного следа, оно приводилось в движение не винтами. Наконец, оно остановилось. Кенлон обратил внимание, что на шее у второго висело нечто вроде шнурка, на котором болтался маленький черный круглый предмет. Человек поднес его к губам и заговорил — сразу же с одной из двух башен раздался его усиленный репродуктором голос, обратившийся к ним на языке, который звучал знакомо, но Кенлон его не понимал.
— О, да у них трансфон, — пробормотала стоявшая рядом Дорили. — Отлично. — Она что-то громко крикнула в ответ.
Несколько минут они обменивались фразами. Кенлон видел, что Дорили расстраивается все больше и больше, а человек все сильнее на чем-то настаивает. Кенлон дернул ее за рукав:
— Чего он хочет?
— Вас.
— Зачем? — изумился Кенлон.
Человек ведущий переговоры замолчал, видимо ожидая решения.
— Его зовут Робайрст, — неохотно объяснила Дорили, — и если применить вашу систему летоисчисления, они с приятелем из 6842 года. Они вбили себе в голову, будто мы воспользовались обстановкой и захватили вас.
Она говорила с большой неохотой, и у Кенлона, пристально смотревшего ей в глаза, не было сомнений, что два человека из шестьдесят девятого столетия в ее намерениях разобрались правильно.