После ужина я не могла больше играть в молчанку и начала разговор издалека, спросив про Софию. Муж обрадовал меня тем, что она теперь живёт с матерью в Тикале. Небольшая гора с плеч тут же свалилась к моим ногам, потому что я немного опасалась того, что завтра он её сюда приведёт. Я пока ещё не в том состоянии, чтобы настолько смириться. Пусть я не одобряла то, как здесь заведено растить детей в неполной семье, но они так живут больше столетия и вряд ли что-то планируют менять. Следующий вопрос мой был про клетку, и он, поморщившись, далеко не сразу принялся отвечать. К моему облегчению, он не видел моими глазами происходящее, но чувствовал эмоции и иногда слышал мой внутренний голос. Вот это меня даже больше напрягло, потому что я постоянно думаю такое, что волосы дыбом. А ещё он сразу ощутил, когда меня забрали из поселения.

— Я рассказал об этом брату, и тогда тот, посоветовавшись со старожилами, решил, что так проявилась истинность. Так что только благодаря Этану Тэун взял меня с собой, когда они пошли за тобой. Раинер был против, но брат его уговорил. И может теперь ты мне скажешь, что у тебя с ним?

— С кем? С Алеком? Ничего! Я не знаю, почему я на вас так влияю, хотя даже повода не даю, — произнесла я, отведя взгляд.

О, Святые! Как мне признаться в том, что я тигриный смесок? И как вообще может возникнуть истинность между разными видами? Пожалуй, нужно продолжать предохраняться, чтобы не родился у меня невесть кто. Вроде бы ведьма говорила, что она будет заваривать свою траву раз в пять дней, а это значит, что у меня есть время, чтобы навестить Салли. Поговорив ещё немного я попросила, чтобы он забрал из общежития мои вещи и, сославшись на усталость, сбежала в спальню. Спать не хотелось, и чем себя занять, я не знала. Осмотрев в шкафу вещи, я села у окна и, глядя на тёмный лес и звёздное небо, задумалась о том, что я раньше никогда даже не задумывалась о замужестве. Я думала, что буду жить в городе и работать в какой-нибудь конторе. Заберу маму, и лет так через пять, возможно, начну встречаться с таким же весельчаком, как Стэфан. Самое главное для меня было простота в общении на разные темы, а теперь я живу в большом доме с оборотнем, с которым не знаешь, о чём говорить. Ладно бы я была полная неумеха и не умела готовить, и он баловал меня своим кулинарным мастерством, но я с детства самостоятельная и могу сама о себе позаботиться в житейских вопросах. Почему так сложно? Я не могу быть самой собой рядом с ним, и это так сильно угнетает меня. Не знаю, чем он там внизу занимался, но я всё же уснула одна в постели.

Утром я проснулась тоже одна. Наличие завтрака на столе и отсутствие Аскара меня немного порадовало. Я смогла спокойно поесть и, налив в большую кружку крепкого чая, вышла на террасу. Хоть и было прохладно, но я, завернувшись в покрывало, разместилась в кресле и подогнула ноги. Сидела, пока не выпила весь чай и не замёрзла. И только я вошла в дом, как раздался стук в дверь. Немного посомневавшись, я всё же открыла. На крыльце стоял Альфа. Я тут же, немного склонив голову, поздоровалась и пригласила войти.

— Решил познакомиться с тобой поближе. Где мой братец? — спросил он, потянув носом.

— Не знаю, — ответила я, делая шаг назад.

Не хотелось мне, чтобы он унюхал тигриный запах, но зря я на это надеялась.

— Он как всегда, сам по себе. И на своём уме. Хотя я его понимаю, от тебя нехило несёт кошатиной.

— Спасибо, это те слова, что я хотела от вас услышать, — не подумав, ляпнула я.

Но Альфа лишь рассмеялся на это и по-хозяйски прошёл на кухню.

— Не обижайся, я верю своему брату, и то, что он рассказал, даёт нам всем надежду на обретение истинных пар. Скажи мне, что в тебе изменилось с момента укуса?

Выдохнув, я принялась рассказывать, что со мной происходило. Альфа внимательно слушал и задавал уточняющие вопросы. За разговором я налила нам чай, но тот не притронулся к кружке, зато попросил показать царапины. Оттянув ворот кофты, я показала ключицу, но про те, что были на верхней части ягодицы, я умолчала.

— Ты же знала, что у тигров в подушечках лап есть железы, которые выделяют запах? Он тебе изящную ароматную подпись поставил. Зачем ты ему сдалась, если у тебя уже есть волчья метка? — спросил он, разглядывая пластырь.

— Хотела бы я знать. Кстати, она не заживает, — указала я пальцем себе на шею.

— Старожилы говорили, что нужно завершить ритуал. По лесу бегать не обязательно, но после вчерашнего вашего воссоединения неужели ничего не было? — удивился он, а я густо начала краснеть, потому что с посторонним мужчиной обсуждать постель я была не готова.

Альфа задумчиво смотрел на меня, а потом вдруг снова принюхался.

— Он это сделал без твоего согласия, — утвердительно проговорил он, потирая свой колючий подбородок. — Плохо. Если ты его не примешь, то рана вскоре заживет, а вот он подохнет.

Звучало так, словно он просто хотел меня напугать, чтобы я не ерепенилась. С чего это с ним может что-то случиться, мне просто было непонятно. И откуда у него эта информация, если сто лет не было ничего подобного, а старожилы сами не имели истинных и могли что-то напридумывать. Кто проверит их слова? В ответ Альфе я ничего не сказала и пригубила остывший чай. Мужчина, не получив от меня нужной ему реакции, вздохнул и поднялся из-за стола.

— Передай ему, когда вернется, чтобы зашёл ко мне, — сказал он и направился на выход.

Я не пошла его провожать. Сам дверь найдёт.

От скуки я полистала книги, но ничего интересного не нашла. Вспомнила, какая интересная была подборка детективов у Алека, и, подумав о нём, ещё больше расстроилась. Угораздило меня вообще тут оказаться. Видимо, Мать-прародительница так решила, чтобы я узнала свои корни. Останься я в городе, до сих пор думала бы, что я человек. Теперь мне стала понятна причина судорог и необъяснимой боли. Я пыталась перекинуться, но магии оборота мне не хватает. Вот бы тогда в лесу волки удивились, обратись я в тигра.

Откровенно заскучав в пустом доме, я занялась готовкой, но, прождав за столом до позднего вечера, волчара так и не вернулся. Сначала я немного огорчилась, но потом поняла, что так даже лучше. Пусть шарится где хочет, а я больше не буду его ждать. Завтра пойду к управляющему, и пусть даёт мне работу согласно моему новому статусу.

Среди ночи я проснулась от того, что моей щеки коснулось что-то мокрое, и я дёрнулась. Волчья морда испугала меня так, что я попыталась отползти подальше, но, запутавшись в одеяле, замерла, глядя в оранжевые глаза. Мгновенно проснувшись, я поняла, кто передо мной, и, уронив голову на подушку, уткнулась в неё лицом. Аскар издал тихий скулящий звук и улёгся на полу. Очуметь! Дожилась! Собственный муж пугает до икоты, а потом укладывается спать в волчьем обличии. Скажи мне об этом полгода назад, я бы только посмеялась такому абсурду.

Утром история повторилась. Завтрак на столе, и я одна в доме. Это укрепило моё вчерашнее решение пойти искать работу, иначе я завою от скуки. Единственное, что меня порадовало, так сумки с моими вещами. Как раз погода была подходящая для моих новых сапог. Тепло одевшись, я вышла на улицу, и тут пришла мысль зайти к госпоже Хаас. Может, она что посоветует. Немного волнуясь увидеть случайно её мужа в плохом настроении, всё же постучала в дверь. Подбирая слова, я не ожидала увидеть их дочь. Та с интересом посмотрела на меня и сообщила, что мама где-то на поисках очередного потеряшки вместе с папой. И тогда мне пришлось идти к Салли, хотя я собиралась к ней только завтра. Не особо хотелось сейчас встречаться со знакомыми, потому что придется рассказывать, как мне живётся теперь замужем, а рассказывать было и нечего. Но Салли неожиданно обняла меня и не стала ничего расспрашивать. Тогда я задала вопрос о работе, и она задумалась.

— Не знаю, что и предложить. Приходи ко мне, раз дома скучно.

— Хотелось бы что-то полезное делать, — пробурчала я, понимая, что придётся вернуться в детскую группу.