Входная дверь была открыта, и я, зайдя, глянула себе под ноги, вспоминая, как опрокинула краску, и, улыбнувшись, оглядела помещение. Аскар действительно мастер своего дела: аккуратно покрашено, простые деревянные наличники заменены на резные, доски пола идеально отшлифованы, и вообще очень чисто и уютно. Дверь в кабинет была закрыта, и мне пришлось постучаться.

— Входите, — раздался незнакомый голос.

— Добрый день, я к господину Хаасу, — произнесла я, глядя на оборотня с густой чёрной бородкой.

Одет он был в серый деловой костюм, так что я сразу поняла, что это какой-то служащий, а не просто случайно зашедший в кабинет посетитель.

— О! Ты как раз-то мне и нужна!

— Я? Для чего? Мы с вами не знакомы, — опешила я.

— В этом поселении одна ягватка, и, как я вижу — это ты. Меня можешь звать по имени Тавей, но если хочешь официально, то господин Бекир.

— А господин Хаас где?

— Он отбыл в столицу. Надолго. Недели две. А что ты от него хотела?

«Две недели… У меня нет столько времени его ждать», — огорчилась я.

— Хотела получить оплату за работу и попросить выдать аванс, — почти прошептала я, впадая в отчаяние.

— Тебе чего-то не хватает? Пиши список, парни купят. Я хоть и замещаю его здесь, но выдавать деньги я не могу, тем более он не давал распоряжения. А с сегодняшнего дня это теперь не в его власти. Альфа дал добро перекупить твой контракт, так что ты переезжаешь в Конрой. Беги собирай вещи, и через час жду тебя у входа.

— Как это перекупить? Кем? Куда? На какую работу? — опешила я.

— Альфа поселения под названием Конрой официально сделал запрос на твой перевод. Приедешь туда — и всё узнаешь. Беги собирайся, мне некогда, — отмахнулся он, а я не могла в это поверить.

Если бы об этом сказал господин Хаас, то одно дело, а этого чело… оборотня я вижу впервые.

— Покажите этот запрос, — неуверенно произнесла я.

Мужчина цокнул языком и принялся рыться в бумагах, разбросанных по всему столу. Долго рылся, и я уже хотела порадоваться, что он ошибся и такого документа нет, но он вынул официальный бланк с печатью. Вытянул руку, и я подошла, чтобы прочесть самый настоящий перевод госпожи Ульрике Тавиль в п. Конрой. Пробежав по строкам стандартного договора, в самом низу увидела размашистую подпись и имя Альфы — Лиам Раинер. Сумма контракта была даже выше, чем здесь, но что толку от неё, если мне не дадут хотя бы часть её авансом. Вернув документ, я медленно побрела обратно на работу, до конца не осознавая, что я отсюда уезжаю неизвестно куда. А что я хотела? Остаться здесь навсегда? Жить у Луны с Ренардом и крутить шашни с почти женатым мужчиной? Ну, нет. Мне судьба даёт шанс сбежать от этой странной связи, и наконец-то появилась надежда, что в другом поселении мне удастся уговорить тамошнего управляющего выдать мне аванс. С этими мыслями я вдохновилась на новое путешествие и, попрощавшись с Гертрудой и Амирой, я поспешила домой. Как быстро я начала считать его своим домом, а добрую Луну — чуть ли не родственницей. Прошло чуть больше месяца, а я, как будто бы, прожила тут несколько лет. К хорошему быстро привыкаешь.

Луна расстроилась, но против приказа Альфы никто не смеет быть против. Она помогла собрать мне сумку, которая осталась наполовину пустой, потому что, оказывается, за это время я ничем новым не обзавелась, кроме тех вещей, что выдала мне Луна в первый день моего приезда. Заметив это, она ещё больше расстроилась, сказав, что была невнимательна ко мне. Но я поняла, что вещи — это далеко не главное в жизни. То чувство доброты, любви и заботы, что подарила мне она и её семья, для меня стало дороже драгоценных камней. Обнявшись на прощание, я попросила передать Иде и Салли свою благодарность за всё, а вот упоминать Аскара не стала. Он и так узнает вечером, придя сюда.

Вернувшись к Управлению, увидела стоящий заведённым внедорожник, в котором сидел молодой парень. Господин Бекир укладывал в багажник сумки и коробки. Увидев меня он махнул рукой, показывая, чтобы я садилась на переднее сиденье, и я тут же подчинилась.

— Это все твои вещи? — удивился он. — Ты не на прогулку едешь. Почему всё не забрала?

— Это всё, что у меня есть, — смутилась я, отдавая ему сумку.

Оборотень закинул её в багажник и захлопнул дверцы.

— Отвезешь её к Говарду, — дал он наставление водителю и, похлопав по капоту, дал понять, что закончил.

Мы покинули поселение и по извилистой дороге довольно быстро мчались, не сбавляя скорость на поворотах. Я держалась за ручку и несколько раз ударялась головой о крышу. Полчаса такой болтанки неожиданно вызвали у меня симптомы морской болезни. Парень был неразговорчив. Кроме того, что он в самом начале представился именем Арчи, он больше не произнёс ни слова. Я терпела до последнего, но когда тошнота подступила к горлу, взмолилась:

— Арчи! Останови, пожалуйста!

Парень сбавил скорость, но я чувствовала, что не удержу в себе завтрак, поэтому, высунувшись, повисла на дверце, пугая своим поступком беднягу. Он резко вдавил тормоз, и на кочке машина подпрыгнула, выкидывая меня в кусты. Тошнота сразу же прошла, потому что я неудачно приземлилась на больную ногу.

— Сдурела? — крикнул парень, выскакивая из машины. — Ты в порядке? Наклонился он надо мной в то время, как я корчилась от боли, держась за голень. — Сломала что ли? — сочувственно произнёс он, садясь рядом со мной на корточки.

Оглядел меня и увидел следы от укусов.

— Бедовая какая-то, сразу видно, — выдал он свой вердикт и предложил руку.

Я зацепилась за неё и молча поднялась. С трудом села в машину, и вот теперь мы поехали спокойно.

— Дождями размыло ближайшую дорогу, поэтому придётся ехать по объездной. Потерпи немного. У нас есть лекарь.

В поселение мы приехали вечером. Погода испортилась ещё два часа назад, поэтому грунтовая дорога превратилась в сплошное месиво. Не подумав о том, что путь окажется дальним, я даже не брала ничего с собой перекусить. А организм, привыкший питаться вместе с детьми по расписанию, давным-давно выдавал такие рулады, что я каждый раз мучительно краснела, зная, как хорошо оборотень слышит мои китовые песни. Само поселение, что я могла разглядеть сквозь дождь, сильно походило на Амарок: такие же добротные дома и небольшие дворики с декоративными заборчиками. Подъехав к длинному дому, я уже поняла, что жить буду в общежитии, но меня это совсем не волновало, потому что главной моей заботой была завтрашняя встреча с управляющим. От него зависит моя дальнейшая судьба. Остановившись возле подъезда, я не спешила выходить, потому что увидела, чем была выстлана дорога. Блестящие от дождя булыжники не внушали доверия. Не хватало подскользнуться и упасть! Арчи догадался мне помочь и выскочил под проливной дождь, открыл дверь и подал руку. Из окна первого этажа вдруг раздался смешливый голос:

— Что за кралю ты нам привёз? Кто там сам выйти не может? Неужто сама царица?

Я не стала смотреть на шутника и, крепко взявшись за руку, поспешила выйти. Ожидаемо, на ногу наступить не смогла. Подогнув её, я попыталась прыгнуть под козырёк, но всё-таки поскользнулась. Арчи, дёрнув меня на себя, перехватил за талию и, тут же открыв дверь, поставил меня на порог, затем вернулся к машине и вытащил из багажника мою сумку. Поставив её на пол, попрощался и уехал. С той комнаты, откуда доносился голос, вышел молодой мужчина. Чем-то он напомнил мне Дэниеля, поэтому сразу не понравился.

— Прости, не думал, что тебе нужна помощь, — проговорил он и, вернувшись в комнату, вынес для меня стул.

Опустившись на сиденье, я убрала с лица мокрые волосы и посмотрела на временного соседа. Тот нахально разглядывал меня, и его оценивающий взгляд остановился на груди. Я склонилась и тут же прикрылась рукой, потому что лёгкое платье в мокром виде неприлично её облепило.

— Арчи было сказано отвезти меня к господину Готварду или Горварду, — произнесла я, отвлекая наглеца от своего мокрого тела.

— Старик Говард, наверно, уже спит. Можешь побыть у меня до утра.