Сколько раз за это время вспоминал Аню. Представлял, как доберусь, что скажу. В памяти было всё, до мелочей, я ведь даже её сердитое лицо мог воссоздать так, что сам же потом начинал оправдываться. А сейчас она просто стояла в нескольких шагах, слушала доклад, и мне хотелось подойти, обнять и унести её куда-нибудь, где нас хотя бы немного не будут искать.

До чего же красивая! На пальце след от чернил. Между бровями знакомая складочка, потому что сведения ей подают кусками, а она уже пытается понять, что с ними делать. Пока слушала помощницу, поправила папку так, чтобы край листа не замялся.

Я столько всего про неё помнил, а оказывается, соскучился даже по этому движению.

Рядом появилась Сара Абрамовна. Оценила горы золота, посмотрела на сундуки, затем на меня. Замерла на мгновение и прикрыла рот ладонью.

Узнала. Каким образом, понятия не имею. Маска белая, герб спрятан. Клинков на поясе нет, фигура совсем другая. Но бабуля смотрела прямо на меня, и я прекрасно видел, как ей хочется заржать.

Только не сдавай сразу. Ну пожалуйста.

— Господин хочет внести вклад на чужой счёт, — объяснила помощница, указывая на ящики. — Принимаем для оценки. Мы такого способа выгрузки ещё не видели.

— Вижу, — Аня передала ей папку. — На чей счёт?

— Пока не уточнили, — призналась девушка. — Сначала хотели закончить приём.

Жена посмотрела на первоначального сопровождающего. Тот стоял рядом с записями и, кажется, уже прикидывал, как следовало поступить ещё у окна.

— Беспорядок, — сказала Аня, качнув головой. — Сначала нужно оформить поручение. Лина, подготовь. И следующую секцию освободите полностью, это ещё надолго.

Люди разошлись по делам. Несколько слов, и больше никто не ждал, пока сундуки сами перестанут сыпать.

Когда Аня подошла ко мне, я едва не раскололся. Заготовил же пару фраз, хотел понаблюдать за её лицом. А теперь она смотрела в прорези маски, и говорить чужим голосом стало неожиданно трудно.

— Прошу простить за задержку, — начала жена, чуть склонив голову. — Мне необходимо знать, на чей счёт вы намерены положить такую…

Она оглянулась на золото. Из ближайшего сундука с грохотом посыпались длинные слитки, работник у стены успел только подвинуть перегородку.

— Немаленькую сумму, — закончила Анна. — Уточним до подсчёта. Пока мы ещё не начали оформлять вклад.

Сара Абрамовна хрюкнула. Жена повернулась к ней, а бабуля отмахнулась, даже не пытаясь спрятать улыбку.

— Что смешного, бабуль? — спросила Аня.

— Продолжай, деточка, — Сара показала на меня. — Господин тебя слушает.

И ещё как слушает. Особенно про немаленькую сумму. Это я обязательно запомню.

— Секрета нет, — ответил я, всё-таки удержав чужой голос. — Золото из двенадцати Великих Пространственных сундуков. Полностью заполненных. Хочу внести его на счёт Рода Галактионовых.

Помощница перестала писать.

Аня посмотрела на сундуки, затем снова на меня. На лице впервые появилась растерянность, и Сара Абрамовна уже не выдержала. Засмеялась так, что пришлось взяться за локоть стоявшей рядом девушки.

— Вы уверены? — уточнила жена, стараясь не обращать внимания на бабушку. — Именно на счёт Рода?

— Именно, — подтвердил я. — Слышал, хозяйка надёжная. Деньги в обиду не даст.

— Ой, всё, не могу! — Сара вытерла уголок глаза. — Поц, не разводи мине внучатку! А ты, Анечка, иди уже обними своего мужа!

Анна замерла, подняв взгляд к маске. Я сделал её прозрачной.

— Саша? — выдохнула она, шагнув ближе.

— Дорогая, я запомню, что золота здесь немало, — сказал я своим голосом. — От тебя такого ещё не слышал.

Пластины доспеха пошли обратно, убирая лишний объём. Перчатки тоже снял, пока жена смотрела мне в лицо и всё ещё не верила.

— Я же обещал, что увидимся, — продолжил я, улыбаясь. — Получилось выбраться ненадол…

Аня оказалась у меня на шее. Подхватил её, прижал к себе, успев убрать край нагрудника, чтобы не ударилась. Маску снова развоплотил, когда жена поцеловала меня, обхватив голову обеими руками.

Её пальцы скользнули по щеке, задержались возле виска, и Аня прижалась ещё крепче. Отпустила губы всего на мгновение, чтобы вдохнуть, и поцеловала снова. Я держал её, гладил по спине и никак не мог надышаться знакомым запахом волос.

Где-то за нами грохотало золото. Сара Абрамовна распоряжалась, чтобы люди работали и смотрели под ноги. Кто-то отвечал, в коридоре стучали шаги. В другое время я бы уже заметил каждого, сейчас даже головы не повернул.

Аня стиснула пальцами рубашку под разошедшимся доспехом. Я поддерживал её под спину, целовал и никак не мог решить, чего хочется больше: рассмотреть её лицо или снова прижать к себе. Несколько раз она порывалась что-то спросить, потом обнимала крепче, и вопросы оставались на потом.

В глубине Океана пошло движение. Душа расширялась, занимала больше места, и сила проходила там, где раньше я придерживал её почти постоянно. Ничего для этого не делал. Просто обнимал жену, а Душа росла, словно всё это время только и ждала, когда хозяин вспомнит, ради чего ему вообще нужно становиться сильнее.

Захотелось домой, и я сейчас имел в виду наше имение на Земле. Вместе с детишками, и всеми моими девочками. Чтобы Аня утром ругалась на счета за мои очередные покупки, а я мог слушать её за завтраком, совершенно не переживая, что между нами опять захлопнется какая-нибудь сволочная Вселенная.

Сколько для этого ещё придётся сделать, пока даже не прикидывал. Сделаю. Сейчас я был в этом уверен.

Жена чуть отстранилась и провела ладонью по моему лицу. Улыбалась, хотя по щеке уже скатилась слеза. Я стёр её большим пальцем, поправил ту самую выбившуюся прядь и снова поцеловал Аню.

— А есть тут у тебя какая-нибудь отдельная комната, милая? Лучше с кроватью, но это совсем не обязательно…

Лежу я, смотрю в потолок и никак не могу заставить себя подняться. Доспех рядом с кроватью, рубашка вообще непонятно где, а мне хорошо.

Ляпота!

Вот бы ещё никуда не торопиться. Полежать с Аней, потом сходить поесть, поговорить о чём-нибудь, что завтра не придётся убивать. Уверен, темы бы нашлись.

Но маска продолжала работать, а значит, мне пора собираться. До Земли ещё добраться нужно, по пути оставить доспех в Крепости. На пару небольших дел времени хватит, только затевать что-нибудь серьёзное сегодня уже не стоит.

Жена, между прочим, убежала раньше меня.

— Полежи ещё, — велела она, поправляя волосы перед зеркалом. — Я скоро вернусь. Там без меня накосячат, нужно проверить…

Что именно нужно, я уже не слушал. Смотрел на Аню и прикидывал, как бы снова заманить её под одеяло. Она заметила мой взгляд, улыбнулась, но платье застёгивать не перестала. Пришлось подать туфлю, которую нашёл под кроватью, и получить поцелуй за помощь.

Почему ей вдруг так срочно понадобилось работать, я, кажется, понимал.

Прощаться жена не хотела. Когда заговорили о том, сколько я смогу пробыть здесь, она только кивнула и прижалась ко мне покрепче. Даже спорить не стала, хотя я приготовился объяснять. От этого, честно говоря, было паршиво. Мы столько не виделись, наконец добрались друг до друга, а теперь снова считать оставшееся время.

Задержись ещё немного, могла и расплакаться. Я бы тогда вообще отсюда не ушёл.

Скорее всего, так и было. А ещё внизу лежало золото.

Двенадцать полностью забитых сундуков, которые предстояло пересчитать и зачислить на счета Рода. Пустить такое дело на самотёк Аня не могла. Там же какая-нибудь монетка под стол закатится! И будет лежать без дела, пока остальные работают.

Наверняка жена уже придумала, куда всё вложить. Я ещё доспех с себя не снял, а у неё в голове половина золота приносила прибыль.

Улыбнулся, потянулся и всё-таки сел. Хорошо хоть искать брюки не пришлось. Рубашка обнаружилась на стуле под моей же перчаткой.

Спрошу у Ани, чем помочь. Вдруг есть что-нибудь, с чем я управлюсь быстрее её сотрудников. Золото считать мне, конечно, лучше не поручать, тут мы всё равно не сойдёмся. Я округлю, она обидится.