Взрыв.

Ближний радиус действия — это значит мало топлива, но очень много взрывчатки. На месте выложенной бетонными плитами площади вспух огромный огненный шар. Взрывная волна разошлась по кругу, расшвыривая людей, как сломанные куклы, заставив качнутся даже многотонные транспортеры.

Меня успевает прикрыть один из солдат. Техпластовая не помогает, удар оказывается слишком силен. Меня с дикой силой швыряет в воздух вслед за остальными людьми. Но в отличие от прочих, я не размахивая беспорядочно конечностями, даже в полете я сохраняю контроль.

Изворачиваюсь в воздухе и мягко приземляюсь на ноги. Колени сгибаются при касании, полы плаща распахиваются, выглядывает боевой комбез. Правая рука машинально ложится на рукоять азура, левая сдвигается назад. Полная готовность к бою.

Реакции обостряются, «Разгон» вовсю насыщает тело заемной силой, мышцы переполняет энергия, в крови бушует адреналиновый шторм, но разум холоден и отстранен, стремительно анализируя ситуацию.

Грохот по барабанным перепонкам. Дезориентация. Крики толпы. Испуганные люди, кто-то остался на ногах, кто-то лежит на земле, часть разбегалась, подчиняясь инстинкту самосохранения. Только телохранители сохранили самообладание под влиянием психопрограмм.

Телохранители и солдаты. Они и отбили вторую волну.

Это оказалась классическая атака в три уровня: начинающим, отвлекающим и завершающим.

Первым этапом стала ракета. Вторым — переодетые в униформу службы безопасности выставочного павильона боевики, подошедшие в последний момент и слившиеся с оцеплением. Они и открыли огонь.

Яркая паутина выстрелов разорвала пространство. Казалось, излучатели били отовсюду, что, конечно, не так. Всего лишь ложное впечатление, призванное для одного — сместить фокус внимания и отвлечь от основного нападения, которое последовало чуть позже.

Солдаты-норны перестроились в боевой порядок и открыли ответный огонь, сомкнувшись вокруг меня сплошным заслоном. Благодаря тяжелой техпластовой броне высшей защиты, шлемам и боевым визорам они обладали подавляющим преимуществом и получив от меня отмашку начали медленно наступать.

Между закованных в доспехи массивных силуэтов шла фигура в плаще с клинком наизготовку. Иногда я небрежно отклонялся, избегая прошедших сквозь барьер из тел норнов выстрелов. В моих движениях чувствовалась завораживающая грация, выхваченный из ножен азур выделялся на фоне стволов армейских излучателей штурмового класса, как заточенный стилет рядом с кувалдой.

— Мечник!

Крикнул кто-то, привлекая внимание. И все взоры нападающих обратились на меня. Измененный под действием эссенции джавы воин мог в одиночку решить исход практически любого боя. И переодетые боевики это понимали и предпочли не связываться с неожиданным врагом.

Прибавить плащ в родовых цветах Великого Дома Тэрелл — темный на сером, и станет понятно, почему по рядам атакующих пробежала волна неуверенной паники.

В голове мелькнуло удивление. Меня не ожидали увидеть? Тогда за кем шла охота?

И вот тогда произошел третий, завершающий удар.

Оказавшаяся рядом с Лео Монцом высокая девушка в форме служителя павильона вдруг резко развернулась и нанесла удар открытой ладонью. Телохранители сработали вовремя, успев еще до начала движения выдернуть хозяина из-под атаки, одновременно закрывая телами и оттаскивая в сторону распахнутых дверей транспортеров. Благодаря броне сейчас выглядевшими самым безопасным местом в окружающем беспорядке.

Кто-то выстрелил, и убийца сложилась пополам. Однако перед этим она успела сделать еще несколько быстрых взмахов, за которыми не поспевал человеческий глаз. Казалось, она просто махала пустыми руками, но несколько человек вокруг нее вдруг начали падать.

Выполнив свою задачу по отвлечению внимания, переодетые боевики принялись спешно отступать в сторону соседних кварталов, видимо рассчитывая скрыться в переплетениях улиц, пронзающих городскую застройку словно извилистая кровеносная система.

Далеко немногим удалось сбежать, запредельная плотность огня солдат-норнов, почувствовавших себя в привычной среде, действующих быстро и жестко, создало сплошную завесу из разрядов, уничтожая любые попытки сопротивления. Один за другим нападающие валились на землю, получив смертельные ожоги от выстрелов.

Понимая, что догонять остатки выживших бесполезно (и опасно, это может быть еще один слой сложной ловушки) и что сбежавшие всего лишь рядовые исполнители, я остановился.

Рядом тут же оказался Лукас, все это время старавшийся держаться рядом, чтобы в случае необходимости прикрыть. В контур безопасности, выстроенный солдатами-норнами, его не пропустили, таков протокол, на случай если кто-то из ближайшего окружения тоже окажется предателем, но позволили двигаться рядом.

— Вы в порядке? — первым делом осведомился наставник, внимательно оглядывая меня в поисках ран, на которые в пылу боя неопытные юнцы часто не обращают внимания, находясь под действием бушующего в организме адреналина.

Напоминать, что я кардинально отличался от таких молодых бойцов, я не стал, вместо этого махнул рукой и спросил:

— Как там специалистка по протоколу? Надеюсь, ты присмотрел за ней и не дал нарваться на случайный выстрел.

Она мне не особо нравилась, и я ей не доверял, считая человеком тетки и совета, но сейчас она входила в мою пусть и неформальную, но свиту, а значит, как сюзерен, я обязан был позаботиться о ее безопасности. Даже невзирая на то, что сам недавно, прикидывал, как лучше эту девицу убить. Такова мрачная ирония взаимоотношений между аристо и его окружением.

— Я уронил ее у входа подсечкой, велел лежать и не двигаться. Когда все успокоится, ползти внутрь здания, — сообщил Лукас.

С моей стороны последовал неспешный кивок. Не самый худший вариант вести себя в опасных ситуациях — притвориться мертвым и тем выпасть из поля внимания нападающих.

— Проверь, в порядке ли она, — велел я.

Мастер боя заколебался.

— Не хотелось бы оставлять вас одного, — признался он.

— Не думаю, что в ближайшее время последует еще одна атака, — я пожал плечами.

Лукас помедлил, кивнул, признавая справедливость замечания. Проблесковые маячки экстренных медицинских служб уже мигали в дальнем конце одной из эстакад, вместе с правоохранительными силами, мчавшимися на место происшествия. Наглый характер нападения поднял городские власти на уши, заставляя пошевеливаться. Уже через несколько минут местность будет кишеть от полицейских и агентов безопасности.

Мастер боя ушел разыскивать Риану. Я постоял на месте, обернулся и заметил выглядывающего из приоткрытой дверцы транспортера Лео Монца. Охрана настойчиво требовала, как можно скорее покинуть опасное место, но толстяк упорствовал, видя, что я тоже остаюсь.

Кстати, неплохая мысль, возможно и правда стоит скрыться и перестать изображать из себя мишень. Кто знает сколько еще портативных пусковых установок размещено на соседних крышах.

Впрочем, такой вариант уже исключен. Взгляд скользнул в ненастное небо, где уже вовсю кружили поднятые по тревоге воздухолеты стражей правопорядка и служб безопасности. Если на крышах кто-то скрывался, его сразу заметят и уничтожат, а выпущенную ракету накроют системой подавления на старте. Оборудование в таких специализированных машинах куда эффективнее, чем установленное в транспортерах, чье предназначение в первую очередь вывезти охраняемую персону из зоны огня.

— Надеюсь с вами все в порядке, ваша светлость? — слабым голосом спросил Монц, и даже вышел из транспортера, но далеко отходить не стал. Двойной подбородок исполнительного директора подрагивал, рыжеватые волосы находились в беспорядке, в глазах все еще проглядывал страх от пережитого.

Я кивнул, но подходить не стал, чтобы посмотреть за реакцией. Он это понял, и со вздохом сделал несколько шагов навстречу. Телохранители тут же сомкнулись вокруг рыхлой фигуры в пышных оранжевых одеяниях, не давая возможности потенциальному стрелку вычленить цель.