— А вообще очень классно, — сказал Саша. — Ты такая… не такая, как все. Давай, знаешь что сделаем? Напиши сегодняшнюю дату.

Я написала внизу под рисунком: 18.12.2008 г.

— Можно, я возьму этот рисунок себе?

— Забирай.

— Я сохраню его. Через десять лет мы встретимся на этом же месте и посмотрим, что будет на месте этой стройки. А потом пойдем пешком в Мак на Арбате. Запиши себе число, чтобы не забыть.

— Договорились, — смеялась я. — А что если все будет, как на рисунке?

— Я пока не придумал, — ответил Саша. — Но время еще есть.

Пока мы ждали маршрутку, на остановке собрались люди. Мы залезли внутрь и доехали до Баррикадной. В метро попрощались и поехали каждый в свою сторону.

Вечером я вспомнила про диск. Через музыкальный центр он не прослушивался. Компьютер был свободен, решила попробовать через него. Получилось. Саша просто записал восемь mp-3 файлов.

Я не стала его пугать, что через десять лет люди почти перестанут покупать музыкальные диски, и вся музыка станет доступна в интернете по платной подписке.

Я надела наушники и включила первую песню. Я боялась слушать. Мне очень нравился Саша, но я боялась, что мне не понравится его музыка. Я бы не знала, что ему сказать, а врать я не хотела. Зря боялась. Песни оказались на удивление неплохими. Но я не могла отделаться от чувства, что я уже где-то все это слышала.

В воскресенье Вика приехала ко мне. Я показала ей стопку журналов, которые привезла от родителей. Про свои рисунки в них и свои догадки. Мне нужно было подтверждение и больше подробностей. Мне нужна была вся эта история с журналом от начала и до конца.

— Ладно, — улыбнулась Вика. — Эта история в целом очень хорошая, поэтому я тебе могу ее рассказать.

Я налила нам вина и удобнее устроилась за столом с тетрадью, чтобы не упустить ни одного важного момента.

— Мне интересно все, с самого начала. Как я попала в этот журнал?

— После того, как Дима тебя везде заблочил, ты забила на учебу. На тебя смотреть было больно. Ты сильно похудела и почти не ела. Твоя мама как-то купила фломастеры. Непонятно зачем. Простой набор детских фломастеров. Двенадцать цветов. И ты вдруг начала раскрашивать свои рисунки из тетради. Получалось очень классно! Я предложила тебе их сканировать и выкладывать в интернете. В общем, папа на работе отсканировал тебе все эти рисунки. Ты сделала свою группу вконтакте и стала выкладывать их туда. Подписчики быстро набрались. Знаешь, сами собой. И однажды тебе написала редактор журнала. Им нужны были несколько иллюстраций для рассказов и статей. Она предложила тебе попробовать. За деньги, конечно. И ты согласилась. Сделала три иллюстрации. Тебе хорошо заплатили. А через два месяца они уже были напечатаны в журнале. Так ты стала рисовать для них в каждый номер. Позже купила планшет, стала делать то же самое, только чуть быстрее.

— И хорошо платили?

— Для начинающего иллюстратора — отлично. Особенно для студентки. Причем это не требовала много времени. Ты начала для них рисовать в конце третьего курса. Тебе очень нравилось! Ты буквально пришла в себя благодаря этой работе.

— Похоже, я была не такой уж неудачницей, как я подумала сначала.

— Да, ты была очень крутой, серьезно. В хорошем смысле. У тебя не было опыта, но ты не побоялась попробовать, и все получилось. И ты очень круто выросла за два с половиной года, что рисовала для них.

— А что случилось потом?

— Ты начала в конце третьего курса. Окончила институт и продолжала рисовать. Но твои родители и бабушка с дедом очень переживали, что у тебя нет нормальной работы. Ну что ты не ходишь на работу пять дней в неделю с девяти до шести, как все обычные люди. Боялись, что ты останешься без работы. Понятно, что они хотели для тебя лучшего. Стабильности. Чтобы все четко по графику, по плану. Чтобы деньги, пусть немного, но два раза в месяц в одни и те же числа. А ты нормально зарабатывала. Ты сдавала сразу несколько рисунков на пару месяцев вперед, получала за них деньги и быстро все тратила. На одежду, косметику, что-то покупала домой, часть отдавала родителям, и почти ничего не оставалось в итоге. Особенно переживала бабушка. Тем более, ты ведь училась на инженера, а работаешь в каком-то женском журнале и занимаешься чем-то совсем несерьезным. Тебя видели серьезной и умной девочкой, инженером с хорошей работой. Может быть, даже в науке. В общем, на тебя давили. Пока ты училась, никто ничего не говорил, но когда учеба закончилась, все хотели, чтобы у тебя была нормальная серьезная работы, а не картиночки рисовать.

— И я поддалась?

— Да, но не сразу. Ты подумала, что если будешь работать штатным иллюстратором в журнале, пять дней в неделю, как все, то от тебя отстанут. Ты следила за вакансиями журнала и однажды увидела, что они ищут иллюстратора. Ты написала об этом редактору и предложила себя.

— Мне отказали, — вздохнула я, догадываясь, что будет дальше.

— Да. Тебе сказали, что высшее образование в иллюстрации или дизайне — это обязательное условие. А еще им нужен был свободный английский и немецкий. Не знаю только, зачем. А ты была самоучкой и знала только английский. Тебя это очень расстроило, но ты продолжила работать.

— Это ведь еще не все, наверное?

— У тебя есть подруга Маша, — продолжала Вика. — У Маши была подруга Юля. Она училась «полиграфе» на дизайнера. Маша рассказала ей, что ты работаешь в журнале, и Юля попросилась тоже. Сказала, что тоже хочет подработать и получить реальный опыт. Попросила контакты твоего редактора. Ты передала ей электронную почту. Угадаешь сама, что было дальше?

— Ее взяли на работу в штат?

— Да, и у тебя стало вполовину меньше работы. На этот раз ты очень расстроилась. Ты просто не ожидала такого от них. От журнала и от подруги. Не передать словами, как ты переживала.

— Еще бы. Это страшно обидно и несправедливо.

— Не то слово. Ты отказалась с ними работать дальше на таких условиях. Они не держали тебя. Но у тебя уже было хорошее портфолио работ. Ты пыталась устроиться в другие журналы. Ходила на собеседования в несколько крупных издательств, но везде были отказы. Бабушка очень переживала. Каждую неделю спрашивала, как у тебя дела с работой, и не наклёвывается ли чего.

— Все понятно, — вздохнула я. — Меня никуда не брали, и тогда я пошла работать ассистентом в офис.

— Ну да. Инженером тоже не брали, потому что уже прошло почти два года с тех пор, как ты получила диплом. А им нужные только свежие выпускники или старшие курсы. Из опыта у тебя были только иллюстрации. Тебя не то чтобы никуда не брали, тебя даже на собеседования почти не звали. Один раз позвали в страховую бумаги разбирать и сканировать. Ты сходила. Тебя взяли. Служба безопасности проверяла потом две недели еще, а ты не хотела туда и продолжала искать работу. Надеялась, что за две недели найдешь что-то получше. Но не нашла.

— Это все очень грустно. Хотя я не знаю, как бы я поступила, и как нужно было поступить.

— Ты все правильно делала, — сказала Вика. — Ты думала, что найдешь нормальную работу, а в остальное время — вечером и по выходным будешь продолжать рисовать на заказ. Но в реальности все оказалось сложнее. Работа была несложной, но страшно выматывала. Ты просто уставала, и у тебя не было сил заниматься еще чем-то после работы. Ты приходила домой, ужинала с родителями, мыла посуду и до ночи дремала под какой-нибудь сериал.

— Родители рады были, что я нашла работу?

— Мама с бабушкой очень радовались, да. Страховая компания была известной, наполовину государственной, а значит — все очень стабильно и серьезно. За такую работу надо держаться.

— Я хорошо там зарабатывала?

— Ой, не смеши. Рисунками ты зарабатывала больше, а тут пятнадцать тысяч, зато стабильность. Если не веришь, поищи в документах у себя в столе. Там должен был сохраниться приказ с размером зарплаты. Кстати, дела у них сейчас не очень. В этом году они чуть не обанкротились.