С которыми работала.

Спорила.

Смеялась.

Которые помогали мне после пожара.

Именно их хотелось видеть рядом.

Капитан Бран поднял бокал.

— За командующего и его жену.

Он немного помолчал.

Потом усмехнулся.

— Честно говоря, когда госпожа Ларен впервые появилась в крепости и начала требовать от нас объяснений по медицинским поставкам, я подумал, что командующий попытается отправить ее обратно в столицу.

Все рассмеялись.

Я посмотрела на Ратмира.

Он улыбался.

Бран продолжил:

— Теперь понимаю, что это была бы самая большая ошибка в его жизни.

Я почувствовала, как потеплели щеки.

Капитан поднял бокал выше.

— Желаю вам обоим терпения. Особенно командующему. Потому что теперь у него дома будет человек, который не позволит делать глупости без подробного объяснения.

Ратмир рассмеялся.

— Благодарю, Бран.

Я тоже улыбнулась.

— Постараюсь оправдать ожидания.

Тесса поднялась следующей.

В руках у нее была небольшая кружка.

— Я говорить красиво не умею, — начала она.

Матильда сразу возразила:

— Еще как умеешь!

Тесса махнула рукой.

— Не перебивай. Я и так волнуюсь.

Мы рассмеялись.

Она посмотрела на меня.

— Когда Мирена приехала в Холодный Брод, я думала, что продержится пару дней. Столичная лекарка, красивые вещи, дорогие инструменты... Я решила, что она увидит наш старый лазарет и первым же экипажем уедет обратно.

Я улыбнулась.

— Ты почти так и сказала.

— Не почти. Я именно это и сказала.

Все рассмеялись.

Тесса продолжила:

— А она осталась. Сначала заставила нас пересчитать каждую тряпку. Потом добилась ремонта крыши. Потом чуть не поссорилась со всем советом из-за шкафа.

Брон усмехнулся.

— Со мной тоже.

— И с тобой.

Тесса посмотрела на Ратмира.

— А ты, командующий, давно нуждался в человеке, который скажет тебе, что нельзя всю жизнь проводить на службе и считать четыре часа сна нормой.

Ратмир поднял брови.

— Я начинаю подозревать, что вы все заранее сговорились.

Матильда рассмеялась.

Тесса улыбнулась.

Потом стала серьезнее.

— Я желаю вам не только любить друг друга. Я желаю вам уметь жить вместе. Не забывать разговаривать. Не копить обиды. И иногда просто садиться за стол, чтобы поужинать, а не обсуждать войну и больных.

Я почувствовала, как защипало глаза.

Тесса подняла кружку.

— За вас.

Все поддержали.

Я обняла ее.

Она крепко прижала меня к себе.

— Будь счастлива, девочка, — прошептала она.

— Спасибо.

Когда мы вернулись за стол, Ратмир осторожно взял меня за руку.

Я посмотрела на золотое кольцо.

Простое.

Без драгоценных камней.

Но оно нравилось мне гораздо больше прежнего.

Мы вместе выбрали дату, место, кольца. Я надела любимое платье и подписалась собственным именем. В этой свадьбе не было ни одного решения, принятого вопреки мне.

Я подняла глаза.

Ратмир улыбнулся.

— О чем думаешь?

Я немного помолчала.

— О том, что сегодня все получилось именно так, как я хотела.

Он поцеловал мои пальцы.

— Я рад.

Вечером мы вернулись в дом у реки.

Ратмир помог мне снять плащ, затем осторожно закрыл дверь.

В комнатах было тихо.

После шумного праздника тишина казалась особенно приятной.

Я поставила на стол небольшой букет, подаренный Тессой.

Ратмир подошел ближе.

— Устала?

Я улыбнулась.

— Немного.

— Хочешь отдохнуть?

— Хочу сначала посмотреть на тебя.

Он удивленно поднял брови.

Я рассмеялась.

— Сегодня ты мой муж.

Ратмир улыбнулся.

— Уже несколько часов.

— Все равно непривычно.

Он осторожно обнял меня.

— Мне тоже.

Я положила голову ему на грудь.

Несколько секунд мы стояли молча.

Потом он тихо произнес:

— Мирена, я хочу кое-что сказать.

Я подняла глаза.

— Что?

— Спасибо, что согласилась.

Я улыбнулась.

— Ты уже благодарил.

— Знаю.

Он провел здоровой рукой по моим волосам.

— Просто после войны я был уверен, что уже не захочу жениться.

Я посмотрела на него.

— А теперь?

Он улыбнулся.

— Теперь хочу просыпаться рядом с тобой каждый день.

У меня защипало глаза.

Я осторожно коснулась его щеки.

— Тогда придется терпеть мои утренние распоряжения.

Ратмир усмехнулся.

— Постараюсь.

Я поцеловала его.

Он ответил сразу.

Без прежней осторожности, но по-прежнему бережно относился к поврежденной руке.

Я сама помогла ему снять жилет.

Потом расстегнула верхние пуговицы рубашки.

Ратмир наблюдал за мной.

— Госпожа лекарь...

Я улыбнулась.

— Сегодня я не на работе.

— Значит, наконец могу надеяться, что меня не заставят принимать горькие настои?

Я рассмеялась.

— Только если будешь плохо себя вести.

Он притянул меня ближе.

Мы целовались долго.

Я чувствовала его тепло, знакомый запах кожи и древесного дыма, осторожные прикосновения к моей спине.

За последние недели я успела привыкнуть к тому, как он меня обнимал.

И все равно каждый раз волновалась.

Не от страха.

От желания.

Мне нравилось быть рядом с ним.

Нравилось, что он спрашивал, удобно ли мне.

Что не торопил.

Что умел рассмешить даже тогда, когда я слишком серьезно относилась к происходящему.

Я помогла ему снять рубашку, стараясь не задеть рану.

Он осторожно расстегнул застежки моего платья.

Когда тяжелая ткань опустилась на пол, я на мгновение смутилась.

Ратмир остановился.

— Что случилось?

Я покачала головой.

— Ничего.

Он посмотрел мне в глаза.

— Мирена.

Я улыбнулась.

— Просто иногда все еще непривычно.

— Что именно?

Я немного помолчала.

— Что мужчина смотрит на меня так, словно действительно хочет быть рядом.

Ратмир осторожно коснулся моей щеки.

— Я хочу быть рядом.

Я закрыла глаза.

Он поцеловал меня.

И я перестала думать о прежнем браке.

Об Эйдаре.

О том, что когда-то мне казалось необходимым соответствовать чужим ожиданиям.

Сейчас рядом был мой муж.

Мужчина, которого я сама выбрала.

Мы поднялись в спальню.

Я помогла Ратмиру устроиться так, чтобы не нагружать раненую руку, и осторожно легла рядом.

Он улыбнулся.

— Даже в свадебную ночь ты продолжаешь следить за моим лечением.

Я рассмеялась.

— Придется привыкнуть.

— Уже начинаю.

Он обнял меня здоровой рукой.

Я придвинулась ближе.

Наши поцелуи постепенно стали глубже. Я сама потянулась к нему, не скрывая желания, а Ратмир отвечал так нежно, что мне хотелось остановить время хотя бы на несколько минут.

Мы никуда не спешили.

Впервые за долгое время у нас был целый вечер, который не требовалось делить с войной, расследованием и чужими проблемами.

Позже я лежала рядом с Ратмиром, положив голову ему на плечо.

За окном шумела река.

Он осторожно перебирал мои волосы.

Я смотрела на золотое кольцо на собственном пальце.

— Знаешь, — сказала я, — раньше мне казалось, что свадьба должна быть огромным праздником.

Ратмир усмехнулся.

— И как тебе наша?

Я улыбнулась.

— Лучше, чем могла представить.

Он поцеловал меня в висок.

Некоторое время мы молчали.

Потом я спросила:

— А если когда-нибудь у нас появятся дети?

Ратмир немного повернул голову.

— Ты хочешь?

Я задумалась.

— Не сейчас. У нас и так хватает дел. Но когда-нибудь...

Он осторожно взял мою руку.

— Тогда поговорим об этом, когда оба будем готовы.

Я почувствовала облегчение.

Никаких требований.

Никаких разговоров о наследниках.