Эйдар ожидал в небольшом кабинете городского совета.

Когда я вошла, он стоял возле окна.

На столе лежали его перчатки.

Почти как в тот день, когда мы обсуждали развод.

— Мирена, — сказал он.

Я притворила дверь, не защелкивая замок.

— Слушаю.

Он повернулся.

— Ты действительно собираешься помогать Крейсу против меня?

Я почувствовала раздражение.

— Я помогаю выяснить, кто использовал мою печать для незаконных грузов.

— И тебе совершенно все равно, что это может разрушить мою карьеру?

Я посмотрела на него.

— Если ты не причастен, документы это покажут.

Эйдар рассмеялся.

— Ты всегда была наивной.

Я не ответила.

Он подошел к столу.

— Мирена, военные дела устроены сложнее, чем ты думаешь. Иногда приходится подписывать распоряжения, не зная всех подробностей.

— Тогда так и скажи дознавателю.

Эйдар сжал челюсти.

— Ты не понимаешь.

— Объясни.

Он посмотрел на меня.

Потом тяжело выдохнул.

— В столице сейчас сложная ситуация. Военный совет готовит новые назначения. Мои противники ищут любой повод ослабить положение рода Вейр.

— И при чем здесь поддельная лекарская печать?

— Возможно, кто-то пытается использовать тебя против меня.

Я смотрела на него.

— Кто?

— Холт, например.

Я не удержалась от смеха.

Эйдар нахмурился.

— Что смешного?

— Ратмир впервые увидел меня уже после того, как я подала заявление о подделке. И накладные были оформлены, когда я еще жила с тобой.

— Ты не знаешь, насколько далеко простираются его связи.

Я медленно выдохнула.

— Эйдар, хватит. Если у тебя есть доказательства против Ратмира, передай их Крейсу. Но не пытайся снова заставить меня поверить тебе только потому, что когда-то мы были женаты.

Он долго смотрел на меня.

Потом неожиданно произнес:

— Ты стала другой.

Я опустила глаза.

— Возможно.

— Раньше ты всегда сначала выслушивала меня.

— Раньше я думала, что ты говоришь мне правду.

Эйдар подошел ближе.

— Мирена.

Я подняла голову.

На мгновение его лицо стало почти прежним.

Таким, каким я помнила его в первые годы брака.

— Я совершил ошибку, — сказал он.

Я замерла.

За все время после измены он ни разу не признавал этого прямо.

— Какую?

Эйдар провел ладонью по волосам.

— С нашим разводом. Я слишком поспешил.

Я смотрела на него.

Не понимая, к чему он ведет.

— Поспешил?

— Да.

Он немного помолчал.

— Мы прожили вместе восемь лет. Ты знаешь меня лучше многих. И я знаю тебя.

Я почувствовала неприятное напряжение.

— Эйдар...

— Я понимаю, что поступил с тобой плохо.

Он произнес эти слова с трудом.

Словно каждое требовало особого усилия.

— Но все можно исправить.

Я медленно выдохнула.

— Как?

Он подошел еще ближе.

— Вернись со мной в столицу.

Несколько секунд я просто смотрела на него.

Потом переспросила:

— Что?

— Вернись. Я восстановлю твое положение в гарнизонном лазарете. Помогу решить вопросы с медицинской палатой. Ты снова сможешь работать в хороших условиях.

Я почувствовала, как внутри поднимается злость.

— Ты предлагаешь вернуть мне работу, которой сам же меня лишил?

Эйдар нахмурился.

— Все было сложнее.

— Нет. Ты подписал приказ об отстранении. А теперь называешь восстановление моей должности подарком?

Он резко выдохнул.

— Мирена, я пытаюсь найти решение.

Я посмотрела на него.

— А Селина?

Он отвел взгляд.

— С ней все непросто.

— Насколько?

— Помолвку еще можно отменить.

Я медленно опустилась на стул.

Передо мной стоял человек, который совсем недавно публично объявил о намерении жениться на другой женщине.

И теперь говорил, что готов отказаться от нее.

Не потому, что внезапно вспомнил о любви.

А после того, как следствие обнаружило подозрительные документы.

— Почему? — спросила я.

Эйдар нахмурился.

— Что почему?

— Почему ты вдруг решил вернуть меня?

Он помолчал.

— Потому что понял, что мы совершили ошибку.

Я подняла голову.

— Мы?

Он раздраженно вздохнул.

— Не придирайся.

Вот и снова.

Та же фраза.

Тот же тон.

Я невольно улыбнулась.

Не от радости.

От того, насколько предсказуемым стал этот разговор.

— Эйдар, я не совершала ошибки, разводясь с тобой. Я согласилась на решение, которое ты принял. И теперь не собираюсь его отменять.

Он посмотрел на меня с удивлением.

— Даже ради нашей семьи?

Я медленно выдохнула.

— Какой семьи?

Эйдар замолчал.

Я продолжила:

— Ты сам сказал, что наш союз больше не отвечает интересам рода. Ты привел любовницу в наш дом. Отдал ей мое украшение. И объявил родственникам, что собираешься жениться на ней.

Эйдар отвел глаза.

— Я уже признал, что поступил неправильно.

— Но ты не сказал, почему хочешь вернуть меня именно сейчас.

Он некоторое время молчал.

Потом сел напротив.

— Мирена, тебе нужно забрать документы у Крейса.

Вот ради чего он приехал.

— Какие документы?

— Те, которые ты привезла из столицы. Медицинские журналы. Копии накладных. Все, что может быть неверно истолковано.

Я посмотрела на него.

— Они уже официально переданы следствию.

— Тогда ты можешь дать дополнительные объяснения.

— Какие?

Эйдар наклонился вперед.

— Сказать, что ошиблась с печатью. Что некоторые накладные могла подписать раньше и забыть. Что документы могли оформляться по твоему разрешению.

Я медленно поднялась.

— Ты хочешь, чтобы я солгала?

Он тоже встал.

— Я хочу, чтобы ты перестала разрушать собственную жизнь.

Я смотрела на него.

И вдруг мне стало удивительно спокойно.

Все сомнения исчезли.

Доказательств его участия в преступлении у меня по-прежнему не было. Зато стало ясно, почему он заговорил о наших восьми годах и о своей ошибке именно сейчас.

Он приехал, чтобы снова заставить меня отказаться от собственных решений.

— Эйдар, — сказала я, — я не собираюсь давать ложные показания.

Его лицо стало жестким.

— Ты не понимаешь, что делаешь.

— Очень хорошо понимаю.

— Холт использует тебя.

Я покачала головой.

— Нет. Это ты пытаешься меня использовать.

Он резко подошел ближе.

Я невольно отступила.

Не потому, что собиралась убегать.

Просто не хотела, чтобы он прикасался ко мне.

Эйдар остановился.

— Ты действительно думаешь, что этот драконоборец собирается на тебе жениться?

Вопрос застал врасплох.

Я нахмурилась.

— Моя личная жизнь тебя не касается.

Он усмехнулся.

— Конечно. Ты решила, что нашла великого защитника. Только Холт всю жизнь воюет. Для него люди существуют до тех пор, пока полезны.

Я посмотрела на бывшего мужа.

— Ты сейчас описываешь его или себя?

Эйдар побледнел от злости.

В янтарных глазах появился знакомый горячий блеск.

Я видела его много раз, когда муж сердился.

Драконы не всегда умели полностью скрывать собственную природу.

Но сейчас он оставался в человеческом облике.

— Ты пожалеешь, Мирена.

Я почувствовала холод.

— О чем?

— О том, что предпочла этого человека мне.

Я медленно выдохнула.

— Нет, Эйдар. Я предпочла тебе собственную жизнь.

Он молчал.

Я продолжила:

— И если когда-нибудь решу снова выйти замуж, это будет мое решение. Не твое.

Эйдар сжал кулаки.

— Холт не сможет защитить тебя от всего.

— Мне не нужен мужчина, который обещает защитить меня от всего. Мне нужен человек, который не станет угрожать мне ради собственной выгоды.

Он отвернулся.

Я направилась к двери.

Уже взялась за ручку, когда услышала: