На площади продавали рыбу, овощи, свертки грубой ткани. Возле колодца спорили две женщины. Маленький мальчик тащил за собой деревянную игрушку, похожую на дракона.

Игрушка была выкрашена красной краской, а одно крыло у нее отсутствовало.

Я невольно улыбнулась.

— Городской совет находится возле рыночной площади, — сообщил Оскар, вернувшись в экипаж. — Если хотите, покажу дорогу.

— Буду благодарна.

— Лазарет отсюда недалеко.

Он сказал это слишком быстро.

Я посмотрела на него.

— Насколько недалеко?

— Минут десять пешком.

— А само здание в каком состоянии?

Солдат почесал затылок.

— Ну... стоит.

— Уже обнадеживает.

— Крыша немного течет.

— Насколько немного?

— В дождь лучше не ставить кровати возле северной стены.

Я вздохнула.

Оскар отвел глаза.

— Зато у нас хороший колодец.

— Прекрасно. Пригодится, когда начнем тушить пожар.

Он рассмеялся.

Я улыбнулась вместе с ним, хотя внутри неприятно сжалось.

Еще на прошлой неделе я руководила одним из лучших гарнизонных лазаретов столицы. У меня были обученные помощники, собственная операционная и возможность требовать снабжение непосредственно у медицинской палаты.

Теперь предстояло работать в здании, о котором мне сообщали, что оно пока не развалилось.

Я сама выбрала эту дорогу.

И отступать не собиралась.

На рыночной площади экипаж остановился.

Кучер помог достать два чемодана. Остальные сундуки должны были прибыть отдельным грузовым обозом через несколько дней.

Я расплатилась за дорогу и повернулась к Оскару.

— Спасибо за помощь.

— Не за что, госпожа Ларен.

Он подхватил тяжелый чемодан.

— Я провожу вас до совета.

— Тебе ведь нужно возвращаться на службу.

— Все равно по пути.

Я посмотрела на его дорожную сумку.

— Не хочу, чтобы из-за меня ты опоздал.

— Ничего. Командир сегодня на дальнем разъезде.

При упоминании командира я снова вспомнила имя Ратмира Холта.

Всю последнюю часть дороги пыталась решить, стоит ли заранее рассказать ему о своем прошлом браке.

В рекомендательном письме Астрид значилась моя девичья фамилия. Однако документы об образовании и последние годы службы были оформлены на имя Мирены Вейр.

Скрыть прошлое все равно не получится.

Да и зачем?

Я не совершала преступления, выйдя замуж за Эйдара. Не отвечала за его поступки и тем более не участвовала в давней войне.

Но спокойнее от этих рассуждений не становилось.

Секретарь городского совета оказалась невысокой полной женщиной с короткими седыми волосами.

Она представилась госпожой Варной Сол, внимательно изучила мои документы и дважды перечитала письмо Астрид.

— Так вы действительно согласны?

Я удивилась.

— На работу?

— Да.

— Поэтому и приехала.

Женщина положила бумаги на стол.

— Вы уж простите. За последние полгода к нам обращались четверо лекарей. Двое отказались еще после переписки, третий приехал и уехал через два дня. Четвертый потребовал жалованье, которое мы не платим даже городскому судье.

— У вас настолько тяжелые условия?

Варна посмотрела на меня с сомнением.

— Вы разве не читали письмо?

— Читала. Но в нем сказано, что лазарет нуждается в ремонте.

— Верно.

— И что недостаточно персонала.

— Тоже верно.

— Что-нибудь еще?

Она ненадолго задумалась.

— В прошлом месяце мыши испортили часть запасов.

Я закрыла глаза.

— Много?

— Два мешка сушеных трав и несколько свертков полотна.

— Почему никто не убрал их в закрытый шкаф?

— Потому что шкаф сломался зимой.

Я посмотрела на нее.

Варна вздохнула.

— Госпожа Ларен, я понимаю, что все это звучит ужасно. Но город действительно нуждается в лекаре. У нас есть замечательная повитуха, несколько помощников и люди, которые готовы работать. Просто денег не хватает.

Я взяла со стола договор.

В нем значилось, что городской совет назначает меня старшим лекарем Холодного Брода с правом самостоятельного руководства лечебной частью.

Жалованье составляло сорок серебряных в месяц.

Немного.

Но вместе с должностью предоставлялись жилые комнаты и питание во время дежурств.

— Здесь указано, что закупки лекарств утверждает совет, — заметила я.

— Да.

— А военные поставки?

— Через пограничное управление.

— Кто подписывает заявки?

Варна поколебалась.

— Обычно командующий Холт или его заместитель.

Вот и первое затруднение.

Я положила договор на стол.

— У городского лазарета есть собственный бюджет?

— Очень скромный.

— Но я смогу самостоятельно распоряжаться уже имеющимися средствами?

— В пределах утвержденной сметы.

— Хорошо. Тогда мне нужен полный список имущества, долгов и текущих расходов.

Варна посмотрела на меня с явным облегчением.

— Вы правда собираетесь остаться?

— Пока не увижу лазарет, окончательно обещать не стану.

Она быстро поднялась.

— Я сейчас позову сопровождающего.

— Не нужно. Оскар покажет дорогу.

Солдат, до этого молча стоявший у двери, выпрямился.

— Конечно.

Варна вручила мне ключи от жилых комнат и два экземпляра договора, уже подписанных со стороны совета.

— Когда осмотрите лазарет и решите остаться, поставьте подпись и верните нам второй экземпляр, — сказала она.

— Госпожа Берн должна быть на месте. Она временно заведует лазаретом.

— Госпожа Берн — лекарь?

— Повитуха. И еще умеет многое другое.

В маленьких поселениях опытные повитухи нередко знали о лечении больше молодых выпускников академии.

— Тогда сначала поговорю с ней.

У дверей Варна окликнула меня:

— Госпожа Ларен!

Я обернулась.

— Да?

— Только не пугайтесь сразу.

Я посмотрела на нее.

— После вашего рассказа это уже довольно трудно.

Лазарет находился у восточной стены города.

Старое двухэтажное здание когда-то, видимо, строили как военный склад. Нижний этаж был каменным, верхний — деревянным, с узкими окнами и потемневшими от времени ставнями.

Крыша действительно нуждалась в ремонте.

На одном участке вместо черепицы лежали грубо подогнанные доски.

Возле входа стояла телега, нагруженная дровами. Женщина в сером переднике пыталась перетащить в дом тяжелую корзину.

— Тесса! — крикнул Оскар.

Женщина выпрямилась.

Ей было около сорока семи. Светлые волосы убраны под косынку, руки красные от работы, лицо усталое, но внимательное.

— Оскар? — удивилась она. — Ты уже вернулся?

— Привез вам начальницу.

Тесса посмотрела на меня.

Затем на мои чемоданы.

— Начальницу?

— Нового старшего лекаря.

Я шагнула вперед.

— Мирена Ларен. Очень рада познакомиться.

Она вытерла руки о передник.

— Тесса Берн.

Рукопожатие у нее оказалось крепким.

Тесса некоторое время изучала мое лицо.

— Столичная?

— Да.

— Надолго?

— Надеюсь.

Она хмыкнула.

— Посмотрим.

Я решила не обижаться.

За годы работы привыкла, что люди доверяют поступкам больше, чем красивым словам.

— Позволите осмотреть лазарет?

— Для этого вас сюда и прислали.

Тесса повернулась к Оскару.

— А ты не стой столбом. Поставь чемоданы возле лестницы.

Солдат послушно выполнил распоряжение.

Я улыбнулась.

Кажется, в этом городе у повитухи имелась власть, с которой считались даже военные.

Мы вошли внутрь.

В коридоре пахло влажным деревом, щелочным мылом и травяным отваром.

Первое впечатление оказалось не самым плохим.

Полы были вымыты, на окнах висели чистые занавески, а возле двери стояла закрытая бочка с водой.

Однако уже в первой палате я заметила недостатки.