Я хватаю его член в руки и начинаю поднимать и опускать руку, сначала медленно, а затем увеличиваю темп. Я поднимаю взгляд вверх и вижу, как Эрос кусает губу, тяжело дышит и смотрит на меня. Я смотрю на него и улыбаюсь игриво, прежде чем открыть рот, чтобы взять его им.

— Черт возьми, Расселл... — шепчет, схватив простыню рукой. Я чувствую, как его тепло исходит и сталкивается с моей кожей.

Я сосу, двигая головой вверх и вниз, время от времени останавливаясь, чтобы лизнуть его и сопровождая это движение правой рукой, которая прикрывает его снизу и которая также судорожно двигается, так как я не все помещаю в рот. Эрос издает сексуальное рычание, а затем хватает меня за волосы одной рукой, притягивая к себе ближе и начиная двигать бедрами, заставляя глубже погружаться. Огонь вторгается в меня изнутри, я знаю, что именно я доставляю ему удовольствие, но видя Эроса таким, я не могу ясно мыслить. Это заставляет меня возбудиться. Очень сильно.

— Подготовься, Риз... — шепчет, откидывая голову назад. — Ты не знаешь, что тебя ждёт потом... — говорит прерывисто.

Мне нравится видеть его таким, таким уязвимым благодаря мне. Мне нравится знать, что я могу в нем спровоцировать, и видеть, насколько ему это нравится. Я смотрю на него и медленно моргаю, провоцируя его еще больше. Эрос отпускает мои волосы, позволяя им падать на бок моего лица.

— Отойди в сторону... — умудряется ему шептать он. Но я этого не делаю. Я еще немного увеличиваю темп и чувствую, как Эрос начинает слегка дрожать, указывая на то, что он вот-вот кончит. Но он снова хватает меня за волосы и поднимает голову, вытаскивая свой пенис изо рта. —  Еще нет, — говорит, приподнимаясь.

Я чувствую свои опухшие губы, и у меня сердце колотится со скоростью тысячи ударов в минуту. Мне очень жарко. И это нормально. Передо мной стоит чертов греческий бог наполовину голый и смотрит на меня так, как будто я — лучшее, что с ним когда-либо происходило.

Эрос укладывает меня на кровать и быстро снимает с меня штаны. Затем он срывает с меня нижнее белье и поднимает рубашку, не снимая ее.

— Блять, Риз, блять... — шепчет он, осматривая меня сверху вниз с похотью, прежде чем снять футболку через голову. Я смотрю на его потрясающий пресс, который сводит меня с ума и от этого только усиливается жар внутри меня. Я взорвусь, если так будет продолжаться.

— Почему ты такая идеальная? — спрашивает она, нависая сверху и хватая меня за лицо. Облизываю губу и раздвигаю ноги, показывая, чего хочу. Я замечаю его член при входе и клянусь, что не могу быть более отчаянным.

— Сделай это сейчас, пожалуйста, Дуглас, — почти умоляю я его. Он смотрит на меня, кусая губу, а затем соединяет мой рот со своим, в то же время он внезапно входит в меня.

Я всхлипнула, закрыв глаза и откинув голову назад. Эрос не замедляется, он быстро входит и выходит, попадая ровно в точку, держа мои руки за головой, заставляя меня кричать.

— Посмотри на себя... — шепчет он прерывисто. — Давай, поддавайся плохому влиянию своего телохранителя...

Я открываю глаза, чтобы посмотреть на него, и улыбаюсь с горечью, медленно моргая.

— Замолчи... — сказала я, прерванная натиском Эроса. — И продолжай...

Он выходит из меня, а затем поворачивает меня резко и поднимает мои бедра в воздух, в результате чего мои колени упираются в матрас, и мое тело, касается простыни, спиной к нему. На этот раз он входит медленно, хватая меня за талию.

— Ты избалованная.

Я почти задыхаюсь, тяжело дышу и благодарна тому, что дома никого нет, потому что если бы кто-то был, он безусловно меня слышал бы.

— А ты... — через стон говорю, крепко держа простыни.  —  идиот...

Эрос рычит и набирает темп, заставляя меня полностью потерять контроль. Мои ноги начинают дрожать, и когда Эрос сжимает мою задницу и входит глубже, я чувствую ощущение тепла и удовольствия, которое полностью вторгается в меня и проходит через каждый сантиметр моего существа, заставляя меня чувствовать, как чистый огонь течет по моим венам. Я выкрикиваю его имя и тут же чувствую, как он входит в меня, ругаясь, заставляя нас обоих достичь экстаза почти одновременно. Мои ноги до сих пор трясутся, и я едва могу двигаться.

Я делаю глубокий вдох, когда Эрос выходит из меня, и чувствую, как мое сердце колотится. Ебать. Мы давно этого не делали и желание накопилось. Я бы сказала, что мы уже убили его, но этого недостаточно, этого никогда не бывает достаточно, когда дело доходит до нас.

Эрос вот-вот собирался поцеловать меня, когда мы услышали, как дверь захлопнулась с громким звуком. А затем шаги. Много шагов. И мужские голоса, которые с каждым разом становятся всё яснее. Что за чёрт?

Я резко встаю с кровати, напуганная, и Эрос смотрит на меня, не зная, что делать. Мы оба не понимаем, что происходит.

— Одевайся. — говорю я, бросая ему его футболку Adidas и начиная надевать нижнее белье.

Шаги становятся всё ближе, и мы с Эросом не можем спешить больше. Я не знаю, что за чертовщина происходит и почему в моем доме так много людей, но мне это совсем не нравится.

Я только надела тапочки, когда дверь открывается с шумом, и в комнату врывается целая группа полицейских. Побледнев, я оборачиваюсь к Эросу, который, к счастью, уже полностью одет.

— Эрос Дуглас, вы арестованы по подозрению в покушении на убийство, вымогательстве, угрозах и других преступлениях, о которых мы поговорим в участке.

Эрос хмурится от недоумения, а я не знаю, что делать, я в полном шоке. Мой отец входит в комнату с серьёзным выражением лица и даже не решается смотреть мне в глаза.

— Я ничего не сделал. — жалуется Эрос, отступая назад.

Полиция схватывает его за запястья, надевает наручники и толкает его.

— У вас есть право молчать, всё, что вы скажете, может быть использовано против вас. – говорят они, выводя его из комнаты.

— Эрос! — кричу я, пытаясь подойти к нему. Но мой отец останавливает меня, вставая передо мной и качая головой.

Что, черт возьми, происходит…

Глава 42

ЭРОС

Один момент ты получаешь минет, а в следующий уже арестован полицией. Такая вот жизнь.

Я улыбаюсь чуть в бок. У меня болит губа адски, я знаю, что из неё течёт кровь, потому что вижу, как маленькие капельки красного стекают по подбородку и падают на мои штаны, окрашивая их в тёмно-красный цвет. Меня ударили, когда я пытался вырваться, и, наверное, мне её разбили. Мне должно быть хреново. И мне хреново. Внутри я зол. В ярости. Хочется составить ещё один чёртов список мести и записать в тетрадь имена каждого из них, чтобы они ответили за то, какие они мудаки. Но я глубоко вздыхаю и улыбаюсь, потому что знаю, что это их раздражает больше.

— Твой адвокат уже в пути. — говорит полицейский, который, похоже, собирается меня допросить.

— Отсоси.

Я откидываюсь назад, опираясь на спинку стула. Мои запястья болят, и если кровь продолжит течь из моих губ, я в конце концов истеку кровью.

Дело в том, что Брюс Расселл — адвокат. Это его основная работа, наряду с должностью ректора воспитательной колонии и директора школы. Почему, черт побери, Брюс меня не защищает? Он меня знает, он знает, что я никогда не сделал бы ничего плохого его дочери. Он знает, что я не тот самозванец. Он видел, как я спасал Риз от прожекторов. Он знает, что я спас жизнь, когда произошёл взрыв машины. Он знает, как я набил лицо Джастину МакГрею, когда он и Ариадна Тейлор выложили тот видос про неё на балу весны. Я просто не понимаю. Я не должен быть здесь.

— Меня уже один раз обвиняли в том, чего я не делал. Вы собираетесь сделать это снова?

Агент смотрит на меня, но не отвечает. Он не выглядит очень старым, ему около тридцати, но уже полуплешивый. На шее у него висит удостоверение, поверх синей рубашки. У него есть пистолет, он не показывает его, но он виден в ремне его брюк. Он мне не доверяет.

Дверь в комнату для допросов открывается, и появляется мужчина в костюме с чемоданом. Он представляет себя моим адвокатом и садится по ту сторону стола, чтобы поговорить со мной о моём деле. Он говорит, что пока не будут пересматривать дело об убийстве моей семьи, но если меня всё-таки обвинят в том, что я тот аноним, то могут закрыть меня в тюрьму на несколько лет. Хотя, конечно, по его словам, у меня есть много фактов, которые меня оправдывают, и они подтверждены несколькими свидетелями, в том числе Брюсом и Риз Расселл, которые меня поддерживают.