— Дай мне это, — говорю, беря один и выпивая его. Чувствую, как горячая жидкость проходит по горлу, и мои глаза воспаляются. Я начинаю кружиться. Поворачиваюсь, и на барной стойке стоит другой бокал. Я пью его. И ещё один. И ещё. И ещё. Я теряю счёт, сколько их было. Я не понимаю, что я делаю. Время летит быстро, а потом медленно, очень медленно... я танцую.

Нет, теперь я... что? Я целую кого-то? Нет, нет, нет. Да. Кто это?

Не могу ничего разглядеть. Мир — это вихрь ярких и дрожащих цветов, всё вокруг двигается. Слышу смешанные голоса, музыку, постоянный ритм и шепот.

Вдруг я оказываюсь бегущей, мне не хватает воздуха, и я пытаюсь выбраться с полной силой. Холодный пот стекает по лбу. Нога болит, но только когда я в панике бегу вниз по лестнице, я чувствую себя в безопасности. Теперь я понимаю, что такое эта вечеринка.

Кто-то говорит со мной, Эрос дышит рядом, его дыхание крепкое и постоянное, и он пахнет хорошо.

— Как ты вкусно пахнешь, — говорю я. Но не понимаю, кому, и не знаю, где нахожусь.

 У меня тошнота, и я нахожусь в состоянии головокружения. Всё вокруг меня двигается слишком быстро. Кто-то нежно обнимает меня за талию, и тёплая волна проходит по моему телу сверху вниз. Вдруг я иду к машине. Я пугаюсь. А что, если меня похитят? Я пытаюсь бежать, но падаю, и ситуация кажется мне такой смешной, что я смеюсь. Я продолжаю говорить с ним. Я просто надеюсь, что не скажу и не сделаю ничего глупого и не буду сожалеть об этом, когда проснусь. Но я думаю, что уже слишком поздно.

Глава 8

ЭРОС

Она была потрясающей.

Чёрт. Да, она действительно была.

Я сжимаю руль так сильно, что костяшки белеют, пытаясь удержаться от того, чтобы не повернуться и снова не посмотреть на неё. Кто, чёрт возьми, мог бы подумать, что такие простые кожаные брюки будут так хорошо сидеть на ком-то?

Правда, я не знаю, что на ней сверху, но одно могу сказать точно: у неё явно глубокий декольте. И, чёрт возьми, какие каблуки! Кто бы сказал, что пару дней назад она подвернула лодыжку? Не знаю, что бы сказал Брюс, если бы увидел её в таком виде.

— Почему ты улыбаешься? — спрашивает она, вытянув ноги и поставив их на бардачок. Она накрасилась.

— Мне нравится смотреть, как ты сопротивляешься мне, Расселл.

— Не знаю, зачем я спрашиваю, — бормочет она, поворачиваясь к окну. И хотя она думает, что я не заметил, я знаю, что на её щеках играет румянец.

Мы приехали к дому, и я припарковался на противоположной стороне улицы, среди длинной очереди машин. Музыка слышна даже отсюда, и, хотя жарко, есть немного росы, и воздух прохладный. Мы оба выходим из машины и идём к входу. Я чувствую себя обычным человеком, окружённым пьяными людьми, красными стаканами на земле и в доме, полном людей, с музыкой на всю катушку. Если бы мне не приходилось следить за задницей Риз всё это время, я мог бы сказать, что сейчас наслаждаюсь свободой.

А говоря о задницах... Чёрт, я всё ещё не понимаю, откуда она взяла эти брюки.

Её каблуки звучат по каменному полу, а волосы качаются из стороны в сторону с каждым шагом. Чёрт, я не могу оторвать от неё взгляд, сколько бы ни пытался.

Дверь была открыта, и как только мы вошли, нас встретили подруги Риз с чрезмерно дружелюбными улыбками. Честно говоря, я бы сказал, что даже слишком дружелюбными. Очевидно, что они слегка подшофе.

— Спасибо, что пришли на мою вечеринку, ребята, — говорит хозяйка, хватая меня за руку и тянув меня внутрь. Наверное, это Ариадна. Я пытаюсь немного отстраниться от неё, но она всё равно прижалась ко мне. У неё рыжие волосы, длинные и шелковистые, и, не побоюсь этого сказать, у неё шикарная фигура. Но что-то в ней не так.

— Ты пришёл, — говорит Лили. У неё покраснели щёки, а в глазах блеск.

Я собираюсь ответить, когда нас прерывает голос, и все девушки, в том числе и Риз, поворачиваются.

— Эрос?

Это девушка с тёмными волосами и кошачьими глазами. Её улыбка искривляется влево, придавая ей особый шарм.

— Пейтон, — бормочу я. Она смеётся и обвивает меня руками, обнимая. Я тоже смеюсь, обвивая её талию и поднимаю с земли. Не могу поверить, что она здесь.

— Ты сбежал? — спрашивает она, не переставая улыбаться, когда я ставлю её на пол.

Я громко смеюсь, вспоминая старые времена, и на мгновение забываю, что Риз и её подружки всё ещё рядом.

— Мы уходим, — произносит злым голосом сзади Риз.

Я хватаю её за руку и останавливаю.

— Позвони, если что-то понадобится, — говорю, глядя ей в глаза. Она резко вырывает руку и крутанёт волосы в воздухе, прежде чем развернуться и пойти в другую сторону, следуя за своими подружками, пока все вокруг оглядываются на неё с интересом. Удивительно, насколько она может быть внушительной.

Музыка слишком громкая, поэтому Пейтон быстро хватает меня за руку и тянет в кухню, где обстановка более спокойная для разговора. Я чувствую, как некоторые взгляды девушек проникают в меня, заставляя почувствовать себя неудобно.

— Не могу поверить, что Эрос, этот легенда, стоит прямо передо мной, и его ещё не арестовали...

— Меня выпустили, малявка, — она делает обиженное лицо, услышав прозвище.

— Думала, ты забыл об этом! — затем смеётся, и под её глазами появляются небольшие мешки.

— Никогда не забуду, — бормочу я, скрестив руки, немного меланхолично.

Вспоминать о Лукасе заставляет меня снова захотеть сесть на мотоцикл и вырваться на полной скорости по дороге, чувствуя, как адреналин пронизывает всё тело, когда ты вдавливаешь педаль газа в пол, и ветер бьёт в лицо. Это заставляет меня снова захотеть начать свой план мести. Лукас бы этого не хотел, и я знаю, что Пейтон тоже, поэтому решаю не говорить ничего.

У Пейтон на глазах блеск, я знаю, что она тоже вспомнила о своём брате. Я познакомился с ним, когда решил начать участвовать в подпольных мотогонках, и каждый раз, когда мы с Диего сбегали из учреждения, мы приходили туда. Лукас был как старший брат, он научил меня всему, что я знаю. А Пейтон была его младшей сестрой, того же возраста, что и я, но мы всегда звали её «малявкой», потому что она была младше всех, и она злилась, считая это несправедливым. Но для меня она всегда оставалась младшей сестрой.

Я глубоко вздыхаю, пытаясь сдержать ностальгию, и аккуратно глажу её по щеке.

— Как ты, малявка?

Она пожимает плечами с той же грустной улыбкой.

— Хорошо. Очень по вам скучаю, особенно по тебе.

— Я тоже, — говорю, притягивая её к себе. На этот раз я обнимаю её крепче, и она глубоко вдыхает в мою грудь. — И что ты здесь делаешь? Думал, ты слишком взрослая для детских вечеринок. — говорю, улыбаясь, чтобы сменить тему.

— Пришла с друзьями, — отвечает она, слегка ударяя меня по плечу. Потом её глаза загораются. — Пойдём! Я тебе их представлю!

Снова она тянет меня по коридору в сторону танцпола и останавливается только для того, чтобы схватить два шота с подноса, один выпивает сама, а второй протягивает мне. Её друзья болтают, опираясь на перила лестницы с бутылками пива в руках. Она представляет их мне, и все здороваются. В общем, ребята вполне приятные, хоть и немного инфантильные. Мы проводим время, болтая и смеясь, достаточно долго, чтобы хотя бы ненадолго забыть о Риз.

Пока один из парней не подбегает.

— Вы должны увидеть девушку, которая танцует на столе в столовой!

Все смеются, и мы следуем за ним, прокладывая путь сквозь толпу, чтобы добраться в большую комнату, где, похоже, даже шпилька не влезет. Вся жара сосредоточена в этом помещении, и толпа буквально поглощает нас, когда мы входим. Из колонок на полную громкость льется Candy Shop от 50 Cent, и люди начинают танцевать в плотном контакте.

— Чёрт, она реально горячая... — бурчит кто-то, облизываясь.

Я поднимаю взгляд.

Девушка с длинными волосами и кожаными штанами двигает бедрами чувственно под музыку, и на мгновение я теряю дар речи.

Это Риз.

Риз танцует провокационно на столе, привлекая внимание всех вокруг. Её декольте ещё ниже, чем было раньше, и я бы с удовольствием наблюдал за ней, но не таким образом и не на таких низких уровнях.