Я должна была держать лицо, я знала это, но понимала, что больше не смогу разыгрывать этот спектакль перед Себастьяном.

Я знала, что он может настучать Мартину, но, с другой стороны, если Мартин узнает хоть о чем-то из моих дел, я смогу во всех красках выложить ему, чем Себастьян занимается с Хизер.

Мы оба были далеко не святыми.

Я убрала в шкаф чемодан с ноутбуком, где хранились все мои черновики. Скоро нужно будет сесть за работу, но пока оставалось только надеяться, что его никто не найдет.

— Ты уверена, что не хочешь комнату побольше?

Я вздрогнула и тут же загородила собой дверцу шкафа:

— Ты что здесь делаешь?

— Проверяю, не отказываешься ли ты от нормальной комнаты просто из вредности.

Я смерила его тяжелым взглядом:

— Эта меня вполне устраивает.

— Точно?

— Да, — отрезала я. — Мне нравится уголок у окна, смогу сложить там книги.

— Книги?

— Книги по SMM, — быстро поправилась я. — Мне нужно следить за трендами.

Отговорка была придумана на ходу. Неужели кто-то вообще печатает книги про тренды? А если и да, разве они не устаревают еще до выхода из типографии?

К счастью, Себастьян не стал меня подлавливать. Он просто отвел взгляд:

— А, ну да. Конечно. Поставь там то, что тебе нравится.

Я стиснула зубы, чтобы не выдать, как сильно я на самом деле ненавижу эти социальные сети.

— Я сама разберусь, — буркнула я.

— Отлично. Можем заняться этим прямо сейчас.

— Чем? У тебя разве нет работы?

— Офис еще не открылся.

— Ладно, тогда я найду тебе стол, чтобы ты мог посидеть за ноутбуком.

— В доме пока нет интернета.

— И чего ты тогда от меня хочешь? — вспылила я.

Он вздохнул:

— Поехали выбирать мебель.

— Вместе?

— А почему отдельно? Машина-то у нас одна.

— Ну, наверное, потому что ты никогда не горел желанием проводить со мной время, если дело не касалось редкого секса.

Себастьян уставился на меня, и до меня только сейчас дошло, что я ляпнула это вслух, а не прокрутила в голове. Это явно не входило в мои планы.

Я откашлялась:

— Я имела в виду… у тебя же всегда в приоритете работа.

Он пожал плечами, не поднимая глаз от пола:

— Сейчас я все равно ничего сделать не могу. Выходные.

Я была уверена, что при желании он легко нашел бы себе занятие, но и сама не горела желанием таскаться по чужому городу в одиночку. Одинокая и в какой-то мере узнаваемая девушка в незнакомом месте – это верный способ либо нарваться на охотников за автографами, либо быть ограбленной.

— Ладно, — сдалась я. — Поехали в ИКЕА и наберем кучу мебели.

— В Нэшвилле нет ИКЕА.

— Что? — почти прошипела я, чувствуя, как тело натягивается как струна. — Откуда ты знаешь?

— Я разузнал все про Нэшвилл перед переездом. Судя по всему, тут из-за этого была целая драма. Они хотели открыть магазин, но в последний момент передумали.

— Да как так-то? — мой голос взлетел на пару тонов выше обычного. — Как его может не быть? Он же есть во всех крупных городах!

Себастьян тяжело, устало вздохнул:

— Очевидно, не во всех, учитывая, что Нэшвилл – крупный город.

На его лице промелькнуло раздражение от моего тона, и, честно говоря, я его не винила. Отсутствие ИКЕА было наименьшей из наших проблем, но, черт возьми, я испытывала искреннюю радость, бродя по их намеренно запутанному лабиринту.

— Ты хочешь мебель из ИКЕА? — спросил он. — Как-то не в твоем вкусе.

— Мы здесь всего на год. Не велика беда.

К тому же, я начала присматриваться к ценам на мебель, как только поняла, что у меня есть шанс вырваться. Ценники в обычных магазинах вгоняли меня в такой шок, что я сомневалась, потяну ли вообще эту самостоятельную жизнь. В ИКЕА хотя бы не было таких высоких цен. На их ценники я могла смотреть спокойно.

— Напомни-ка еще раз, почему мы не забрали мебель из дома в ЛА? — спросила я.

— Половина просто не пролезла бы в дверной проем, — ответил он, и это была правда. Этот дом кардинально отличался от нашего прежнего.

— Ладно, — сказала я. — Может, поедем в какой-нибудь другой мебельный?

— Можно, конечно. Но ждать придется несколько недель. Почти все доставляют со склада.

— То есть у меня несколько недель не будет кровати? — переспросила я. — Нет, должен быть вариант получше.

— Можем купить все сегодня, если поедем в винтажный магазин. Готов поспорить, там все будет в местном нэшвиллском шике. Будем аутентичнее, — уголок его рта дернулся. Если бы я не знала его так хорошо, то решила бы, что он дразнит меня.

Мне хотелось придушить его за это «аутентичнее». Я ляпнула эту чушь только для того, чтобы выбить этот дом. И я терпеть не могла, когда мои же слова возвращали мне обратно.

Мне не нравился нэшвиллский шик. Этот рустикальный стиль совершенно не вязался с тем, чем я хотела себя окружать, но я застряла в этом чертовом городе и не намерена была ждать элементарную мебель неделями.

— Ладно, — сказала я. — Поехали туда.

Себастьян на мгновение замер от удивления, но потом спросил:

— Ты уверена? Не думаю, что ты там что-то найдешь.

— Я тоже не думаю, что ты что-то найдешь, но, может, мы оба удивим друг друга.

В итоге мы очутились в магазинчике реставрированной мебели аккурат по соседству с антикварной лавкой. В подобные места мы с Джесси постоянно заглядывали в ЛА, когда она переезжала и искала что-то для новой квартиры.

Но от мысли о Джесси я на миг зажмурила глаза. Господи, как же больно от того, что она поставила на мне крест. Я даже не могла ее винить, потому что сама от себя уже устала.

— Хочешь поехать в другой магазин? — спросил Себастьян, и в его голосе проскользнула нотка превосходства.

Но я застыла не из-за магазина. Я застыла, потому что безумно скучала по своей лучшей подруге.

— Все в порядке, — отрезала я.

Он посмотрел на меня, уголки его губ были опущены, и я не могла не заметить, насколько чужим он выглядел в этой обстановке. Да уж, пожалуй, как и я сама.

Хотя остальные покупатели были одеты кто во что горазд. Пара человек были одеты так же нарядно, как и я, кто-то пришел в чем-то максимально удобном, а несколько пожилых людей беседовали с продавцом об антиквариате.

— Ни одной ковбойской шляпы, — пробормотала я себе под нос.

— Думаю, это скорее фишка для туристов.

— Какое облегчение, — пробормотала я и пошла вдоль рядов, критическим взглядом осматривая мебель.

В одном Себастьян был прав: здесь царил чисто нэшвиллский стиль. Современных деталей почти не проглядывалось. В основном все было либо натуральных древесных тонов, либо покрашено под дерево.

— И давай сразу проясним, — сказала я, пока мы пробирались между экспонатами. — Винтажный матрас мне не нужен. Да и насчет дивана у меня большие сомнения.

— Если будем брать диван, его придется заказывать, если только ты не хочешь взять какой-нибудь дешевый из тех, что есть в наличии.

— Нет уж, — в этом вопросе я была непреклонна. Только боли в пояснице мне не хватало в придачу ко всем остальным проблемам.

— Найти нужный тебе матрас в наличии почти нереально.

Я пожала плечами:

— В «Target» есть надувные. Перебьюсь какое-то время, если это гарантирует, что потом мы купим нормальный матрас.

Он снова одарил меня этим полуозадаченным взглядом. Я отвела глаза, понимая, что снова сбиваюсь с роли «поверхностной Лили» на «Лили-писательницу». Да он от меня за один сегодняшний день услышал, наверное, два десятка новых слов.

Я снова переключила внимание на мебель. Попереживать из-за своих оговорок я успею и позже.

Хотя эти вещи и прошли через реставрацию, во многих сохранился их первозданный шарм. Все они были добротными, основательными и явно любимыми своими прежними хозяевами. Глядя на них, я поймала себя на мысли, что мне тоже хочется иметь что-то, наполненное историей и теплом.

Раньше я за собой такого не замечала.

— Мне нравится этот гарнитур, — пробормотала я, когда мы забрели в дальний угол зала. Кровать с четырьмя столбиками по углам была сделана из темного резного дерева и выглядела слишком старинной для современного матраса. Придется докупать жесткое основание, чтобы конструкция стояла прочно.