Она взяла сумку и пошла наверх рядом с Котори.

— Ты завтра в школу идёшь? — спросила Нанами, оглянувшись на него на повороте лестницы.

— Да.

— Тогда вместе пойдём. Подожди меня утром.

— Я подожду.

— Свет в коридоре я выключу, — сказала Нанами, поставив сумку у комнаты Котори и перегнувшись через перила.

— Выключи, — ответила мать.

Нанами дождалась, пока Котори пройдёт с коробкой, и спустилась к выключателю.

По утрам телевизор включали ещё до завтрака. Мать нажимала кнопку, пока грелся суп, и дальше он работал сам по себе: погода, пробки, короткие новости между рекламой.

Аки потянулась убавить звук и взяла не тот пульт. Посмотрела на кнопки и положила его обратно.

— Я просто перепутала, — сказала она, хотя мать ещё ничего не спросила.

— Пульт от телевизора возле салфеток. Убавь немного и садись.

Отец уже позавтракал и стоял у двери, поправляя галстук. Нанами складывала листы в прозрачный файл. Один угол загнулся; она расправила его ногтем и подвинула сумку ближе к стулу.

— Платок взял? — спросила мать у Котори.

Он достал платок из кармана и показал.

— А ключ взял?

— Тоже взял.

— Куртка высохла?

— Да, и рубашка тоже высохла. Я проверил.

Мать потрогала его плечо и вернулась к плите.

— У нас сегодня дежурство, — рассказывала Аки. — Только я подметать не буду. Я в прошлый раз подметала.

— А кто будет? — спросил Котори.

— Кавагути-кун. Хотя он всё равно плохо подметает. Начинает прямо от двери.

— Тогда потом через грязь ходить придётся.

— Вот! Я ему говорила. А он не слушает.

— Сначала доешь, потом будешь рассказывать про Кавагути-куна, — сказала мать и села за стол.

Перед Котори лежали тетрадь в крупную клетку и листок с образцом. Рядом стояла чашка. Коробку он поставил у ножки стула; нож оставался в ней, в ножнах, завёрнутый в ткань. Котори дописал знак и сверился с образцом. Нижняя петля опять получилась слишком большой.

— Тут нужно раньше поворачивать карандаш. Видишь? — Нанами наклонилась посмотреть и показала на листке, потом на его строчке.

— А я думал, линию надо вести до края клетки.

— Нет, только досюда. Дай карандаш, я на следующей строке покажу.

Котори передал ей карандаш. Нанами медленно вывела знак на следующей строке и вернула ему карандаш.

Под столом зашуршало. Край крышки приподнялся, и за стенку коробки зацепились серые пальцы. Котори опустил руку ладонью вверх.

— Подожди немножко, Вещь. Я строчку закончу.

Вещь перебралась к нему на ладонь. Котори подержал её возле колена, пока она ощупывала манжету, потом поднёс к коробке.

— После школы покажу тебе двор. Там тоже песок есть.

Вещь не сразу отпустила рукав. Котори подождал, и она спустилась на ткань.

— Это кто у тебя? — Аки свесилась со стула.

— Вещь. Хочешь потом познакомиться?

— А сейчас?

— Сейчас завтрак, — сказала мать. — Котори, только на стол её не пускай. Аки, сядь как следует.

Котори оставил крышку наискось и придвинул коробку к себе. Аки села, но ещё раз посмотрела под стол.

По телевизору обещали к полудню тридцать два градуса. Котори попробовал написать знак так, как показала Нанами. Петля вышла меньше. Затем ведущая назвала префектуру Нагано. Мать подняла глаза на экран. Говорили об аварии на предприятии и выбросе газа. Число погибших превысило сотню.

— Больше ста? — переспросила мать. — Это за одну ночь?

— Аки, прибавь звук, пожалуйста. — Мидзуно отпустил галстук.

Аки прибавила звук и осталась с пультом в руке. Котори стёр неудачный знак. На бумаге осталась серая полоса: в ластике ещё попадался песок. Он потёр его о чистый край листка с образцом.

— Мы находимся на подъезде к деревне Оридзава, — сказал мужской голос.

Котори поднял голову. На экране была знакомая дорога вдоль склона. У обочины стояли зелёные грузовики и автобус, возле палатки ходили люди в масках. Дальше дорогу перегораживала лента. Потом показали съёмку с воздуха. В углу экрана появилась надпись: «Накануне». Долина была заполнена белым до ровной границы.

— По предварительным данным, на предприятии по хранению сельхозпродукции произошла разгерметизация технологической ёмкости с выбросом газа. Состав выброса и обстоятельства аварии устанавливаются. До позднего вечера доступ в деревню оставался закрыт из-за опасности для спасателей.

— Это далеко? — спросила Аки.

— В горах. Около часа езды от нас, — ответил отец.

Аки посмотрела на экран внимательнее.

— После контрольных замеров спасательные группы смогли войти в населённый пункт. Людей выводили из подвалов и хозяйственных построек, где они укрывались. К утру спасены сто двадцать семь человек. Среди них есть пострадавшие, им оказывают медицинскую помощь. Обследование деревни продолжается, списки погибших уточняются.

— Значит, их забрали, — сказал Котори, положив карандаш поперёк тетради.

— Кого? — Мать повернулась к нему.

— Людей, которые прятались в деревне. Я там вчера был.

— Там? — Мать опустила палочки на подставку и посмотрела на мужа.

— Его привезли к оцеплению, — сказал Мидзуно. — Решение принимали в управлении.

— А дальше я сам пошёл, — добавил Котори.

— Туда, где газ? — Нанами перестала застёгивать сумку.

— Там туман был. — Котори показал на экран. — Вот за этими машинами. Мёртвые волновались. Пытались добраться до живых, ломали двери.

Аки положила пульт. Мидзуно подошёл к столу.

— Котори-кун, тебе велели ждать у оцепления.

— Да. Только люди уже не могли удержать двери. — Котори посмотрел на Мидзуно, потом на мать. — Если бы я ждал, мёртвые успели бы добраться до людей раньше меня.

Мать открыла рот, но ничего не сказала. За её спиной на плите щёлкнул остывающий металл. Ведущая повторила число спасённых. Котори повернулся к телевизору. На экране показали человека в тёмном костюме. Он вышел к микрофонам, поклонился и долго не разгибался.

— А почему он не разгибается? — спросила Аки.

Мать протянула руку и накрыла её ладонь своей. На экран она больше не смотрела.

Машина подъехала без четверти восемь. После завтрака Мидзуно позвонили из отделения: приехали представители управления, просили привезти Котори. За Мидзуно и Котори отправили Тагути.

Аки ушла раньше: дежурному полагалось прийти в класс до остальных. Уже у двери она ещё раз сказала, что сегодня подметает Кавагути-кун. Потом обернулась к Котори:

— Когда пойдёшь с Вещью во двор, меня позови. Только дождись, пока я из школы вернусь.

— Дождусь, — сказал Котори. — Вместе её вынесем.

Коробку он отнёс наверх и поставил у кровати. Вещь зацепилась пальцами за край.

— Мне опять надо идти, — сказал Котори. — Не знаю, надолго ли. Ты пока здесь побудь, хорошо? А во двор потом вместе с Аки пойдём.

Он подставил палец. Вещь обхватила его, подержала и отпустила. Крышку Котори оставил приоткрытой.

Когда он спустился, Нанами уже ждала в прихожей с сумкой на плече. Мать поправила Котори воротник, хотя тот и так лежал ровно.

— Как закончите там, сразу позвони, — сказала она Мидзуно.

— Позвоню. Если задержимся — тоже.

Она отпустила воротник Котори и посмотрела на мужа.

— Вот именно. Чтобы я опять не гадала.

Тагути поздоровался и открыл заднюю дверь. Нанами села справа, Котори — рядом с ней. Мидзуно устроился впереди.

— Котори-кун, ты пристегнулся? — спросил он, обернувшись.

— Да.

Мидзуно посмотрел на застёжку ремня и повернулся к водителю. Мать осталась в дверях. Когда машина тронулась, она подняла руку. Котори помахал ей через стекло.

Тагути включил радио, послушал первую фразу и выключил.