Короткое движение.

Я накрыл его ладонь своей, шагнул внутрь захвата и резко довернул руку. Вышибала даже не понял, что произошло. Его огромное тело наклонилось вперёд, а моё колено вошло ему в солнечное сплетение. Воздух из мужика вышел со свистом.

Я отпустил руку, сделал полшага в сторону и нанёс короткий удар основанием ладони в челюсть. Глаза вышибалы закатились и он рухнул на мостовую, будто кто-то свалил мешок с мукой весом в два центнера.

Тишина длилась секунду.

Потом наёмники заржали.

— Вот теперь узнаю Бешеную! — заорал Дорофей.

— Так это не она!

— Какая разница⁈ С ней пришёл!

— Савелия с одного удара уложили!

— С двух!

— Первый не считается! Первый в брюхо был!

— А поспорим…

Я наклонился к вышибале и проверил пульс.

Живой. Дышит. Через несколько минут очнётся, а завтра будет долго размышлять о превратностях службы у дверей трактира. Ну… Поделом.

Не успел я открыть дверь, как тяжелые створки распахнулись, явив перед нами хозяина заведения. Он по моему пополнел, но в целом выглядел так-же. Взгляд у него, по крайней мере, остался прежним — внимательным, цепким и оценивающим. Он посмотрел на лежащего вышибалу. Потом на нас. На Ане его взгляд задержался, и лицо трактирщика помрачнело.

— Бешенная⁈ Ну зачем! — с надрывом в голосе.

— Затем, — ответил за нее я и отодвинув его в сторону пошел внутрь.

— А ты кто такой⁈ — Завопил трактирщик и бросился следом. С улицы донесло ржание наемников. — Сто-о-ой!

В общем воссоединение состоялось. Ани и Лены с отцами, а меня с подзатыльником от Резникова. За что — непонятно, но ему можно — он все-таки мой наставник.

Маркус увидел нас первым. Его лицо на мгновение стало совершенно неподвижным. Потом стул отлетел назад, начальник моей гвардии вскочил и уже через несколько секунду сгрёб Аню в объятия.

— Живая! — только и смог сказать он.

Аня уткнулась ему лицом в грудь.

— Живая, — глухо ответила она.

— Где ты была⁈ Что случилось⁈ Мы думали… Я думал…

— Всё хорошо, Маркус.

Он отстранился, осмотрел её с головы до ног, словно убеждаясь, что руки и ноги на месте. Снова обнял.

— Девочка моя…

Я отвёл глаза.

Как бы Маркус ни пытался изображать сурового воина, Аня для него давно была дочерью. Он вырастил её, обучил бою, поставил во главе отряда и, наверное, единственный видел в Бешеной не грозную наёмницу, а маленькую девочку, потерявшую родителей.

Рядом со мной тихо всхлипнула Лена увидев своего отца.

С купцом мы не виделись с момента прибытия в Тир и его я был рад видеть.

Пока девушки обнимались с близкими я подошел к Резникову. Тот отвесил мне легкий подзатыльник, а затем по-отечески обнял.

— Живой, — сказал он тихо. — Я себе места не находил. Эта летающая тварь заморозила меня и утащила вас.

— Все нормально, Олег Федорович! — сказал я. — Вряд ли вы могли ей что-то сделать, но об этом — отдельно.

Я показал глазами на окружение.

— Где хоть были?

— И об этом не здесь.

Резников кивнул соглашаясь.

— Есть будешь?

— Да мы ничего с самого утра не ели. Поэтому если покормите!

Архимаг только посмотрел на трактирщика.

— Сейчас принесу! — склонился в поклоне тот.

— Быстро. Одна нога здесь, другая там!

Он указал рукой на стул за столом, за которым сам сидел минуту назад.

— Мы без вас не ужинали. Ждали вас.

— Спасибо! — Я сел. — Я думал Олег Федорович, вы будете один.

— Куда я начальника твоей гвардии дену? — усмехнулся Резников. — Он мне всю плешь проел, так же как ты знаешь кто. Хорошо хоть не сам приехал, а то был бы сюрприз для мэра.

Я хмыкнул. Мда уж. Это был бы сюрприз для всего города а не только для мэра. Да и прибытия сюда архмага с двумя десятками наказующих, я думаю без известности не осталось.

— А купец здесь уже был. Он как увидел Маркуса сразу напустился с вопросами зачем, да как, да почему. Тот и рассказал ему.

Ясно. Надо будет переговорить с начальником моей гвардии. Попинать ему за разглашение секретных сведений. Александр-то оказывается вообще не в курсе был, что Лена пропала, и приехал сюда по торговым делам.

— А Скоробогатов?

— Он-то? Здесь он. Куда ж ему деться. Стоит в оцеплении. Получил выговор от Белоусова.

Оцепление вокруг таверны я заметил.

— Чудная одежка на вас, — ухмыльнулся Резников. — оттуда?

Я молча кивнул. Ну странно было б, если бы архимаг не заметил «Оберегов». Конечно заметил и про это тоже придется рассказывать. Вопрос только насколько полно.

— Ладно, об этом позже. С вами еще кто-то есть?

Я покачал головой.

— Погоня?

Я снова качнул головой.

— Что-то еще, что я должен знать?

— Нет. Разве что… По дороге наткнулись на кучку деревенских разбойников.

— И?

— Я думаю стража города уже едет забирать их трупы.

— Вы трое?

— Я. Один.

Резников крякнул. По-моему одобрительно. Не мы злые, мир такой. В другое время я бы, наверное, усмехнулся словам Резникова. Сейчас не стал. Слишком уж много накопилось за последние сутки, чтобы смеяться над очевидным.

Снаружи, за толстыми стенами «Вороньей горы», шумели наёмники. Кто-то приветствовал вернувшуюся Бешеную. Кто-то громко спорил о том, действительно ли я уложил Савелия двумя ударами или всё-таки тремя. Один особенно голосистый мужик клялся, что видел четыре, просто последние два были настолько быстрыми, что остальные их не заметили. Пусть спорят. Главное, чтобы не полезли проверять лично.

Трактирщик выполнил распоряжение Резникова с удивительной скоростью. Не прошло и пяти минут, как из кухни вылетели двое половых с большими подносами. Следом показался сам хозяин с пузатой супницей в руках. Супница была такая большая, что за ней почти не было видно его лица.

Кроме нас, в таверне никого не было. Прав был вышибала что заведение закрыто. На «спецобслуживание» так сказать, поэтому можно было выбирать из любых столов.

Мы расположились в самом дальнем углу зала за самым большим столом. Спиной к стене сел я. Справа от меня Аня, слева Лена. Напротив устроились Маркус, Александр и Резников.

Очень символично.

Три человека с нашей стороны и трое тех, кому предстояло высказать своё мнение о моих дальнейших планах.

Если, конечно, я не струшу и не отложу разговор ещё на несколько дней.

Нет.

Хватит откладывать.

Вся моя предыдущая жизнь научила одной нехитрой истине: если решение принято, его надо выполнять. Иначе следующим решением станет объяснение самому себе, почему ты опять ничего не сделал.

Трактирщик поставил супницу посреди стола.

— Уха из омуля, — торжественно произнёс он. — С белыми грибами, картошечкой и зеленью. Только сейчас приготовили.

Следом появились большие блюда с жареным мясом, запечённой рыбой, соленьями, пирогами и ещё горячим хлебом. От еды поднимался густой пар, смешивался с запахом дымящихся свечей, дерева и пряностей.

Зал «Вороньей горы» был просторным, но низким. Потолок поддерживали потемневшие от времени дубовые балки. Под ним висели тяжёлые медные светильники. Их огонь колебался от каждого движения воздуха, бросая на стены неровные тени. За окнами уже окончательно стемнело. Стекло превратилось в чёрное зеркало, в котором отражались столы, люди и пламя свечей.

Хозяин лично разлил уху по тарелкам.

Первую поставил перед Резниковым. Вторую передо мной.

Правильный человек. Иерархию понимает.

Я вдохнул запах и почувствовал, как желудок болезненно сжался.

Вот теперь я понял, насколько действительно голоден.

Древняя медицинская капсула могла восстановить тело. Нейроимплант мог убрать усталость, отрегулировать обмен веществ и даже временно подавить чувство голода. Но организм всё равно требовал нормальной человеческой еды. Не питательного раствора, не медицинской смеси, а горячего супа, хлеба и мяса.