– Я ищу нормальное кольцо для бедной Элизабет, – взгляд сфокусировался на квадратном бриллианте на толстом ободке из красного золота.

– Селена... – мягко, тихо начал Риверс.

– Уже не директор Флеминг? – резко и даже зло оборвала его. – Меня вполне устраивало, – я все же оторвала взгляд от витрины, чтобы окинуть Риверса холодным взглядом, намекая, что обращаться ко мне по имени неуместно.

Парень запрокинул голову, зажмурился, после чего посмотрел на меня и приглушенно рявкнул. Не скрывая раздражения, но и не привлекая лишнего внимания к нам.

– Я идиот. Наговорил лишнего. Прости.

По всему телу прокатилась волна. Она опустила плечи вниз. Раскрыла грудную клетку, позволив сделать глубокий вдох. Разомкнула кулаки. Расслабила колени. Я не заметила, что была напряжена, пока не почувствовала, как расслабилась. Уилсон маячил на другом конце магазина. Большинство покупателей сосредоточилось у витрин с рождественской коллекцией. Нас консультанты, почему-то, обходили стороной. Девушка на кассе протягивала мужчине такой же, как у Риверса, бумажный пакет.

– Не хочу, – я устало посмотрела на Риверса.

– Что? – он нахмурился. Его взгляд бегал по моему лицу словно в поисках ответа. А, может, он просто стеснялся смотреть мне в глаза.

– Прощать не хочу.

– Но я...

Я не стала дослушивать, что же он. Просто наконец-то удалось оторвать ноги от пола и сделать тот самый первый шаг. За ним – второй. И повторить.

Глава 9

– Это была глупость и ошибка, – Ширли заламывала руки и нервно наблюдала за украшением банкетного зала. Мы с Уилсоном переглянулись, в тайне соглашаясь с ее мнением. – Кто проводит корпоратив за день до Рождества?

– Большинство компаний, – ровно ответил Уилсон, которому надо было хотя бы внешне поддерживать управленческие решения.

– Ага, обычных, офисных, которым не надо устраивать празднование на курорте для двадцати тысяч гостей. Наконец-то! – в помещение вошла пара человек в обычной одежде, из-за чего было не понять, кто это, и девушка метнулась к ним, размахивая руками.

– У меня есть смутное подозрение, что сегодня Ширли кого-нибудь прибьет, – протянул приятель.

– Сам довел ее.

Убедившись, что подготовка идет по плану, я поспешила покинуть ресторан через холл отеля. Одним из аргументов, почему была выбрана именно эта площадка – возможность снять номера для руководства. Во-первых, чтобы не мучиться с переодеваниями: я обязана была хорошо выглядеть, а в это понятие включалось не помятое пуховиком платье, не прилизанная шапкой укладка, не размазанный снегом в лицо макияж. Во-вторых, чтобы при желании не тащиться домой посреди ночи. Уилсон направился за мной, справедливо опасаясь своей нервничающей сотрудницы.

– Зато она перестала бегать за Кайлюсиком – времени нет.

Мы вышли на улицу и направились пообедать в соседнее от отеля кафе со скидками для сотрудников курорта. За последние дни потеплело на несколько градусов, тем не менее зима ощущалась полноценно, а здания, украшенные венками и огоньками, создавали праздничную атмосферу приближающегося Рождества.

– Не замечала, чтобы она продолжала за ним бегать, – я скинула куртку и отдала ее пожилому мужчине в гардеробе.

– Наверное потому, что она старается тебя избегать. Не благодари, – Уилсон отвесил шутовской поклон. Хорошо, что мы не выглядели как сотрудники курорта, а то гости могли бы неправильно понять такое поведение.

– Не благодарю, – согласно покивала я, следуя за официанткой и аккуратно лавируя между столиками.

– Неблагодарная! – патетично воскликнул приятель, прижимая ладони к области сердца.

Мы молча разместились за одним из двух оставшихся свободными столов рыбного кафе, сделали заказ из меню бизнес-ланчей, и только после этого Уилсон снова заговорил:

– Ну так что, помирились вчера?

– А должны были? – я изогнула бровь.

Мужчина постучал пальцем по губам, делая вид, что задумался.

– У Кайлюсика был вид побитого щеночка, когда он нас увидел, а потом я оставил вас вдвоем. Как будто напрашивается ответ «да».

– Так вот к чему был весь спектакль! – зашипела я, хотя хотелось повысить голос.

– До тебя только дошло? – сморщился Уилсон, всем своим видом показывая недоумение. Я промолчала, чем ответила громче любых слов. – Ты, конечно умная, но такая идиотка.

Возразить было нечего, поэтому я насупилась. В наше молчание ворвалась перепевка джингла кем-то из современных исполнителей, гул голосов компании справа и звякание приборов по тарелкам.

– Ну так помирились? – Уилсон подался чуть назад на стуле, давая официантке возможность поставить перед ним тарелку буйабеса.

– Нет.

– Ты никогда не найдешь себе парня.

Я закатила глаза и ничего не ответила. Романтических переживаний за последние месяцы хватило так, что лучше и дальше без них.

Я все еще не была уверена, что идти на ужин к Уилсону – удачная идея. Во-первых, последние выходные перед Рождеством, пусть и условные – мы оба работали и в субботу, и в воскресенье, а завтра еще должен был состояться корпоратив. Во-вторых, поздний час – приехали в город на восьмичасовом автобусе, а пока добрались до квартиры – было уже без десяти девять. И, в-третьих, мы с Элизабет до сих пор так и не познакомились лично. Но приятелю как-то удалось уболтать меня, так что теперь я стояла на хорошо оборудованной кухне и доставала из верхнего шкафчика «тарелки, которые с голубой каемкой». Девушка раскладывала по мискам и плошкам рис, мясо и маринованные овощи. Уилсон выбирал между Егермейстером и бурбоном, спрашивая наше мнение и тут же отметая его. Идиллия давно знакомых друг с другом людей.

– Поставщик – пиздец... – не переставал возмущаться Уилсон даже после того, как мы сели за стол.

– Тони, не матерись, – мягко улыбнулась Элизабет.

– Прости, малыш, – мужчина обнял ее за талию и быстро чмокнул в висок. – Картонка получилась на полметра ниже, чем было в ТЗ. Я спрашиваю, мол какого ху... – он осекся под взглядом Элизабет, – какого худого баклажана они это сделали? И знаешь, что эти личности с низкой профессиональной ответственностью сказали?

Я вопросительно промычала, уплетая нереально вкусное горячее мясо. Кажется, идея прийти к нему в гости и «поужинать нормальной домашней едой» была не так уж и плоха. Можно даже сказать – прекрасна.

– Что у них закончился материал нужного размера! Но вместо того, чтобы обсудить с заказчиком, то есть мной, они решили бахнуть на свое усмотрение. Типа куда мы денемся перед Рождеством.

– Ебланы, – согласилась я.

– Селена, не матерись, – укоризненно посмотрела Элизабет.

Кусок мяса попал не в то горло, и я сдавленно кашлянула, растерянно хлопая ресницами и с трудом удерживаясь от непонятно откуда взявшегося желания начать извиняться за свое поведение.

– Больше не буду, – я втянула голову в плечи и быстро заткнула рот новой порцией вкусной домашней еды, чтобы точно выполнить обещанное.

– Вот поэтому дети так тебя любят, – Уилсон расцеловал лицо своей пока еще девушки, а я передумала насчет удачной идеи. Очень уж неловко было находиться рядом с этими сладко-приторными голубками.

– Понравиться первоклашкам вообще легко, – нежно рассмеялась Элизабет. – Не ругай за невыполненое домашнее задание, приноси в класс конфеты – и их маленькие сердечки твои.

Нет, я, конечно, подозревала, что в отношениях Уилсон не такой, как на работе, но контраст был слишком сильным. Будто два разных человека.

– Можно вопрос?

Парочка дружно обернулась в мою сторону, перестав ласкаться.

– Элизабет, что такая милая девушка, как ты, нашла в этом неотесанном мужлане?

Уилсон скорчил рожу и беззвучно передразнил меня. Его девушка прикрыла рот кончиками пальцев и звонко рассмеялась.

– Селена, ты такая прямолинейная, прямо как мой Тони! Понимаю, почему вы подружились.

Я уже готова была к тому, что она не ответит – слишком резко разговор ушел в другую сторону. Но, отсмеявшись, Элизабет облокотилась о стол, подперла щеку кулаком и неспешно заговорила: