Я отмеряла каблуками расстояние от кабинета HR-департамента до переговорки. Казалось, что с каждым новым шагом назначение на новую должность становилось все ближе, несмотря на то, что я уже подписала новый договор. До сих пор это было скорее чем-то эфемерным, а вот знакомство с новыми подчиненными превращало строчку «Назначается на должность Директора департамента горнолыжного склона» в реальный, почти осязаемый факт.

Я остановилась напротив входа в переговорку, чтобы перевести дыхание, и лишь поэтому смогла расслышать слова:

– Слышал, она та еще сука.

Мужские низкие голоса были просто созданы для того, чтобы их можно было услышать из противоположного угла зала, а тут – какая-то хлипкая пластиковая дверь и полная тишина в коридоре.

– На твоем месте, Кайл, я бы не верил слухам.

– И не называл своего босса сукой.

Кайл, значит. Полагаю, что это Риверс, руководитель инструкторов. Не удивлена, они и спасатели мнят себя богами – даже мы в головном офисе об этом знали, а тут еще такой облом – руководителем поставили девушку, как мужское эго выдержит такое испытание?!

Я решила, что обойдусь и без подслушивания, поэтому не стала задерживаться и зашла в переговорку. Чтобы тут же осознать допущенную с утра ошибку. На мне были привычные для города брючный костюм и лодочки, а сидящие в кабинете мужчины радовали глаз полуспортивной одеждой и джинсами. Я среди них смотрелась белой вороной, сразу видно – руководство из головного офиса. Плюсик к образу суки, я так полагаю.

Под воцарившуюся гробовую тишину я прошла вглубь переговорки, села во главе длинного стеклянного стола и только после этого посмотрела на мужчин, что с этого дня стали моими подчиненными. Естественно, биография и карьерный путь каждого из них были досконально изучены еще до приезда сюда, так что оставалось только сопоставить реальных людей с данными в голове.

По левую руку от меня тот самый Кайл Риверс, двадцать шесть лет, руководитель службы инструкторов. Поднялся из команды год назад. Красивый сероглазый брюнет, по лицу видно – наглый, правая рука забита татуировками, на губе пирсинг, сноубордист. Одет в черное худи с закатанными рукавами, такие же черные карго и ботинки, видимые сквозь столешницу. Смотрит насмешливо, но губы не кривит.

Рядом с ним Нэйтан Кларк, двадцать девять – руководитель канатной службы, тоже поднявшийся из своих. Впрочем, тут почти все, кроме меня и спасателя Филлипса, именно такие. Довольно приятный, миловидный парень, производит впечатление своего в доску. Лицо и взгляд нейтральные. Одет в форменные теплые брюки и футболку. Форменная же куртка висит на спинке его стула. Не ошибусь, если предположу, что есть шанс поладить сразу.

Дальше Грант Морган, тридцать два года, руководитель противолавинной службы. Непримечательная внешность трудяги, который днем занимается чем-то никому, кроме него, непонятным, а по вечерам проводит время с семьей и друзьями. Ставлю на то, что ему вообще все по барабану, лишь бы работа работалась. На меня смотрит со здравой долей похуизма. Сработаемся.

Прямо напротив, на месте оппозиции – Эндрю Филлипс, тридцать три, руководитель спасателей. С виду скорее представитель научной интеллигенции, только очков не хватает, однако нет. В прошлом – сотрудник местной службы спасения. Пришел сразу на управленческую должность каких-то два года назад, но в силу бэкграунда, уверена, пользуется уважением. Смотрит с прищуром, не доверяет, сомневается, что женщина или сотрудница головного офиса способна управлять такими сложными службами. Думаю, что палки в колеса ставить не будет, но уважения придется добиваться долгим, упорным трудом.

По правую сторону стола ближе ко мне разместился Джошуа Вуд, двадцать семь, скоро двадцать восемь лет. Выглядит как модель: высокий, смазливый, с гривой вьющихся темно-русых волос, но управляет суровыми ратракистами. Взгляд нечитаемый. Может стать проблемой, а может и нет – выводы делать не на чем.

Дальше него еще один мужчина модельной внешности и самый старший из моей новой команды – Майлз Скотт, сорок один. По личному делу думала, что он среди них негласный лидер, но глядя на него сейчас, вживую, я в этом не уверена. Слишком улыбчиво-расхлябанный. Руководитель службы оснежения. Взгляд вполне доброжелательный, полагаю, с ним не потребуется тратить время на установление границ, и можно будет сразу перейти к плодотворному сотрудничеству.

Решив, что выдержала достаточно качественную паузу, я заговорила:

– Меня зовут Селена Флеминг, с этого дня я – ваш новый директор департамента. Ваши имена мне известны, можете не представляться.

Я обвела взглядом сидящих и остановилась на инструкторе:

– И да, руководитель Риверс, я та еще сука.

Плечи парня вздрогнули, но в лице он не поменялся, а я перевела взгляд на Филлипса.

– Приступим к совещанию.

К концу первого рабочего дня мозг просил освободить черепную коробку от его присутствия. Видите ли, он опух, ему тесно, жарко, неудобно. Приходилось придерживать голову с двух сторон, чтобы не дать предателю покинуть место прописки. Все оказалось одновременно хуже и лучше, чем я думала. Система была отлажена, несмотря на старания предыдущего директора, руководители служб производили впечатление профессионалов своего дела, насколько я могла судить. Однако... оказалось, что я не так хорошо разбираюсь в процессах работы курорта, как мне виделось, пока сидела в головном офисе. После общения с руководителями всех служб выяснилось огромное количество нюансов вплоть до того, что спасатели, оказывается, объезжают территорию до открытия катания, с целью убедиться, что нигде нет схода снега или прогуливающихся диких животных. Еще Риверс удовольствия от работы не прибавил, благо с ним мне пришлось меньше всего взаимодействовать. Что там, эти инструкторы. Штат скоро будет укомплектован, форма изготавливается, оборудование у них свое. Лыжи в руки – и пиздуют учить гостей кататься на чем-то помимо собственной задницы. Но нет, мелкий засранец решил, что можно мне на уши побольше лапши навесить и протолкнуть обновление ботинок инструкторов. Аргументация была настолько смехотворной, что даже дослушивать не стала.

Я откинулась на спинку кресла и посмотрела на зауженный носок левой лодочки. Нет, ну надо же было так промахнуться с одеждой! Тот самый Риверс нашел во время совещания момент и ввернул «рекомендацию», что мне будет удобнее ходить в чем-то более «повседневном». Видите ли, пол ровный и безопасный только в главном здании, а мне сидеть в двухэтажке на горе, где сосредоточились основные помещения сотрудников горы. В общем, из заботы ко мне и бла-бла-бла. Мелкая зараза, не уважающая ни разницу в возрасте, ни в должности. Пришлось осадить его благодарностью за совет и просьбой в следующий раз сначала уточнять причины чего бы то ни было, а не делать сразу выводы, потому как у меня сегодня мероприятие, требующее именно такого дресс-кода. Не знаю, насколько он поверил, но я для собственного спокойствия забронировала столик в ресторане в деревне под горой и поставила Уилсона перед фактом, что мы идем ужинать и праздновать мое назначение.

Вспомнишь человека – и вот он тут как тут. Естественно, я тут же оценила его одежду, чтобы понимать, как мне вообще вписываться в новое пространство. На Уилсоне был обычный свитер с V-образным вырезом, черные джинсы и полуботинки. Что-то из категории smart casual, с большим уклоном во вторую часть фразы. Слишком строго для руководителей Департамента горы – как коротко нас называли, и слишком неформально для директора Департамента маркетинга. Нда, местная корпоративная культура будет еще одним испытанием.

– Вижу, из тебя все соки выпили, – мужчина сел на стул для посетителей перед моим рабочим столом и закинул ногу на ногу, глядя ехидно и сочувствующе одновременно.

– Называй вещи своими именами – заебали.