Кабинет, выделенный мне под рабочее место, был небольшим, но идеально вместительным. В него вписался стол, офисное кресло для меня и стул для посетителей, шкаф для хранения необходимой документации, вешалка под верхнюю одежду и тумбочка, реорганизованная под чайную зону. Но главным достоинством оказалось окно с видом со второго этажа деревянного здания и с тысячи метров в горах. Долговязый Уилсон в эту атмосферу не то, чтобы не вписывался, но занимал чересчур много пространства.

– Чистить трассы не пробовали? – недовольно фыркнул он, не желая расставаться с идеей дополнительного рекламного места.

– Выпадение снега отменить не пробовал? – ехидно парировала я. – Или ты предлагаешь мне выделить парочку спасателей, которые будут стоять у твоей растяжки и подметать трассу, чтобы за день там снег не накопился?

– Черт, я надеялся, что с твоим назначением будет легче согласовывать рекламные активности, – мужчина расслабленно откинулся на спинку стула, ничуть не задетый моим ехидством. Думаю, в горах выживают только эмоционально стойкие люди. Такие, как он.

– Ты уверен, что мы знакомы уже три года? – рассмеялась я от такой наивности.

– Да, не подумал. Поставил на наши хорошие отношения, – он улыбкой поддержал мое веселье.

– Надеюсь, не свою месячную зарплату, а то придется лапу сосать.

– Ну да, сосать – это по твоей части, – перегнул палку приятель.

– Нахуй – это туда, откуда ты утром слез, – не осталась я в долгу, тяжелым взглядом затыкая его дальнейшие остроты.

Дверь в мой кабинет открылась резко, с размаху, ударившись ручкой о стену и отскочив обратно. Жаль, не припечатала хама по лбу – Риверс успел подставить руку и задержать ее. Уилсон обернулся через плечо, так что его лица мне видно не было. Мое же, уверена, сейчас было перекошено от злости. Но я не стала сразу орать на подчиненного, решила дать ему возможность сделать яму для своей могилы глубже, чтобы он из нее потом точно вылезти не смог. Риверс же, не чувствуя опасности, с порога начал шипеть разъяренной коброй:

– Ты издеваешься?! Что это за радужные куртки?! У нас же была отличная фиолетовая форма! А что сейчас? Что это за блевотина единорога?! – парень тряс новой форменной курткой, которые сегодня как раз доставили на склад. Та и правда была довольно пестрой, местами напоминая скорее одежду из детского отдела магазина, чем спецовку «крутых» инструкторов.

– О, как ты удачно, все вопросы вон к нему, – я мотнула подбородком в сторону Уилсона, чей департамент отвечал за разработку новой формы. Тот покосился в мою сторону явно не радостный, что я не стала служить буфером между ним и разъяренным парнем.

– Директор Уилсон?.. – полувопросительно проговорил Риверс. Явно до этого не особо пересекался с директором маркетинга. Интересно, а как с ним себя поведет глава инструкторов? Меня он просто вообще ни во что не ставит. – Что это? – все же более спокойно спросил. Вот же сученыш, моментально сбавил тон.

– Новая форма, – Уилсон лишь выглядел как милая нескладная булочка. Хлебная палочка. Характер у него ехиднее моего.

– Я вижу. Почему она такая... веселенькая? – ноздри Риверса раздувались, а губы, когда он замолкал, тут же поджимались в тонкую нитку.

Люди в ярости делятся на два типа. Первые горбятся и выставляют лоб вперед, словно готовые атаковать противника рогами. Вторые – выпрямляются, будто проглотили палку, и вздергивают подбородок, готовятся отражать нападение. Уже зная немного Риверса, я бы предположила, что он относится к первому. Но нет. Парень стоял идеально прямо, разве что рука с курткой была отведена в сторону, и смотрел яростно и холодно. Красивая картинка получалась с учетом широких плеч и узких бедер парня. Вот так и обнаруживаешь в себе недотрах.

– Новый концепт, – нарочно бесил парня Уилсон. Переговоры явно заходили в тупик.

Риверс перевел взгляд на меня и выдал совершенно неожиданное:

– Ты так и будешь молчать? Позволишь, чтобы мы работали вот... в этом?!

Я провела кончиками пальцев по круглому вороту своего свитера, чувствуя приятное покалывание и успокаивая себя этим жестом. Уилсон пошевелился на стуле, устраиваясь поудобнее и готовясь к просмотру выступления. Но нет, я не буду отчитывать своего сотрудника на глазах у посторонних, хоть директор маркетинга и был скорее приближенным.

– Оставишь нас? – я посмотрела на приятеля. И пусть интонация была вопросительной, выбор мужчине не предоставлялся. Взяв со стола телефон, Уилсон засунул его в карман джинсов и молча вышел из кабинета, пройдя мимо неподвижного Риверса. Дождавшись, когда мы останемся одни, я обратилась к подчиненному. – Закрой дверь и садись.

Раздраженный и злой, Риверс демонстративно кинул куртку на стол мне под нос, а сам сел на стул в своей привычной манере – полулежа, раздвинув колени чуть ли не на метр друг от друга. Окинув его презрительным взглядом, я одним движением смахнула форму в сторону парня. Куртка скатилась со столешницы ему на колени и так там и осталась. Он не стал скидывать вещь, просто сделал вид, что ничего не произошло.

– Не верю, что делаю это. Но раз твои родители не научили тебя манерам, придется этим заняться мне.

– Не трогай родителей, – взвился парень.

– Начни с себя, чтобы у окружающих не возникало к ним вопросов, – отбрила его, после чего задумчиво побарабанила пальцами по губам. – Хотя... ты прав, – по лицу Риверса скользнула довольная ухмылка. – Я тебе не мамочка и не подружка, чтобы заниматься твоим воспитанием. Если ты, взрослый мужик, в двадцать шесть лет не понимаешь элементарных вещей... – я сделала паузу, давая Риверсу самому додумать продолжение. – Не начнешь вести себя как положено, я сделаю вывод, что ты не справляешься со своей должностью. Все понятно?

Он ответил взглядом исподлобья. Да, наверное, не стоит начинать свою работу здесь с подобных угроз. И я правда сначала собиралась объяснить парню элементарные правила профессиональной коммуникации. Но благо до меня в моменте, по щелчку, дошло, что все он прекрасно знает. Просто не считает нужным это делать. И если Риверс не утруждает себя выстраиванием командных отношений, то почему я должна быть всей из себя добренькой и терпимой?

– Похоже, что нет. Думала, ты сообразительнее, – поддела его.

– Мне все понятно, просто не считаю нужным отвечать на твои угрозы.

– Раз не считаешь нужным отвечать, значит, не так уж и понятно, – жестко ответила я, впиваясь в парня холодным, колючим взглядом. Он, видимо, понял свою промашку, так как хоть и выглядел яростным, все же процедил в ответ:

– Я вас понял, босс. Так что с курткой? – парень дернул коленом, и обсуждаемая свалилась вниз на пол.

– Мне плевать, как выглядит ваша форма. Единственное, что меня волнует – это эффективность вашей работы. Цвет куртки как-то повлияет на навыки твоих инструкторов?

– Нет, – процедил сквозь зубы он.

– Вот и все. Хочешь поменять расцветку – иди сам обсуждай это с директором Уилсоном. Но раз уж руководитель службы не понимает элементарных процессов работы компании, так и быть, поясню. Сначала вам надо будет согласовать с гендиром внесение изменений в форму. Обосновать, почему потраченные сотни тысяч на новую форму должны быть спущены в унитаз, и почему вам требуется ее замена. Затем разработать новый эскиз. Согласовать его с гендиром. Потом найти новые сотни тысяч на изготовление формы. Затем дождаться, когда она будет готова и поступит к нам на склад.

– Я тебя услышал, – парень встал со стула посетителей и направился на выход из кабинета.

– Риверс, я не буду каждый раз говорить тебе, где ты не соблюдаешь правила деловой коммуникации, – бросила я, глядя в монитор компьютера с открытой на нем картой. В чем-то Уилсон прав – дополнительное место рекламы нам не повредит. Парень, уже взявшийся за ручку двери, все же развернулся, прошел к стулу, где еще недавно сидел, поднял с пола куртку и после этого наконец-то покинул кабинет.

Глава 2