Были только мы и дорога.

Одна ошибка, одна помеха и всё перевернулось.

Тень, что появилась впереди решила нашу судьбу.

Страх, овладевший мной в тот момент, оттеснил весь здравый смысл куда-то на задворки сознания, и я...

Я испугалась.

— Кир! — кажется, я закричала. Но сейчас, мне кажется, что это был всего лишь шёпот. — Там!

Я даже не подумала о том, что ты держишь руль. Не подумала о скорости. Вообще ни о чём не подумала!

Резко потянулась к тебе, схватила за руку — и руль дёрнулся в сторону вместе с тобой.

Беспечная дура!

Я просто хотела, чтобы ты объехал её, не причинив вреда.

Я испугалась того, что буду виновна в смерти ни в чём неповинного животного, что оказалось не в то время и не в том месте.

Следующие события я помню смутно.

Визг резины, скрежет металла об асфальт и свой собственный крик отчаянья и боли.

Осознание того, что произошло пришло не сразу.

В ушах звенело, а тело словно стало эфемерным. Где-то рядом продолжала играть музыка из динамика, прерываемая помехами.

Лёжа на мокрой дороге, на обломках нашего счастья и беспечности, я видела, как молодая косуля подошла к нам ближе, принюхиваясь.

Может быть, мне показалось. Возможно, мой пострадавший мозг придумал это, но я помню, как она склонила голову, словно благодарила нас за спасение её жизни.

Когда я вновь открыла глаза вокруг было светло.

Ты лежал посреди дороги и не двигался.

Я звала тебя. Сначала тихо... Потом кричала так громко, пока не сорвала голос.

Но ты не отвечал.

С трудом сев, я схватилась за голову, которую пронзила сильная вспышка боли. Слёзы текли по моим щекам, смешиваясь с кровью, а в душе нарастала тревога за тебя. Достав чудом уцелевший телефон, я позвонила в скорую помощь, и лишь когда мне подтвердили, что скорая выехала, я поползла к тебе.

Ты лежал весь в крови, бледный и...

Твоё лицо, в ссадинах, долго преследовало меня в кошмарах.

Я кричала на тебя и плакала, гладила по щеке, боясь, что ты умер.

Я была уверена, что моя ошибка, неконтролируемый рефлекс стал причиной твоей гибели.

Но ты дышал, медленно и размеренно, даря мне надежду.

В тот момент наши жизни почти оборвались, но я не думала, что это только начало.

Только когда приходит март, я разрешаю себе вспомнить.

Только сегодня. Только сейчас. Когда пишу очередное письмо тебе, зная, что и его ты тоже не прочтёшь.

Лия."

— Лия, где отец Максима? — Кир вновь повторил свой вопрос, но на этот раз тон его голоса стал мягче, словно он разговаривал с ребёнком.

Он потянулся вперёд, и его рука нежно коснулась моей ладони.

— Вы не поддерживаете связь?

Не поднимая головы, я следила как он переплетает наши пальцы и в ответ лишь коротко кивнула.

— Хорошо, если не хочешь — можешь не отвечать, — Вторая его рука легла на мой подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза. — Мне очень жаль, что у вас так всё сложилось.

Я почувствовала, как глаза начали слезиться.

В его глазах не было ни осуждения ни подозрения. Лишь нежность и безмолвная поддержка, которую я раньше всегда ощущала от него.

Смотря на Кира, я забыла, что нужно моргать. Прикрыв глаза, благодарила вселенную за то, что мне не пришлось ему лгать.

В следующее мгновение я почувствовала, как его губы нежно коснулись уголка моих губ, а следом накрыли мои, также ласково и опьяняюще.

Этот поцелуй обнажал чувства и душу, выпуская наружу то, что было скрыто много лет. Я не хотела открывать глаза, лишь раствориться в этом моменте, понимая, что между нами ничего не прошло. Любовь не ушла, не истлела в пожаре обиды, лишь затаилась, ожидая, когда сможет возродиться вновь.

" Привет.

Это полное сумасшествие, но мне кажется я схожу с ума.

Сегодня мне приснилась ты, держа на руках младенца. Я слышал крики " Папа!", но не мог понять, откуда они доносятся. Я бегал в попытках найти того, кто кричал. Но всё вокруг было словно в дымке, в которой тяжело было разглядеть даже собственные ноги.

Твой силуэт отдалялся. Когда я протянул руку, пытаясь дотянуться до тебя, он рассеялся, и я остался стоять один.

Проснувшись, я долго не мог прийти в себя, раз за разом прокручивая сон в голове.

Возможно, это больная реакция мозга на мою поездку в Мадрид. А точнее на то, что я видел тебя.

Проезжая по главной улице, я обратил внимание на копну длинных рыжих волос, что развевались на ветру. Я сразу узнал тебя, и мой пульс забился быстрее. Держа за руку подросшего сына, ты переходила дорогу и смеялась.

Я видел твою мягкую улыбку и сияющие счастьем глаза.

Этого было достаточно, чтобы я, крепче сжимая руль, съехал на обочину и последовал за вами. Над городом сияло солнце, и я просто следовал за твоими волосами.

Я не слышал твоего голоса, стараясь держаться подальше, но твой смех согрел меня, напомнив вновь о моём плане.

Но кто я такой, чтобы разрушать твою жизнь?

Постояв ещё немного, я увидел, как ты играла с сыном на поляне в парке, после чего с тяжелыми мыслями вернулся в машину.

В этот раз уход дался мне ещё тяжелее. Поэтому я завёл двигатель и уехал так быстро, как только мог.

С тех пор я не переставал думать о тебе.

Я благодарен за то, что смог увидеть тебя, но мне придётся воздержаться от следующей поездки в Мадрид. Не уверен, что смогу оставить тебя в покое, если снова встречу тебя на улице.

Ты становишься моим наваждением, и если честно, я не хочу ничего менять.

Кир"

В воздухе отчётливо ощущалось напряжение, словно вот-вот пространство схлопнется и не останется ничего.

Взгляд Кира обжигал, плавно спускаясь по моему телу. Я хотела закрыться, всего лишь требовалось протянуть руку и взять халат. Спрятаться за мягкой тканью, после чего закрыть дверь.

Но...

Именно сейчас я поняла, что не хочу этого делать. Во мне волной поднимался ураган протеста, стоило лишь подумать о том, чтобы выставить его из ванной. Меня не покидает ощущение, что если эта дверь будет закрыта, она больше никогда не откроется, и любые попытки будут напрасны.

Жизнь не даёт третьего шанса.

И очень важно не упустить тот момент, когда в нашей жизни появляется возможность сделать то, о чём мы тайно мечтаем ночами, когда никто точно не сможет услышать даже наших мыслей.

Сделав глубокий вдох, я повернулась к нему и едва заметно улыбнулась. Мои щёки горели от смущения. Я видела, как часто вздымается его грудь, как он сжимает одежду в руках, до побелевших костяшек на пальцах, то, как его глаза пожирают меня без толики стеснения, я сделала шаг вперёд.

Он не отрывал от меня взгляда, и когда я сделала следующий, крошечный шажок ему навстречу, его броня треснула.

— К чёрту... — прорычал он и в считанные секунды преодолел расстояние между нами, впившись губами в мои и прижимая к своему телу.

Его руки не отпускали меня, медленно скользили по моей коже. Словно он не верил, что происходящее реально. Я чувствовала его сбившееся дыхание и слышала, как тяжело и неровно бьётся собственное сердце. Оно явно решило наверстать все те годы, которые мы провели вдалеке друг от друга.

На секунду он оторвался от моих губ, и я подняла на него взгляд.

Его глаза бегали по мне, словно пытаясь запомнить каждую деталь, каждый изгиб заново.

Семь лет — слишком большой срок для человеческой памяти, чтобы сохранить образ неизменным. И всё же, внутри меня всё болезненно сжалось.

Я и он.

— Лия... — прошептал он почти беззвучно, и от его голоса по коже пробежала дрожь.

Его ладонь медленно поднялась и коснулась моей щеки так осторожно, словно я была такой хрупкой, что могла рассыпаться от неверного прикосновения.

Недолго думая, я поймала его руку своей и прижалась к ней щекой, закрывая глаза.

Это было ново даже для меня, но я почувствовала, как он вздрогнул.