— Это я уже понял, но не принял. — отпустив меня, он развернулся к стеллажу стоящему у выхода. — Аптечка там же?

— Да. — придерживая руку, я дула на ожег, присев на стул, в ожидании пока мой нежеланный гость найдёт аптечку. — Всё так же, как было семь лет назад.

В ответ я слышала лишь шуршание пакетов, картонных коробок, и его злостное бормотание.

— Чего ты там так долго? — спросила, увидев, как на руке стремительно надувается большой пузырь.

— Лучше бы сама нашла мазь.

— Сиди там, и дуй. Сама она...

Наконец-то закрыв дверцу, Кир направился ко мне. Положив бинт на стол, он присел передо мной и выдавил охлаждающую мазь мне на руку, после чего принялся аккуратно распределять её одним пальцем. Вторая его ладонь упиралась в край стула, на котором я сидела, касалась моего бедра, от чего я напряглась.

Он был слишком близко. Я вдыхала его мускусный аромат, и сердце забилось чаще. Его прикосновения обжигали, и кожа покрывалась предательскими мурашками, как тогда, много лет назад.

Он заметил это. Его рука на мгновение замерла. Подняв голову, он смотрел на меня, не отрываясь, пока я сражаясь сама с собой, хватала воздух, которого мне сейчас так не хватало.

"Привет.

Моему сыну уже больше года, и его отец никогда не узнает о нём.

Ты не узнаешь о нём.

Судя по тому, что за два года я не получила от тебя ни одного письма — ты забыл обо мне. И только я, как дура, продолжаю писать тебе письма. Из года в год. В каждый первый день марта.

И как бы я ни пыталась сдержаться, как только ночь накрывает город, и в моей квартире становится тихо, я хватаюсь за ручку и пишу.

Пишу, пока пальцы не начинают ныть от боли, а глаза — закрываться от усталости.

Знаешь, я уже освоилась в новой роли, и прекрасно справляюсь. Мой малыш растёт так быстро, что мне приходиться всё чаще бегать в магазин за новой одеждой.

Я фотографирую его каждый день.

Иногда думая о том, что тебе было бы интересно, как рос Максим. Но потом вспоминаю, что тебя нет в нашей жизни, но всё равно продолжаю это делать.

Как думаешь, я ненормальная?

Три дня назад, он сделал свой первый шаг! Сам! Без какой-либо поддержки!

Сидя в гостиной на ковре, я собирала для него новую развивающую игрушку. Специальная доска, с разными замочками, бусинками и ремешками, что мне порекомендовал педиатр. Говорят, она очень хорошо развивает мелкую моторику у детей, а так же помогает в развитии полушарий мозга и...

Прости, что-то я отвлеклась.

И вот сижу я значит, прикручиваю эти замки, и тут, Максим, который ещё секунду назад, стоял и держался за кофейный столик, делает шаг и отрывает руки от поверхности.

Потом ещё шаг и ещё.

Он самостоятельно сделал пять шагов, перед тем как упасть на попу, выронить соску и рассмеявшись захлопать в ладоши!

Ты даже не представляешь, как я счастлива! Он уже совсем большой, мой мальчик!

И он так похож на тебя...

Те же кучерявые тёмные волосы, те же глаза... Я словно смотрю на твою уменьшенную копию, и моё сердце разрывается от тоски.

Иногда я скучаю по тебе. По возможности поговорить с тобой, и поделиться тем, что происходит в моей жизни. Скучаю по твоим шуткам и, чего уж таить, твоим объятиям. Как мне иногда не хватает именно того чувства, когда ты прижимаешь меня к себе, и гладишь по волосам, приговаривая, что всё наладится.

Иногда я жалею, что ты не видишь его. Ты не видел его, когда он родился, пропустил его первые слова, не видел как он смешно кривиться, когда я заставляю его есть овощное пюре.

Ты пропустил всё.

А самое горькое то, что ты никогда и не узнаешь о том, что пропустил...

У меня же жизнь налаживается. Я продолжаю учится по специальности, которую выбрала для себя много лет назад. Мне попались прекрасные и понимающие преподаватели. Один профессор даже предложили мне стажировку в молодой, но уже очень перспективной фирме.

И я согласилась!

Теперь, я официально личный помощник генерального менеджера. Всего на пару часов в неделю, пока что, но если после испытательного срока, и меня и их всё устроит, меня возьмут в штат!

Тяжело ли мне одновременно быть студентом, работником и мамой? — Безумно.

Иногда по вечерам у меня даже не хватает сил, что бы убрать со стола остатки ужина. В такие дни я просто ползу в душ, после чего зарываюсь под одеяло с головой и отключаюсь. И хотя Максим уже спит всю ночь, не просыпаясь, его утро начинается в половине шестого. И как бы я не хотела ещё поспать, я встаю и иду готовить бутылочку, моему карапузу.

Мне снятся кошмары. Пол года назад я осознала, что они переросли в серьезную проблему, и решив обратиться к специалисту, начала лечение.

Разговоры с психологом помогают многое осознать, и принять то что произошло в прошлом. Но пока проблема остаётся, я продолжаю.

С одной стороны, я бы хотела забыть то, что произошло тогда. Не вздрагивать, когда мимо проезжает транспортное средство с гулом, или когда слышу сирены скорой помощи. Мой психолог говорит, что я должна дышать, и попробовать "пережить" события вновь. Но как только я пытаюсь, меня накрывает паническая атака, и я вынуждена хвататься за любую ниточку в настоящем, чтобы не свихнуться в нашем прошлом.

Я больше не держу на тебя зла, и даже поздороваюсь, если увижу.

Но простить за сына не смогу.

Живи счастливо, пока мы встречаем новый март без тебя... Лия"

Сидя за столом и медленно цедя бульон через трубочку, Максим завёл беседу с Киром о мотоциклах

— А чем отличается твой мотоцикл от спортивных? Я видел такие, раскрашенные в яркие цвета, и большими колёсами.

— Во многом. Как минимум, мощностью и максимальной скоростью, — ответил Кир, странно поглядывая на меня. — Да и внешний вид, как ты мог заметить, тоже отличается. Я люблю классику, поэтому мой мотоцикл точно не для гонок, а скорее для удовольствия.

Фраза Макса про отца явно зацепила его, но я не намерена ничего объяснять. Это уж точно не его дело.

— Максим, ты допил? — спросила я, вставая из-за стола. — Нужно выпить лекарство и возвращаться в кровать.

— Можно мне ещё чуть-чуть посидеть с Киром на кухне, пока он не ушел? — с самым невинным выражением лица ответил он, косясь на нашего гостя.

— Солнышко, час назад у тебя была высокая температура, а сейчас, когда препарат начал действовать, и тебе стало немного лучше, ты пытаешься меня заставить сделать точности наоборот от предписаний врача, — строго сказала, ища на столе нужный сироп. — Думаю, что и дяде Киру пора уже идти. У него есть своя работа, и последнее чего бы он хотел, заразиться и тоже слечь с болезнью.

— Я понял... — грустно протянул он, и встал из-за стола. — А ты со мной поиграешь в кровати в какую-нибудь игру?

Я уже хотела ответить, но Кир, резко поднявшись с кресла поднял моего сына на руки и сказал:

"Привет.

Сегодня я решил снова написать тебе.

Я вернулся на несколько дней в Астурию, и приходил к дому тёти Рут. Но её дома не оказалось. Соседи сказали, что она навещает тебя и подолгу отсутствует в этой части Испании.

Я закину это письмо в её почтовый ящик, и надеюсь, что оно до тебя дойдёт.

С чего начать — не знаю.

Мой приезд в родные края был спонтанным, но долгожданным. Не уверен почему, но я искренне надеялся, что застану тебя тут. Думал, что раз уж праздники, ты с семьёй захотите провести их у Рут. Я даже предположить не мог, что тётушка, которая более пятнадцати лет никогда не покидала не то что княжество, а и город, будет выезжать к тебе в Мадрид.

Помимо внеплановых дел, что свалились на мою голову, я хотел с тобой поговорить. Мой поступок, а точнее побег, был настолько детским, что мне противно от себя. Да, у тебя ребёнок и новая семья, но я ведь мог извинится.

Мог, и снова поступил как последний трус.