Негативная симптоматика, как правило, менее обратима, очень плохо поддается терапии и в значительной мере определяет социальную дезадаптацию пациентов. По выраженности негативных симптомов в ряде случаев можно сделать вывод о длительности заболевания и глубине поражения психики. Однако в клинической практике наблюдаются и редкие случаи обратного развития некоторых негативных симптомов. Например, такую тенденцию имеет утрата способности к запоминанию при корсаковском синдроме. Это может объясняться тем, что утрата функции не обязательно происходит из-за гибели мозговых структур, в некоторых случаях дефект обусловлен их временной блокадой. Так, при острых психозах пациенты теряют способность правильно считать и решать логические задачи, однако позже эта способность восстанавливается. Поэтому глубину и тяжесть первичной негативной симптоматики следует оценивать только по минованию острого приступа болезни.

Тем не менее в большинстве случаев негативные симптомы являются стойкими и малообратимыми. Причем характер негативной симптоматики достаточно специфичен и играет существенную роль в диагностике ряда психических расстройств, прежде всего шизофрении, эпилепсии и атрофических процессов. Кроме того, ряд негативных феноменов тесно связан с развитием определенной позитивной симптоматики. Например, выпадение некоторых периодов жизни из памяти при корсаковском синдроме замещается вымыслами или фантастическими историями (конфабуляции). Дефицитарные симптомы могут также в существенной степени видоизменять клинические проявления позитивных синдромов в сторону их упрощения – чем более выражена негативная симптоматика, тем менее полиморфна продуктивная симптоматика.

Наряду с негативной симптоматикой в последние годы в качестве первичных признаков психопатологического процесса, возникающих на ранних (доманифестных) этапах, выдвигаются когнитивные нарушения (когнитивный дефицит). Когнитивный дефицит – стойкое нарушение познавательных (информационных) процессов, частичное или полное выпадение различных когнитивных функций, включая память, внимание, планирование, логическое мышление, исполнительную дисциплину, зрительно-пространственную и вербальную (речевую) координацию, вербальное обучение, замедление процесса обработки информации и социальные когниции. В отличие от преходящих острых когнитивных нарушений когнитивный дефицит является стойким, с трудом поддающимся компенсации или практически необратимым явлением, существенно ухудшающим социальное функционирование психически больных и приводящим к их инвалидизации. Когнитивный дефицит частично пересекается с негативными симптомами, например речевыми и мнестическими нарушениями, однако в последнее время ему отводится важная самостоятельная эндофенотипическая роль. В связи с тем что профиль когнитивных нарушений является наследуемой характеристикой, компенсированные явления когнитивного дефицита могут присутствовать в детско-подростковом возрасте и их нарастание часто предшествует развитию как негативной, так и позитивной симптоматики.

Позднее в работах К. Ясперса стратификационная концепция Д.Х. Джексона получила дополнительное развитие с введением понятий болезненного психопатологического процесса и регистров его тяжести. При этом под процессом понималось прогрессирование психического заболевания с прогредиентным течением синдрома, т. е. его качественным и количественным (возрастанием тяжести) усложнением, и развитием необратимой негативной (дефицитарной) симптоматики. Это психиатрическое понятие в целом близко к определению типического патологического процесса И.И. Мечникова и И.В. Давыдовского при соматических заболеваниях как закономерной последовательности комплексных реакций (как патологических, так и защитно-приспособительных), возникающих в организме при воздействии патогенного фактора и вызывающих нарушения нормальной жизнедеятельности.

При психических расстройствах основным субстратом для воздействия патогенного фактора является мозг, хотя цепь патофизиологических реакций может включать различные органы и системы организма. Патологический процесс отражает биологическую сущность заболевания и характеризуется стереотипностью (разные патогенные факторы вызывают одни и те же реакции или синдромы, число которых ограничено), универсальностью (относительной нозологической неспецифичностью), аутохтонностью (патогенный фактор может выступать только в роли триггера, запускающего эндогенный патологический процесс) и эквифинальностью (ограниченностью типовых исходов). Если попытаться распространить эти общие патофизиологические критерии на психические расстройства, то все они без труда могут служить в качестве характеристик психопатологического процесса.

Действительно, несмотря на большое разнообразие экзогенных вредностей, число психопатологических реакций (синдромов) экзогенного типа, определенных К. Бонгеффером, ограничено. Большинство психопатологических синдромов неспецифично, и они могут наблюдаться при различных психических заболеваниях. Психотравма или другая вредность часто провоцируют развитие аутохтонного (эндогенного) процесса, особенно при наличии соответствующей предрасположенности. И, наконец, различные по происхождению хронические прогредиентные психические расстройства рано или поздно приводят к слабоумию с малоспецифичной дементной симптоматикой. Для процесса характерно присутствие определенных психопатологических синдромов (нарушений сознания, психоорганического синдрома, бреда и галлюцинаций, а также аутохтонных аффективных нарушений). Классическими примерами патологического процесса служат органические психические расстройства, в том числе симптоматические психозы, вызванные соматическими заболеваниями, инфекциями или интоксикациями. Важнейшими условиями и факторами, модифицирующими клиническую картину и течение патологического процесса, являются наследственная предрасположенность (генетическая уязвимость) и возраст начала процесса, что определяет психический дизонтогенез и патофизиологические механизмы последующей нейропрогрессии.

Понятию «психопатологическогопроцесса» (нем. Prozeß) К. Ясперс противопоставлял понятие «развития» (нем. Entwicklung). Если процесс – это биологическое явление, связанное с повреждением мозгового субстрата, то развитие – это явление психологическое, связанное с психогенными и личностными механизмами. Другими словами, развитие не захватывает биологический субстрат, т. е. принципиально обратимо. К развитию личности, по Ясперсу, относятся все стойкие психогенные и психологически понятные патологические реакции, невротические расстройства, аномалии личности и их динамика.

По мнению К. Ясперса, развитие – крайний вариант нормальной психики, не укладывающийся в медицинскую модель, поскольку вся патологическая симптоматика может быть объяснена психологическими механизмами, т. е. выводима из установок, конституциональных характерологических свойств и стойких реакций личности. Этим самым развитие личности отграничивается от изменений личности, вызванных болезненным патологическим процессом, который привносит новые (качественно иные) нарушения целостности и непрерывности личности и приводит к ее «разрыву» и последующему распаду (дефекту).

Причины психопатологического развития весьма разнообразны, например, это может быть длительное или повторное психотравматическое воздействие, в том числе травмы, перенесенные в детском возрасте (например, детское насилие, разрыв с матерью и др.). Чаще всего речь идет об устойчивом реактивном развитии личности в ответ на внешние или внутренние факторы. Причинами психопатологического процесса служат биологические нарушения мозгового субстрата: явные («физико-психотический» процесс, по выражению Ясперса), как при органических заболеваниях с более или менее известным этиопатогенезом, или предполагаемые (гипотетические «психические» процессы по определению К. Ясперса), как при функциональных (эндогенных) расстройствах.