— Чуйка, которая меня не подводила, говорит, что неприятности очень близко, — сообщаю товарищу и подруге. — Очень вероятно, что и нам придётся вступить в бой, ведь в прорыв всегда идут превосходящими силами, стоит быть морально готовыми убивать, защищая наши жизни и жизни окружающих, — Милена несколько изменилась в лице, широко распахнув глаза.

— Да, моя милая, придётся. Конечно, не тебе лично, но я никому не дам тебя в обиду, — мужской долг защитить близких в действии. — Поэтому давайте внимательно осмотримся, и найдём местечко, откуда нам будет удобнее действовать в случае заварушки…

— Хорошее место, — совместно решаем мы.

Неширокий тупиковый заезд между каменными зданиями столовой и продуктового склада, дополнительно прикрытый припаркованными рядомгрузовиками службы снабжения. Есть железная лестница, ведущая на крышу — хороший обзор во все стороны и «огневая» позиция.

Там и устраиваемся, сидя прячась за относительно высоким парапетом.

— А если нас будут искать для того, чтобы увезти? — задаёт вопрос девушка.

— Увидим возвращение бронемашин разведки, сходим в штаб, — успокаиваю её.

Возвращение мы вскоре увидели, однако оно нас совсем не порадовало — на броневике сверху сидел огромный богомол, пытающийся своими лапками-клешнями выковырять добычу из чрева металлической коробки.

Водитель резко вилял по грунтовой дороге, стараясь скинуть опасного пассажира, но тот брюшком прилёг на крышу, а всеми лапками уцепился за различныевыступы, присутствующие на военной бронемашине, и запасное колесо, висящее позади.

Также в богомола пытались стрелять из автомата — минимум один стрелок внутри машиныостался в живых — но при той манере вождения, что избрал шофёр, из-за возможных рикошетов от крыши, по моему это было гораздо опаснее для людей, чем для насекомого, удивительно схожего с земными собратьями.

— Нихуя себе! — нецензурно высказался Саня увиденному.

«Так вот зачем мне в голову впихивали внутреннее строение некоторых насекомых и приматов! Чтобы я знал, как с ними бороться. Правда, меня не предупреждали, что они будут такого размера…»

— Ладненько! — говорю сам себе, пытаясь сконцентрироваться — на столь большое расстояние, на каком находится мчащийся к базе автомобиль, прежде ещё никогда не работал.

— Сдохни! — приказ-выдох, так легче управлять своей «магией», облекая её в некую законченную форму.

Богомол странно дёргается, сначала полностью валится на крышу авто, а после очередного «вихляния» слетает на правую сторону броневика, но так и не падает, бултыхаясь в такт неровностям — сорватьсяне дают передние хватательные лапки с острыми шипами, застрявшие в верхнем люке авто, где ранее был установлен пулемёт, в настоящее время вырванный с корнем.

— Достал тварь? — Саня правильно понимает произошедшее.

— Да, «коротнул» мозги, — в силу физиологии, а именно эффектасамовозбуждения в мышцах, отвечающих за сокращение его сердца, совсем не похожего на человеческое, гораздо проще выжечь нервные каналы, через которые идёт «общение» управляющего центра с телом.

Водитель, видать, не поверил, что насекомыш сдох, и всё равно продолжал вихлять по дороге. А когда подъехали к КПП, по трупу ударили очереди из пулемёта и двух автоматов, дробя хитин и вырывая кусочки плоти. Также внезапно, как началась, стрельба стихла — думается, на стрелков наорал кто-то в более высоком звании.

— Пойдёмте, посмотрим, — предлагаю группе.

— Игорь, а точно надо? — выражает сомнение Милена.

— Он тебя не укусит, гарантирую, — шуткой пытаюсь развеять опасения красавицы.

— Нихрена себе, вот это тварь! — слышим восклицание одного из бойцов, вместе с нами подошедшего посмотреть на невидаль.

— Да уж, при заключении контракта мне не говорили, что тут водятся такие насекомые, которые запросто откусят голову! — откликается другой с примесью страха в голосе.

— Так-с! Разговорчики! Всем разойтись по предписанным позициям, вести наблюдение! — вмешивается капитан, дежурный на КПП, пытаясь не дать солдатикам посеять панику в своих собственных рядах.

— А вы кто такие? Что тут надо? — агрессирует уже в нашу сторону.

— Это я убил эту тварь, — спокойно отвечаю вояке, пропуская небольшую электрическую искру из правой ладони в левую.

— Маг? — он слегка недоверчиво спрашивает меня.

— Да. Никогда прежде не видел?

— Нет, только слышал.

— Дай бог, не столкнуться в бою.

Капитан ухмыльнулся, явно представляя, что от «пули-дуры» не спасёт никакая такая «магия», но в этом он ошибается. Милена уже может отбить недлинную очередь, особенно если успеет выставить «плоскость» невидимого магического щита в наиболее энергетически-выгодное положение.

— Ладно, отойдите в сторону, нам надо отрубить клешни этого богомола, — приказывает капитан.

— Помочь? — спрашиваю у него.

— Каким образом?

— Самым обыкновенным. Позвольте… — наступаю на подножку, затем влезаю на капот, через лобовое шагаю на крышу.

Выращиваю ледяное лезвие, и с внутренней, нижней стороны лапки отрезаю последнюю «фалангу», которая сгибается и обеспечивает захват жертвы. Повторяю на другой конечности, гигантское насекомое грузно падает на почву, истекая слизью, заменяющей им кровь — тут не моя «заслуга», постарались пулемётчик и автоматчики.

Вскоре нас троих позвали в штаб, к коменданту:

— У меня плохие новости, — начал он. — Похоже, все дороги уже перерезаны, а мы находимся на пути движения сил вторжения. И вертолёт за вами не пришлют…

— Но, как же так…? И что нам делать? — вопрос словно завис на устах Милены.

— Готовиться к сражению и оказать нам всю посильную помощь в отражении штурма.

— Похоже, война сама догнала нас, — говорит Александр после выхода от коменданта базы.

— Действительно, — соглашаюсь с ним, раздумывая, что мы в силах предпринять в данной ситуации? Героически сдохнуть под навалом орд насекомых? Ведь они, скорее всего, выступают в качестве пехоты, которую в прямом смысле слова «ещё нарожают».

Долго предаваться «ненужным» мыслям враг не дал.

Мы услышали крики бойцов, а затем с разных сторон базы стали доноситься автоматные и пулемётные очереди.

— За мной! — бегом направился в сторону КПП, оценить масштабы бедствия.

— Ебать! — вырывается у Сани, когда мы увидели то, по чему стреляли солдаты.

Как я только что предполагал, нас реально хотят завалить мясом насекомых. Их тут тысячи только в видимом нам секторе. И плевать, что эти не столь большие, как недавно убитый мною богомол, высотой «всего лишь» до пояса взрослого человека — с их численностью это вовсе не недостаток.

— Нет, стой! — прикрикиваю на Александра, который вздумал расходовать свою магию на выжигание этой мелочи. — Надо выбивать руководство и срывать управление атакой!

— А как? — недоумённо спрашивает он.

— Огнешары по опушке леса. Пусть он загорится! Готов? Давай!

Александр выпускает четыре «фаерболла» в широком радиусе, чтобы создать сразу несколько очагов возгорания.

— Назад, на нашу крышу. Оттуда отработаешь по кругу! — выдаю новое указание.

Так и делаем, надеясь, что бойцы сами сдержат орду насекомых, иначе и мы долго не продержимся. В случае прорыва периметра базы дальнейшее сопротивление будет просто не сильно долгой агонией без надежды на победу.

— А-аах! — сдавленно вздыхает Милена, поднявшаяся на крышу вслед за нами.

Мы в полном окружении, волна насекомых прёт прямо на нас по вырубленному вокруг базы пространству. Огневые точки истерично ведут огонь по плотной массе хитина, неумолимо надвигающейся на бетонные укрепления, которые, однако, точно не рассчитаны на что-то подобное.

— Обезьяны? — вопрошает напарник.