Рука дрожит. Упираюсь предплечьем в камень, чтобы хотя бы это не мешало.

Холод начинает собираться внутри. Знакомое спокойствие, в котором исчезает желание торопливо сделать хоть что-нибудь. Остаётся конкретная задача: дождаться отклика справа. Только его. На лес сейчас смотрит Александр. Справится. Я сам поручил ему нас прикрывать.

Толчок слева. Ответ. Жду.

Справа вверху возникает движение. Теперь между двумя участками что-то держится и без постоянного поддержания. Подпитываю его совсем чуть-чуть — ровно настолько, чтобы почувствовать продолжение. Оно тонким течением идёт в верхнюю часть левой опоры, в «сломанный» узел. Тупик?

Убираю свою силу. Связь остаётся ещё несколько секунд. Значит, направление подходит.

Размышляю. Похоже, энергия идёт ровно так, как рисуется звезда на листочке бумаги: левый низ — правый верх — левый верх — правый низ — зенит, и потом замыкается в начальной точке, левом низу.

Вся проблема в том, что «левый верх» в данных вратах сломан.

И что делать?

Попытаться запустить поток сразу в две стороны, чтобы они одновременно пришли к неработающему «левому верху»? Не получится большого бабаха?

«Зачем думать? Надо прыгать!» — на ум приходит фраза из анекдота.

Раз так, пробую.

«Толчок» в левый нижний узел, «подталкиваю» энергию вверх, в свод.

Пытаюсь присоединить его сразу — напряжение опять начинает скапливаться там, где не нужно. Отпускаю раньше, чем оно успевает чрезмерно вырасти. В камне едва слышно щёлкает, и всё гаснет.

Ни вспышки, ни удара. Уже достижение.

Повторяю сначала. Но на этот раз подхватываю свод после его отклика. Удерживаю слабое напряжение и жду, пока найдётся продолжение.

Одновременно нахожу правый верхний узел и осторожно тянусь энергией всё оттуда же, из левого низа. Получается не с первой попытки. То слишком быстро слабеет левая сторона, то сила пытается уйти вдоль кладки, как в прошлый раз. Теперь замечаю это до того, как начинает трещать камень, грозя выбросом.

На какой-то из очередных попыток отклики от четырёх узлов выравниваются, пытаясь «найти» пятый, сломанный. Пространство между опорами кажется наполненным, хотя глазами по-прежнему вижу лес. Знакомый «рисунок» — так было у работающих врат.

Только там оно шло дальше. Здесь теряется слева вверху.

— Есть, — выдыхаю.

Милена подаётся вперёд. Саня на мгновение оборачивается:

— Что, открылись?

— Часть работает. Четыре узла из пяти, — обрываю короткую радость напарника.

Рукой тянусь к разбитому гнезду. В целых узлах ощущение плотное, удерживается в одном месте. Здесь два оборванных края, и между ними ничего. Когда пробую усилить ответ с одной стороны, вторая почти не реагирует. Дальше не давлю, а то реально «бахнет» коротким замыканием.

Провожу пальцами вдоль нижнего края углубления. Там гладкая поверхность. Отломано давно. Часть гнезда вырвана вместе с тем, что в нём находилось.

Нужно понять, что этот узел делал с потоком. Менял направление? Собирал то, что приходило с двух сторон? В исправных точках всё слишком тесно связано.

Стоит сосредоточиться на пятом узле, как остальные начинают слабеть. Возвращаюсь к ним, поправляю. На это уходит больше внимания, чем силы, но и силы уже жалко. Под рубашкой течёт пот, руки наливаются усталостью.

Проверяю ещё раз порядок. Запоминаю, какой отклик приходит первым, какой надо дождаться, где я сам тороплю течение. Затем медленно ослабляю хватку.

Четыре участка затихают один за другим. Никакой вспышки. Даже треска нет. Убираю руки. Какой-то прогресс есть.

Саня жестом подзывает нас:

— Там уже пятеро. Кого вижу. Ещё кто-то вдалеке за кустами шевелится. С той стороны тоже сидят, — кивает за арку.

Проверяю. До ближайшего примата моим электричеством можно добраться. Только есть ли смысл? Трата сил.

Если пытаться сбежать, дальше придётся пройти мимо двух отметок, а справа к ним смещаются ещё. Пока убьём одних, подойдут другие. И никаких плит дороги под ногами — склон, корни, заросли.

— Не уйдём, — делаю короткий вывод.

— Уже не уйдём, — соглашается напарник. — Тут хоть видно, откуда лезут.

Смотрю на арку. Четыре узла теперь нахожу почти сразу. Бросить их сейчас — значит вернуться в лес без всякого плана:

— Тогда держим оборону здесь. Мне нужно разобраться с последним узлом.

Александр кивает:

— Дым тебе не помешает?

— Лучше дым, чем неожиданное нападение.

— Хорошо, передохни немного, — говорит мне, разминая пальцы.

— Ух, даже жарко, — шучу я.

Вокруг нас беснуется пламя, выжигая всю листву на деревьях и подлесок, теперь незаметно к нам не подобраться.

— Всегда к вашим услугам, — Алекс отвешивает шутливый поклон.

Дурачимся, сбрасывая напряжение перед неизвестностью.

Мила смотрит на камень арки у меня за спиной:

— Ты будешь стоять здесь?

— Пока да.

Она становится чуть впереди и левее, проверяет взглядом расстояние до Александра:

— Тогда мне отсюда удобнее. Вас обоих вижу.

— Не закрывай каждую мелочь. Щит нужен, когда ударят издалека. Особенно магией.

— Я поняла.

Объяснять второй раз не нужно. Уже держала нас под огнём.

— Если побегут за аркой, не увижу, — говорю друзьям. — А когда начну собирать «звезду», придётся смотреть внутрь «магической фигуры». Как только отвлекаюсь, всё распадается.

— Значит, не отвлекайся, — говорит Саня.

Он вытаскивает магазин, проверяет и снова вставляет в автомат. Запасные выкладывает перед собой. Огнестрелом будет держать основное направление — по той дороге, по которой пришли сами.

Я поднимаю свой автомат и ставлю к арке, под правую руку — последний довод:

— Если совсем рядом окажутся, скажете.

— Скажем, не сомневайся, — обещает Милена. — Но лучше вытащи нас.

Замолкаем. В лесу шумят деревья. Где-то слева коротко ухает примат, ему отвечает другой. Нисколько не пытаются скрывать, что стоят вокруг.

— Куда она ведёт? — спрашивает Саня, кивая на арку.

Отвечаю не сразу. До этого думал только о том, как открыть. На самой очевидной части задачи мозг экономил.

— Не знаю.

— Земля?

— Понятия не имею. Здесь ничего не подписано. А если и подписано, я всё равно не прочитаю.

Он проводит ладонью по лицу, размазывая грязь возле виска:

— Ладно. Сейчас нам бы отсюда. Хоть куда.

Милена оглядывается на лес за проёмом. Потом поворачивается обратно:

— Люблю тебя, мой милый. Очень сильно! — шепчет, немного стесняясь Александра.

— И я тебя очень люблю, моя красавица, — говорю в ответ.

Она смотрит на меня чуть улыбаясь. Вопросов про разбитый узел не задаёт. Я тоже не обещаю, что всё уже почти готово.

Возвращаюсь к левой опоре арки, поехали!

Толчок в левый нижний узел — первый отклик. Энергия пошла дальше.

Пятнадцать или двадцать минут попыток — я даже уже рискую и свожу оба потока в сломанный узел. Как ни странно, от этого он не заработал…

У Милены вырывается странный звук. Смотрю в направлении её взгляда: на краю площадки телепорта появляется жук. Выставляет передние лапы на плиту, чуть подтягивается, замирает. Шевелит усиками. За ним из канавы вылезает второй, крупнее.

Саня даёт короткую очередь, попадает по панцирю. Жуки ныряют вниз, уходя из поля зрения.

Издалека доходит глухой непрерывный шелест. Он нарастает, забирает в себя отдельные шорохи леса. Уже слышал такое. Перед тем как на базе жуки полезли на крышу. Вот только теперь крыши у нас нет.

По лесу со стороны дороги проходит магическая волна, гасящая синее пламя Александра.

«Сука! Неужели снова?» — точно так было и в прошлый раз. Де-жавю?

По потушенному лесу бегут небольшие жуки. Более крупные движутся по дороге.

Саня поднимает руку, но пока не бьёт.