Аурика почувствовала, как её тело становится легким и невесомым. Она закрыла глаза и сосредоточилась на черном шарике в своей руке. Она позволила ему вести себя, погружаясь в темноту.

Вскоре Аурика почувствовала, как её сознание покидает тело. Она увидела вихрь красок и образов, проносящихся мимо. Внезапно, перед ней возникла картина: девушка, стоящая у ворот дома, а с крыльца за ней наблюдает мужчина. Она узнала его - это был Амос.

Старуха резко прервала читать заклинание.

- Это твоя дочь? - спросила она.

- Да! - ответила знахарке Аурика.

- А этого молодого человека ты знаешь? - взглянула на Аурику старушка.

- Я видела его, - ответила Аурика, но не стала говорить, при каких это случилось обстоятельствах.

- Путь твой в те земли, где сейчас находится твоя дочь, будет полон опасностей, - поднимаясь из-за стола, произнесла знахарка. - Всё, больше мне тебе нечего сказать.

- Ответьте, что мне теперь делать? - спросила Аурика, взглянув на знахарку.

- Ступай на север, - произнесла знахарка. - Перейдя горы, повернёшь на запад. В первой деревне, которая встретится тебе по дороге, найдёшь свою дочь.

Подойдя к сараю, Элиза прислушалась, ей показалось, что Грэгунт с кем-то разговаривает.

Постояв минуту, ведьма, наконец-то, решилась и распахнула дверь, но кроме лежавшего на сене Грэгунта, внутри сарая больше никого не было.

- Грэгунт, - тихонько позвала Элиза, пристально вглядываясь в полумрак сарая, но ответа не последовало.

Подойдя, ведьма наклонилась над мужчиной и сразу поняла, Грэгунт больше никогда ей не ответит, он мёртв.

- Не может этого быть! - во весь голос выкрикнула Элиза и, развернувшись, выскочила из сарая.

Что делать в этой ситуации, она не знала, но решение нужно было принимать немедленно, оставлять тело в сарае ведьма не хотела.

Забежав в дом, Элиза уселась за стол и стала размышлять:

"Если я оставлю мёртвого Грэгунта в сарае, начнёт распространяться трупный запах, и соседские собаки его могут почувствовать? Нет, это не выход, нужно немедленно придумать, как избавиться от тела, но как это сделать средь бела дня?"

Элиза нервно барабанила пальцами по столу. В голове роились обрывки заклинаний, но ни одно из них не подходило.

"Телепортация? Нет, слишком рискованно, вдруг что-то пойдёт не так, и тело окажется посреди деревни. Превратить в какое-нибудь животное, тоже не вариант. Рано или поздно кто-нибудь из охотников на него наткнётся. Нет, это тоже не подходит".

Вдруг её взгляд упал на старый, запылённый сундук в углу комнаты, в нём хранилось старое тряпьё.

"Может, в нём найдётся что-то, что поможет скрыть трупный запах разложения, или хотя бы его замедлит?"

Поднявшись, ведьма подошла к сундуку и открыла массивную крышку. Из сундука в нос Элизы ударил сильный запах лаванды, перемешанный с полынью.

Пересилив отвращение, Элиза стала перебирать старые, от которых давно уже пора избавиться, вещи, и тут её взгляд упал на небольшой мешочек.

"Что это такое?" - пронеслось в голове у ведьмы.

Взяв в руки мешочек, Элиза развязала его и, раскрыв, увидела то, что ей сейчас нужно.

- Земля забвения! - выкрикнула ведьма, запрыгав от радости. - Вот это поможет мне скрыть трупный запах! Но надолго его не хватит, нужно что-то ещё?

И вновь Элиза вспомнила о старом колодце, который давно уже высох и был всеми заброшен. Теперь оставшиеся в деревне жители ходили за водой к роднику.

- Если тело сбросить в него, а потом забросать мусором? - стала вслух рассуждать ведьма. - Нет, это займёт много времени и сил, но другого выхода из сложившегося положения, я не нахожу.

Наконец решение было принято: сначала - земля забвения, чтобы на время избавиться от запаха, а потом - колодец.

Выйдя из дома, Элиза закрутила в разные стороны головой, но, никого не увидев, решительно зашагала к сараю. Впереди её ждала тяжёлая работа.

Войдя в сарай, ведьма вновь бросила свой взгляд на неподвижное тело Грэгунта.

Поморщившись, Элиза медленно подошла к мертвецу и стала посыпать тело землёй забвения.

Закончив, ведьма отступила на несколько шагов от трупа, чувствуя, как по спине пробежала дрожь. Запах смерти, казалось, стал чуть менее резким, но всё ещё витал в воздухе.

- Ну и что ты тут делаешь, ведьма? - раздался за спиной Элизы мужской голос.

Резко обернувшись, Элиза увидела в дверном проёме сарая Драмируса, а за его спиной, выглядывая из-за плеча, стоял Ульрик.

- Как? - только и смогла выдавить из себя ведьма, когда маг шагнул внутрь сарая.

- Ульрик, проверь! - не поворачивая головы, бросил Драмирус. - Кто это там лежит?

Ульрик, несмело переступая с ноги на ногу, приблизился к телу.

Вглядевшись, ведь в сарае стоял полумрак, он резко отскочил от трупа и, бросив взгляд на Драмируса, произнёс:

- Это Грэгунт. Но как он здесь оказался, я никак не могу понять?

- Объясни, какого дьявола здесь происходит? - поинтересовался Драмирус, уставившись на Элизу, как на врага.

Отступив, почувствовав, как спина упёрлась в стену сарая, ведьма, трясясь от страха за свою жизнь, заговорила:

- Только не убивай, маг, я всё расскажу.

- Расскажешь, обязательно расскажешь! - строго бросил Драмирус. - Только не здесь, где трупный запах проникает в организм, как дождевой червь в землю, а в доме!

Элиза почувствовала, как надежда, едва зародившись, тут же угасла. В доме разговор будет более обстоятельным, а значит, и шансов выкрутиться - меньше, чем здесь. В сарае, в полумраке, когда лицо скрыто от прямых лучей солнца и света, можно было слукавить, а в доме, под пристальным взглядом мага и его приятеля, ложь будет распознана мгновенно.

Драмирус сделал шаг вперёд, и Элиза невольно вздрогнула. Маг был высок и широк в плечах, его лицо, обычно спокойное и даже немного отстранённое, сейчас было искажено гневом. Ульрик, напротив, казался жалким и испуганным, но под этой маской в нём таилась сила. Ведь ведьма не знала, кто перед ним.

- Пошли! - бросил Драмирус и, развернувшись, пошёл на выход из сарая.

Элиза, не смея сопротивляться, медленно двинулась следом. Ульрик, усмехнувшись, замыкал эту процессию.

Выйдя из сарая, Элиза зажмурилась от яркого солнечного света. Воздух был свежим и чистым, совсем не таким, как в затхлом сарае, пропитанном запахом смерти и гниющей плоти. Но даже эта свежесть не могла развеять липкий страх, сковывающий её сердце.

Драмирус, молча, шёл на пару шагов впереди ведьмы, но был сосредоточен, мало ли, что может выкинуть Элиза, ведь они с Ульриком ничего о ней, кроме её слов, ничего не знали.

Войдя в дом, Драмирус жестом указал на стул, чтобы Элиза села.

Пройдя, чувствуя, как дрожат ноги, Элиза присела к столу. Драмирус встал напротив ведьмы, чтобы хорошо видеть её лицо, а Ульрик, пройдя, уселся на лежанку.

- Рассказывай? - заговорил маг, не спуская глаз с ведьмы. - И не смей лгать, я это сразу распознаю.

- Можно мне выпить вина, а то в горле пересохло? - взглянула на Драмируса Элиза.

- Хорошо, мы тоже выпьем, ведь разговор наш будет долгим! - бросил маг.

Медленно, словно неуверенно, ведьма поднялась и направилась к шкафу, стоявшему рядом с дверью.

Открыв дверцу, где у ведьмы хранились склянки с зельем и баночки с мазями и мешочками с кореньями и травами, Элиза схватила один из таких мешочков (из-за спины Драмирус не видел, что она делает) и швырнула под ноги мага. Из мешочка рассыпался на пол какой-то серый порошок, и в воздух поднялся густой дым, окутывая всю комнату.

Поняв, что происходит, Драмирус кинулся к ведьме, но её уже не было в комнате, она словно растворилась в этом дыму.

- Ульрик! - закричал маг. - Быстрей на улицу, а то мы задохнёмся в этом едком дыму!